Полковник - Евгений Борисович Коваленко

в море выходить? Очень, очень внушает. И дерево очень толстое. Как бы не пятнадцать сантиметров, толщина деревянного набора. Реальный кораблик.

Дизелек баркаса застучал громче и мы отправились в поход по Реке. Туда, вниз по течению, на Север. С левой стороны начал проплывать кое где освещенный Райцентр, а затем, справа, нам всем открылась наша площадка с техникой. Угу. Пришлось нашим мужикам ее срочно расширять. Мало мне того что за лето закупил у вояк, так еще и последний приход. Две тысячи пятьсот сорок два самосвала, пятнадцать ремлетучек, два КА — 700, и триста два наливняка — заправщика. Огромная площадь огороженная колючей проволокой, Егозой и путанкой. Вся площадка высвечена прожекторами да еще и по периметру уже стоят столбы с фонарями.

Толкаю капитана в колено.

— Игорь Юрьевич.

— Что, красиво?

Я киваю головой.

— Да я не про это. С аэропортом есть какие подвижки?

— Ну ты же знаешь.

Скривился капитан.

— Выгребли со дна танка мазуту, грязь, воду — а танк то дырявый.

Ну да. Беда у нас. Зарытые в землю танки под авиатопливо и прочее — тупо и давно сгнили. Видать еще при советской власти. Видимо поэтому и закрыли аэропорт еще при советах. Танки поменять это ого го какой объем работы, как раз на все следующее лето.

Я киваю головой и выслушав капитана задаю вопрос.

— У нас же стоят триста наливняков. Отпарить их после солярки да поставить около аэродрома.

— Хм? Странно? А мы даже и думали в эту сторону.

Капитан сдвинул капюшон плащ-палатки и почесал лоб.

— Да сделаем конечно!

Я кивнул головой и подитожил.

— И начнем летать.

Миха гмыкнул.

— Точняк братан. Хочу на вертолете полетать, ни разу в вертушке не был.

— Полетаем еще.

— Игорь Юрьевич. А камеры подвесили?

— Пока нет Саня. Еще не все столбы поставили, да и сам знаешь что весь народ на сухом доке.

— Угу.

Река обогнула город и резко повернула строго на север. Дядь Слава добавил оборотов, дизелек немного рыкнул и начал разгонять баркас.

— Через часика полтора уйдем направо, прямиком в приток Реки, а там уж и до Озера недалече. Баркас около водопада оставим а сами только пешком.

Все сидящие в баркасе угукнули и потуже запахнули все свои непромокайки. Баркас набрал скорость и дождик начал реально сечь как плеткой.

Ну посмотрим на местную жемчужину. Мне все наши уже понарассказывали про кусочек Швейцарии в глубине тайги, посмотрим на местные красоты.

Стоим с Михой, Шульцем, Капитаном и двумя егерями на сопке и моя челюсть реально уехала вниз по сопке. Ну красотища просто неимоверная!!

Наконец Шульц отмер, протер свои очки и на ломанном русском высказался.

— Господа. Такое чудо я только в Швейцарии видел. Но увы. Там вся земля освоена и вокруг озера — пять шале, три гостиницы и деревня. Все живут только за счет туристов.

Шульц на меня глянул и неожиданно спросил.

— Алекс. Можно узнать насчет покупки земли около этого озера?

Гляжу на немного обнаглевшего немца и вежливо отвечаю.

— Так куплено уже, герр Шульц. Если взять за центр нашу Ё-деревню, то в радиусе пятидесяти километров земля принадлежит …..

Я нагло улыбнулся егерям и приложил палей к губам.

— Тссс. Есть и исключения. Все что было построено и освоено до первого сентября 1993 года не наше. На Райцентр и прочую собственность мы не претендуем.

Даже Миха крякнул!

— О мля!

— Это когда это??!!

Округлил глаза капитан.

— Ооо! Был у меня перед отъездом весьма предметный разговор с губернатором. Неважно. Одно могу сказать. Это озеро и многое другое в аренде на девяносто девять лет. И документы там не просто бумаги, а бумаги из железобетона. Договор подписан пятью министерствами и завизирован личной подписью Бориса Николаевича Ельцина. Мало того. Издан Президентский указ о передаче этих земель нам. А это господа, это уровень Закона.

Все замерли, обдумывая перспективы и особенно цену, которую мне пришлось заплатить за резкое движение и проталкивание ТАКИХ бумаг. Ну да. Трое суток, пока мы месили грязь на дороге, губер скакал как блоха. Облцентр — Москва и обратно. И денег в Москве ему немного дали, заодно и указ президента проплатил. Да, да. Есть людишки, которые бухому Бореньке бумажки на подпись подсовывают. Дорого конечно, но за ТАКОЕ никаких денег не жалко. И нет. Это не основная просьба. Летом поговорим о том что я взял с губернатора.

Опять ожил первым Шульц.

— Плохо то, что аренда. В собственность никак не купить.

— По другому, пока что никак.

Обрезал я немца и поставил в курс дела всех.

— Закона о продаже земли нет, и я уверен что и не будет.

— Ты, именно так, думаешь?

Осторожно уточнил Шульц.

— Да. Не дадут народу землю в частную собственность. Никогда не дадут. Власть чинуш сильно пошатнется.

— Хм.

Шульц хмыкнул, потом вздохнул, и поправив свою двустволку 16 калибра бодро сказал.

— Ну что? На утку? На косулю?

Он глянул на егерей и попросил.

— Ну ведите уже, куда ни будь.

Привели конечно. Прямо у подножия сопки, в двухстах метрах от берега озера стола заимка. Ага. Такой хороший и уверенный в себе сруб из толстенных бревен. Да и вокруг сруба все было оборудовано. И шашлычно мангальная зона и несколько беседок, и даже огромный стол человек на сто спрятанный под навесом. Ну а на озере были лодки. Да, да. Обычные, на веслах, но их было много. Я само понятно занял место с Михой, но третьим к нам залез Шульц. Егеря махнули руками и приказали двигаться за ними.

Я всегда отлично стрелял. Хоть из бластера, хоть из главного калибра линкора. После переноса мой талант не пропал, и дело тут не в нейросети. Я от мамы с папой такой дар получил. Вот. Сидим, Шульц и Миха подгребают поближе к стайке припозднившихся уток. Вщиххх!! Нас заметили и утки встали на крыло. Штадах, штадах! Бамц, бамц. Бабам, бабам. Прервым выстрелил Шульц из двух стволов, затем я из снайперки и потом Миха из своего двенадцатого калибра. Хрен им обоим, для гладкоствола далеко. А я успел отстрелить головы двум уткам. Сам! Никаких нанодроидов и нейросетей. Подплыли, забрали.

Ладно. Охоту описывать? Глупо это. На охоту надо ходить и описывать ее верх глупости. Сходите и поймете сами. А вот разговор с Шульцем стоит отдельного описания.

К двенадцати дня все вернулись с добычей к заимке. Птом было потрошение и ощипывание, затем были котлы и каждый лез с советами к повару, очень сытный обед и