Наследник Тёмного Клана 2 - Евгений Ренгач

но отбросил стакан с виски в сторону и принял оборонительную позицию.

Кажется, до "гусара" дошло, на что способен тихий и спокойный на вид камердинер.

— Абсолютно уверен! Мы с господами Борзовыми уже всё решили…

Альфред печально вздохнул и вдруг бросился передо мной на колени.

— Простите меня, господин! Я должен быть рядом с вами. Но я был в номере, ничего не слышал… Но как только почувствовал выброс энергии Тьмы, тут же бросился вам на помощь…

Теперь стало понятно, почему он использовал такое необычное оружие. Времени на подготовку у него не было и он схватил первое, что попалось ему под руку. В принципе, подсвечники были не самым плохим выбором. В руках опытного бойца и листок бумаги может стать смертельным оружием!

— Да, Марк, вы с вашим камердинером стоите друг друга… — протянул Пётр и повернулся к Альфреду. — Между прочим, отличный бросок! Чувствуется рука истинного воина. Если захотите сменить работодателя, то я предлагаю прийти ко мне. Обещаю хорошо заплатить!

— Я лучше удавлюсь собственным галстуком, чем буду иметь с вами что-то общее, — вставая на ноги, презрительно бросил Альфред. — Моя жизнь и судьба принадлежат Роду Оскуритовых!

Я с гордостью на него посмотрел. Вот что значит по-настоящему верный союзник!

Пётр пробурчал себе под нос что-то недовольное, и в сопровождении Терентьева и последнего уцелевшего голема покинул гостиницу.

— Тебе разве не пора? — Я повернулся к Николаю. — Твой брат ушёл. Тебе здесь делать больше нечего.

Судя по его виду, Борзов уходить не спешил. Он нашёл очередную бутылку виски и присосался к горлышку.

— Так ты же, Марк, сам всё слышал. Я подвёл Род. Отец мной недоволен. Возвращаться обратно сейчас нельзя. Батька у нас суровый. Посадит в карцер месяца на два. А там ни еды нормальной, ни солнечного света, ни даже выпивки… Ну его так жить! Я пока лучше где-нибудь схоронюсь, пока батя не успокоится…

Мощный Борзов выглядел жалко. Ну чисто побитый щенок! Кажется, поддержка Рода многое для него значила. Если подумать, то в этой ситуации он оказался из-за того, что решил за меня вступиться. Да, вступиться по-тупому, напролом, не задумываясь о последствиях. Но всё же…

— Так, я буду жалеть о решении, но ты идёшь с нами! Поживёшь пока у нас. Номер большой, места хватит. Да и охрана не помешает…

— Чего, правда?! — Борзов мгновенно просветлел и прикончил бутылку одним могучим глотком. — Здорово, Оскурит! Ух мы с тобой заживём! Такие вечеринки будем закатывать, что прямо вау…

Не переставая что-то кричать, он отправился к лифту.

— Господин, вы уверены, что принимаете правильно решение? — покосился на меня Альфред. — Этот человек — не только представитель враждебного Рода, но и крайне сумасбродный тип…

— Это я знаю и без тебя. Но что-то подсказывает, что от него может быть польза… — Я пожал плечами и отправился вслед за Борзовым.

Чувствую, начинается интересное время…

Глава 47

О решении поселить в своём номере Борзова я пожалел практически сразу. Мало того, что он полночи пил и громко комментировал передачи по телевизору, так он ещё и оглушительно храпел до самого утра. Не помогали даже прочные стены!

Кончилось тем, что я позвонил на рецепшн и потребовал принести подавляющие шум артефакты. Просьбу выполнили, и после этого мне хотя бы немного удалось выспаться.

Утром же пробуждения Борзова я дожидаться не стал. Оставив Альфреда за ним приглядывать, я провёл быструю тренировку и отправился в Академию.

Стоило мне спуститься на первый этаж, как на меня налетел встревоженный управляющий.

— Доброе утро, господин Оскуритов! Скажите, а это правда? Господин Борзов и в самом деле теперь будет жить в вашем номере?

— Правда. Не переживайте, места нам хватит. Или вы хотите предложить ему отдельный номер?

— Н-нет, не хочу. Признаться, у нас вообще нет свободных номеров… — забормотал он, запинаясь.

Я пригляделся к нему внимательнее и наконец понял, что его так встревожило.

— А, так вы не хотите, чтобы он здесь жил! Ведь так?

— Нет, господин Оскуритов, как вы могли такое подумать… — не очень убедительно возмутился управляющий. Я слегка надавил силой, и он сдался. — Да, всё верно! Вы же видели, что господин Борзов вчера устроил. Персонал сегодня не хотел выходить на работу! Да и ремонт стоил очень недёшево…

Я отодвинул его в сторону и выглянул в вестибюль.

Надо было признать, что за прошедшую ночь местные умельцы неплохо потрудились. От вчерашнего разгрома, устроенного Борзовым, не осталось почти ни следа. Когда я ночью уходил, повсюду валялись осколки бутылок, по полу и потолку ветвились тонкие трещины, а стены были утыканы выпущенными големами дротиками.

Сегодня же всё так и сияло. Догадаться о случившемся можно было только по нескольким трещинам, которые не успели замазать, а также по взглядам, которые бросали на меня сотрудники отеля. Вот уж точно, они смотрели на меня так, как будто хотели убить! Пусть не я держал их несколько часов в страхе, но репутация у меня тоже была так себе. Я или Борзов — в сущности, им было неважно, кого ненавидеть.

Если бы подобное устроили обычные постояльцы, их бы мгновенно выселили. И не просто выселили, а ещё сдали бы жандармам!

Но, к их несчастью, мы с Борзовым, принадлежали к одним из самых известных фамилий Империи. Выселить нас означало нанести оскорбление всем аристократам сразу. Так что всё, что им оставалось, это тихая ненависть…

Запустив руку в карман, я вытащил оттуда тысячу и положил её в подставленную ладонь управляющего. Денег у меня оставалось впритык, да и отдавать их я был не обязан. Но что-то подсказывало, что лояльность работников отеля мне ещё пригодится. Портить с ними отношения было мне совсем не с руки.

— Это вам. На, скажем так, неотложные нужды…

— Благодарю, господин Оскуритов! Обязательно употребим по назначению, — расшаркался передо мной управляющий. — Но всё-таки, возможно, вам удастся убедить господина Борзова съехать. Вы бы знали, как его у нас боятся! Он же вчера, пока вас ждал, едва всех не переубивал. Горничные и вовсе сегодня не вышли. Он им шептал такие пошлости, что аж стыдно…

Впечатлительный управляющий покраснел. Мне же стоило большого труда не рассмеяться. Кажется, я даже примерно могу представить, что Борзов наплёл горничным…

— Что он съедет, обещать не могу. Он мой гость, так я возвращаю