Заклинатель боли - Кирилл Смородин

— Не твое дело, — процедил я и ударил, выпустив как можно больше силы.

Деворр сделал то же самое, попутно защитившись от моей атаки. А я выставил барьер против его проклятой магии.

Наши заклинания не было видно, но любой маг, находись он рядом и просто чувствуя те силы, что столкнулись друг с другом, пришел бы в ужас. Настолько опасными и смертоносными они являлись. А еще — примерно равными, и именно поэтому ни я, ни Деворр не могли пересилить.

Ублюдок старался изо всех сил. Его трясло, воздух с жутким хрипом входил в легкие, полный ненависти взгляд не отрывался от меня. Я старался выглядеть бесстрастным, но гримаса боли и невероятного напряжения то и дело проступала на лице. Пострадавшей от магии Деворра руки, тем временем, не стало уже по плечо.

— Ты умираешь, Пайн, — выдавил Деворр, усиливая напор. Я сдержал его, но вынужден был отступить на пару шагов. — Еще пара минут, может чуть больше, и ты попросту не сможешь противостоять мне.

Я не ответил. Но вместо меня заговорила Кабо.

— Он прав, Пайн, — красавица смотрела на меня с отчаянием и сочувствием. — У нас очень мало времени.

— Знаю, — все же произнес я, пытаясь направить на противника как можно больше силы. Ишт-илхо, да сейчас я был бы не против снова сжечь собственный источник — лишь бы уродливая тварь на полу наконец сдохла. — Я прикончу его.

— Один ты не справишься, — сказала Кабо. — Но вдвоем…

— Заткнись! — рявкнул Деворр. — Подлая сука!

— Вдвоем мы одолеем его, Пайн. Во мне еще есть немного силы. Я смогу ослабить его защиту, чтобы…

— Тогда действуй, — прервал я Кабо, чувствуя, что проклятие Деворра подбирается к сердцу. Мне оставалось совсем чуть-чуть.

— Но после этого я исчезну. И ты не сможешь покинуть это место.

— Я и так, — я усмехнулся, — вряд ли смогу его покинуть. Действуй, Кабо.

Девушка кивнула, прикрыла глаза, а в следующее мгновение ее призрачная фигура распалась на сотни золотистых искр. Все они устремились к Деворру, исчезая одна за другой, и вскоре я почувствовал, что его незримая защита перестала быть непреодолимой стеной. Волна моей магии наконец пошла вперед.

Ненависть на лице Деворра сменилась выражением ужаса. Он затрясся еще сильнее, выкрикнул нечто нечленораздельное, а затем я все-таки достал его. Стихия, созданная сильнейшим заклинателем боли, наконец добралась до жертвы и взялась за дело.

Ублюдок завыл и начал корчиться, с каждой секундой все больше истекая кровью. Черная, мерзко пахнущая субстанция брызнула из глаз, ушей, рта и носа Деворра. Его кости захрустели, а опухоли стали лопаться одна за другой. Плоть таяла и растекалась, образуя зловонные лужи, части деформированного скелета распадались.

Деворр был жив еще около минуты. Затем все, что от него осталось, стало впитываться в плиты пола, и я позволил себе упасть на колени.

Тут же все вокруг содрогнулось. По огромному залу прокатился угрожающий гул, из щелей между плитами потянулись языки черного дыма. Они тянулись друг к другу, собираясь в центре помещения одним огромным пульсирующим облаком. И это дымное «сердце», сотканное из страшной магической силы, с каждой секундой билось все чаще.

Я не выдержал — заорал. Дрянь, которой меня заразил Деворр, яростно грызла мою плоть. Удерживаться в вертикальном положении и дальше попросту не оставалось сил, и я лег. Закрыл глаза и постарался не думать об адской боли, что расползалась по телу.

Я чувствовал, как концентрация черной магии в помещении растет. Плиты подо мной вибрировали и трескались, воздух загустел, и вдыхать его было мерзко. Поэтому… в каком-то смысле даже хорошо, что скоро мне больше не нужно будет дышать.

Не знаю, сколько я так пролежал. Может, несколько секунд. Может, минуту. Воздух в зале начал раскаляться, все вокруг затряслось, а затем был взрыв.

Взрыв, после которого не осталось ни зала, ни наполнявшей его черной силы, ни меня.

***

— Екатерина Викторовна, неужели все закончилось? — Петр Андреевич поравнялся с Елистратовой.

— Не знаю, Петя, не знаю, — ответила та, из окна кабинета наблюдая за происходящим на улице.

А происходило там… Екатерина Викторовна и сама не знала, как это объяснить и сформулировать. Как будто кто-то поставил творящийся вокруг кошмар на паузу, а затем включил обратную перемотку.

Неестественно черные тучи разошлись, все вокруг перестало содрогаться и рушиться, исчезли жуткие тени, что носились по воздуху как безумные. А та мерзость, что устилала улицы, дома и машины, что погребла под собой немало погибших, рассыпалась пылью, которая медленно поднималась вверх и просто исчезала.

— Ощущение такое, что какой-то крайне могущественный засранец отменил едва начавшийся апокалипсис, — задумчиво добавила аристократка.

Она бы очень хотела облегченно выдохнуть, признав, что худшее позади, однако осознавала: просто так ничего не бывает. Понадобится время и очень много сил, чтобы удостовериться, что угроза миновала, и понять, что вообще произошло. Какого хрена мир вдруг начал агонизировать, а затем так же резко передумал.

Дерьмо какое-то…

Несколько раз глубоко вдохнув, Екатерина Викторовна прикрыла глаз. Она очень устала. Защита академии и всех, кто в ней находился, истощила ее. Да и многих других тоже, и сейчас Елистратова была горда коллегами. Каждый, кто трудился под ее началом, показал, что способен не только учить юных магов, но и использовать силу для выживания и спасения, когда все вокруг катится в жопу к самому дьяволу. Молодцы. Даже Валерий свет Михайлович внес свою лепту в общее дело, не позволив академии погрузиться в хаос.

Что, впрочем, не отменяет некоторых не очень хороших подозрений на его счет.

— Ладно, хватит расслабляться, — произнесла Екатерина Викторовна, обращаясь больше к самой себе, нежели к стоявшему рядом Петру Андреевичу. — Работы впереди еще туева хуча.

Пожилой маг тепло улыбнулся. Он уже давно заметил: чем серьезнее проблема, тем чаще и сильнее эта восхитительная женщина начинает сквернословить. И это лишь добавляло ей очарования.

— Екатерина Викторовна, — со стороны входа в кабинет послышался бас Игоря.

Елистратова обернулась и посмотрела на главу службы безопасности академии. Никогда прежде аристократка не видела его таким изнуренным. Игорь отдал противостоянию с неведомой угрозой всего себя: отбивал атаки тварей, заложил основу для огромного невидимого щита, укрывшего академию. Он едва держался на ногах, и Екатерина Викторовна взглядом указала ему на свое кресло.

— Садись, Игорек, — мягко произнесла она. — Как чувствуешь себя?

— Терпимо, — мужчина вымученно улыбнулся, устраиваясь в кресле. — Непонятно другое: почему все так внезапно прекратилось?

— Верно, — Екатерина Викторовна задумчиво покивала. — Но и это мы обязательно выясним.

— И еще один момент, — борясь со сном, продолжил Игорь. — Звонил Серафим Аркадьевич. Ему наконец-то удалось узнать, кто