Экстерминатор. Том 2 - Антон Чернов

деньгами. И в пользу Гефеста — уж чёрт знает, как Атомиум собирается использовать данные, но рубры явно их обломают.

— Кстати, Николай, ты понимаешь, что рубры могут быть совсем не ангелами?

— Не просто понимаю, Андрей. Скорее всего — они не намного лучше. Но, как минимум, честнее — сам знаешь, что творится в системе Гефеста, и они не врут, — на что эксулап кивнул. — А самое главное — мне как-то похрен. Нас задел Деррик и Атомиум, им мы, по возможности, подгадим. А кто гад, кто хороший в глобальном смысле — уж точно не вопрос для Отряда Неудачников. Или есть возражения?

Возражений не было, план я свой дорассказал: ну, раз гарантированно есть доносчики (а без этого — хрен нам Деррик сообщит, через какую станцию будет лететь корабль-цель), то для станции должен быть минимум «захват объекта». Рассчитываю я на то, что с рубрами удастся связаться узким лучом, объяснить расклад и сотрудничать.

— А если нет — абордаж, с минимумом жертв, — подытожил я. — И будем стараться договорится. Проблем… да не должно быть, по логике: эти рубры на половинном тяготении ватные.

— Принудить к диалогу силой, — оскалилась Колючка, на что я кивнул.

— А если… — пробасил Самсон, замялся, покраснев, но после кивка продолжил: — А если там не рубры, командир?

— Это… вряд ли. Но даже в этом случае, Самсон, для нас ничего не меняется. Пробуем договориться с ним узконаправленной связью, а если отказ — абордаж и «принуждение к диалогу силой». Собственно, на кого бы ни точила зуб администрация Атомиума — жертва в любом случае заинтересована в выживании и симметричном ответе.

Определились, стали ждать, заниматься своими делами и тренировками. Я, помимо всего прочего и колючего, составлял кстати планы по «срочной закупке на Атомиуме».

— Ты так уверен, Коль, что у нас всё выйдет? — заинтересовалась Ирка.

— Ни черта я не уверен, Ир. Но если выйдет — временной люфт у нас совсем небольшой. И имеем мы его исключительно за счёт реальной скорости Энериды, ну и лабораторий. Так что если всё выйдет — время на Атомиуме сутки, максимум двое. И надо успеть — или плюнуть, если будут тянуть, — вздохнул я.

— Но готовыми быть надо, — понимающе кивнула Ирка. — Давай-ка я тебе помогу, — поёрзала она.

— Эммм… с тем, на чём ёрзашь?

— И с этим — тоже.

А через тридцать часов от Атомиума приватной связью пришли точные координаты. И сроки, в которые мы с учётом декларируемых скоростей — еле-еле укладывались. Так что Энерида начала ложиться на разгонную траекторию буквально через десять минут после сообщения. И тут Мозг сообщает, что со мной хочет пообщаться Кубик.

— Капитан Керг, в связи с вашим новым заданием, у меня есть к вам… просьба, — замялся киборг.

— Не хочешь участвовать? — уточнил я.

— Нет, капитан. Ваши резоны, приведённые команде о месте «Идиген» — вполне отражают разумную и, скорее, похвальную позицию. Должен отметить, что операции Защитного Флота не всегда укладываются в общепринятую мораль…

— Силовики, — покивал я.

— Именно так, капитан. Так что вопрос «неучастия» даже не стоит. Скорее наоборот.

— Давай-ка поподробнее.

И выдал Кубик такой расклад: курьер конфедеративного производства — чертовски прожорливая, но и чертовски быстрая и маневренная тварюшка, с минимумом вооружения. И превосходит Энериду в динамических характеристиках, не в гипере, а в обычном пространстве. Что Кубик сообщил, а вот я до конца в смысле «угловых скоростей» и «гашения импульса» не очень вник. В общем, выходит, что курьер от нас теоретически может просто убежать.

— Подтверждаю, капитан Керг, — сообщил Мозг, естественно, наблюдавшей за нашей беседой.

— Дракончик — маневреннее, — призадумался я. — В принципе — догонит, — сверился я с коммом.

— Не учитывая возможного ухода в гиперпространство, капитан.

— Блин, а хочешь-то ты чего? — с некоторым раздражением (надеюсь — только внутренним) уточнил я.

На что Кубик попросил… больших прав в управлении Энеридой. Грубо говоря, он захотел стать штурманом, потому что в рамках «консультаций Мозгу», с учётом пояснений «нахрена» — терялось ощутимое количество времени. Мозг — «не возражал». Ну а я… решил что почему бы и нет. С учётом, что большинство данных по курьеру у нас от Кубика, да и в рамках перспективы — пусть будет. На испытательном задании, скажем так. Справится, Мозг одобрит — пусть и дальше штурманит. Не справится — ряд наших планов накроется всяким, ну и буду думать.

Добрались до однопланетарной системы с развитым Миром и мощнейшей системой планетарной обороны — фактически кольцом вокруг планеты. Данных без баз об этом не было, а я порадовался за свою интуицию: была возможность, ну чисто теоретическая, высадиться на заправляющей станции и захватить судно-цель. Но — что-то цепляло, чего я не мог формализовать, помимо того, что сопротивление может быть от станционников. И я данную возможность даже не рассматривал, что оказалось — совершенно правильно. Мозг «щедро» выделил Энериде пять минут существования, под огнём этого орбитального кольца.

— Кубик, приступай к вычислению точек, Мозг — держимся синхронно орбиты планеты, на высокой звёздной, — раздавал я чертовски важные и ценные указания, напоминая себе командира из анекдота.

— А мы? — заинтересовался Клемент.

— А мы, дорогой отряд, — широко улыбнулся я. — Будем знакомиться с разумными, экономикой, техникой… Учиться, в общем.

— О нет! — раздался неидентифицированный писк, полный горя и скорби.

— О да! — ликовал я. — Но вообще, ребят, надо. Мы, конечно — экстерминаторы, но ряд моментов сменилась. А судя по нашим совещаниям — тупим все. Я в том числе.

— Угу, — кивнул, на удивление, Андрюха.

Впрочем, удивляться этому я перестал: экстропийный эскулап стенал исключительно от «двигаться, разговаривать с людьми» ну и от подобных моментов. Обработка информации же в них не входила, видимо, не множа энтропию Вселенной.

— Николай, надо создать в искреле макет корабля, консультируясь с Ректангулумом. И… — последовал душераздирающий экстрапийный вздох. — Потренироваться там.

— Это ты толково отметил, Андрей, — оценил ья. — То есть, ты с нами?

— Без вариантов. Операция на неизвестной территории предполагает «захват живьём» — если, конечно, вариант договориться не сработает. Но мне, почему-то, в это слабо верится.

— Мне тоже, — признал я. — Думаешь, будет сильное сопротивление?

— Чёрт знает, Николай. Вроде и вправду