Антон Медведев - Иллюзион

— Полдень — середина дня, — сказала она вчера вечером, во время обсуждения деталей предстоящей прогулки. — Час силы. Точно такой же, как и полночь.

И вот теперь мы медленно шли в сторону сердца столицы, я изредка поглядывал на часы. Меня постепенно охватывало чувство азарта — наверное, именно так чувствует себя канатоходец над пропастью. Чуть влево, чуть вправо — и смерть. Но есть натянутый струной канат, способный перевести на другую сторону — к жизни. Есть шест, дающий столь нужную точку опоры. Шестом для меня были мои друзья, я знал, что выстоять в этой схватке мы сможем только вместе. Канатом… Канатом было то незримое, что я ощущал вокруг себя. Здесь, рядом… Я смотрел на мир и чувствовал, что он смотрит на меня. Проходившие мимо люди, проезжавшие машины — вся круговерть обычной городской жизни была полна скрытого смысла. Мир подсказывал нам дорогу: вот проехала зеленая машина и свернула налево, я тут же предложил перейти на другую сторону улицы. Мы перешли, нас обогнала девушка с зеленым же пакетом — мир снова подал мне знак о том, что мы все делаем правильно.

Когда мы вышли на Красную площадь, до полудня оставалось семь минут.

— Пришли, — сказала Катя. — И что дальше?

— Просто наслаждайся этим, — подсказала Настя. — Смотри, как красиво!

Здесь действительно было красиво. Мы неторопливо прогуливались, я продолжал всматриваться в мир, ожидая какого-то знака. Но мир пока молчал… Вот послышался бой Кремлевских курантов — полдень. Прошла еще минута, за ней другая. Ничего не происходило.

Мы стояли перед собором Василия Блаженного, чуть позади большой группы иностранных туристов. Затем неподалеку от нас остановилась миловидная девушка с мальчиком лет пяти и что-то начала объяснять ему, указывая на собор. Но мальчику все это было неинтересно: держа за веревочку воздушный шарик, малыш вырвался из рук девушки и начал бегать вокруг нее, звонко смеясь.

Вряд ли кто-то из находившихся на площади людей обратил на это внимание. Меня же буквально бросило в жар — в моей системе примет вращение, кружение говорило о том, что здесь в данный момент присутствует какая-то сила.

— Она где-то совсем рядом… — шепнул я на ухо Насте. — Смотри внимательнее…

Настя поняла меня с полуслова. Взяла за руку, я сжал ее пальцы. Осмотрелся — ну где же это? Приметы меня еще никогда не обманывали.

Увы, больше я не увидел ничего, что могло бы привлечь внимание. Девушка к этому времени уже успела успокоить мальчугана и теперь что-то говорила ему, мягко улыбаясь. Она мне определенно нравилась — веяло от нее каким-то спокойствием, женственностью. Вот малыш и его мама не торопясь пошли прочь, я вздохнул — уходят… Неужели я что-то прозевал?

— Я ничего не вижу, — тихо сказала Настя.

— Я тоже… — разочарованно признался я. — Подожди минутку.

Подойдя к девушке с малышом, я посмотрел ей в глаза и улыбнулся:

— Добрый день. Не подскажете время? А то мои часы остановились.

— Шесть минут первого, — ответила девушка, взглянув на часы. — Пойдем, Максим, нам пора…

Она потянула мальчугана за собой, мне оставалось лишь проводить ее взглядом. Не она… Но тогда кто?

Прошло еще несколько минут, Катя то и дело с усмешкой поглядывала на меня. Я уже был готов признать свое поражение, когда Лена тронула меня за руку.

— Андрей… Видишь вон ту женщину?

— Которую? — быстро спросил я.

— В соломенной шляпке?

Окинув взглядом собравшихся у собора людей, я увидел женщину лет тридцати пяти: высокую, стройную, весьма элегантную. Мне почему-то показалось, что она иностранка — возможно, это впечатление складывалось из-за ее изящной соломенной шляпки, повязанной голубой лентой. Женщина стояла, придерживая перекинутую через плечо сумочку, я разглядел на губах незнакомки едва заметную улыбку.

— Вижу, — подтвердил я. — И что?

— Ее зовут Аделина, и она ведьма.

— Ты серьезно? — спросил я, приглядываясь к женщине.

— Да. Она хорошо знает Харама — года четыре назад у них был роман, они встречались почти два месяца. Потом поссорились и расстались.

— И ты не сказала об этом раньше?! — даже возмутилась Катя, стоявшая рядом и слышавшая весь разговор.

— Не сказала. Аделина — не тот человек, к которому можно обращаться за помощью. Она черная колдунья. Харам говорил, что она отправила на тот свет не одну сотню людей, в основном мужчин. И если бы он не был бессмертным, его имя наверняка бы пополнило ее лицевой счет.

— То, что она оказалась здесь, наверняка не случайно, — задумчиво сказала Настя. — Мы должны подойти к ней.

Я хотел было согласиться, но не успел — женщина в соломенной шляпке вдруг посмотрела в нашу сторону. Потом, поправив ремешок сумочки, направилась к нам.

— О боже! — тихонько воскликнула Ольга. — Она идет сюда!

— Не бойся… — Олег взял ее за руку.

Пока ведьма шла, я успел составить о ней некоторое представление, и это представление начисто опровергало расхожие мифы о ведьмах как о мерзких горбатых старухах, творящих в полночный час свои темные дела. Идущая к нам женщина была красива, стройна, грациозна, ее походка притягивала взгляды мужчин. Вот она подошла, я невольно напрягся.

— Добрый день, — поприветствовала она нас, улыбнувшись, — Здравствуй, Леночка, рада тебя видеть. Очевидно, это твои друзья?

— Здравствуйте, — отозвалась Лена. — Да, вы правы.

— Добрый день! — поздоровался я. — Вот уж не думал, что ведьмы так здорово выглядят.

— Может, ты еще просто не встречал ни одной настоящей ведьмы? — предположила Аделина, ничуть не смутившись моим комплиментом. — Что ж, теперь я понимаю, кто меня звал и почему я сегодня здесь оказалась… — Женщина окинула взглядом нашу компанию. — Надо полагать, у вас ко мне какое-то дело?

— Да, — за всех ответил я. — Харам.

— В самом деле? — наигранно удивилась Аделина. — Неужели этот шалопай опять что-нибудь натворил?

— Скорее, собирается. Если его не остановить, то в субботу вечером Москва превратится в одно большое кладбище. Погибнут не только люди — умрет вообще все живое.

— Наверное, в этом будут и свои плюсы? — с очаровательной улыбкой предположила Аделина. — По крайней мере, избавимся от крыс и тараканов. Да и дороги, я думаю, станут немного свободнее.

Она смотрела на меня и улыбалась. Странный это был взгляд: не обладая той силой, которую я ощущал во взгляде Харама, он тем не менее заставлял меня нервничать. Правильнее всего было бы сказать, что этот взгляд принадлежал не человеку, а неведомому существу, по какому-то капризу судьбы принявшему облик прелестной женщины.

— Дороги, может быть, и станут свободнее, — согласился я только для того, чтобы не молчать. — Но погибнут миллионы людей — неужели вас это не беспокоит?

— Милый мой мальчик, времена, когда меня что-то могло беспокоить, давно прошли… — Аделина вздохнула и поправила шляпку. — Что же мне с вами делать?

— Помогите нам остановить Харама, — попросила Настя.

— «Аделина — спасительница мира». Это звучит. — Губы женщины снова тронула улыбка. — Что ж, может, однажды мне это и зачтется. Ты, ты и ты, — она указала на меня, Настю и Катю, — идете со мной… — Повернувшись, ведьма спокойно пошла прочь.

— Ждите нас дома! — успел шепнуть я остальным и вместе с Катериной и Настей поспешил за женщиной.

— Ваши имена? — спросила ведьма, когда мы догнали ее и пошли рядом.

Мы представились.

— Хорошо. Меня, как вы уже наверняка знаете, зовут Аделина. Перейдем к делу… — Женщина несколько секунд помолчала. — Думаю, вы слышали об элатриуме?

— Да, — ответил я. — Вчера вечером Харам собрал его полный комплект.

— В самом деле? — Аделина взглянула на меня, приподняв брови, и я не смог понять, искренне она удивляется или нет. — Значит, ему это все-таки удалось… — Она снова ненадолго замолчала.

— Вы должны знать, — сказала она, когда мы покинули Красную площадь и направились к метро, — что для того, чтобы воспользоваться собранным элатриумом, нужен большой первоначальный объем личной силы. Накопить такое количество силы самому тяжело, поэтому Харам использует сторонние источники энергии. Взгляните на эти двери. — Она остановилась и легким кивком указала на вход в метрополитен. — Видите что-нибудь необычное?

— Нет… — через несколько секунд неуверенно отозвалась Настя.

— Двери как двери, — подтвердил я.

— Ну а ты? — Аделина с интересом взглянула на Катю. — Ты ведь можешь видеть тонкие энергии — я права?

— Я могу снимать информацию, касающуюся людей, — ответила та. — Но с неодушевленными предметами я никогда не работала.

— Вздор! — поморщилась Аделина. — Ты или умеешь это делать, или нет, отговорки здесь неуместны. Не смотри на двери как таковые — попробуй уловить суть этого места. Что оно собой представляет, для чего служит.