План игры - Александр Леонидович Пономарёв

стражей, надежно охраняющих тайны архипелага, и лично держал на контроле процесс создания уникальной технологии. Он понял, что ждет его новую оболочку, когда глазами Орешкина окинул кабинет и увидел цилиндрические стеклянные емкости. Четыре узких, высоких цилиндра были под завязку заполнены прозрачной жидкостью с желтоватым оттенком, а в пятом ее оставалось чуть меньше половины. Это и была та самая сыворотка с нанитами. Часть ее теперь находилась в довольно больших шприцах. Заправленные сывороткой медицинские приспособления лежали в ряд на застеленном одноразовой пеленкой столе, а использованные кучкой валялись в эмалированном тазу под этим самым столом.

Карпентер не мог прознать о нанитах без посторонней помощи. Кто-то из связанного с разработкой прорывной технологии научного персонала слил секретную информацию полковнику, а тот использовал ее по назначению.

«Узнаю, кто это сделал, заживо сгною», – подумал Богомолов и на доли секунды слился с сознанием Орешкина.

Глава 22. Цель достигнута

Федор сам не понял, откуда в его голове появилась информация о закачанной в шприцы жидкости. Он посмотрел на дежурящего возле выхода из кабинета бойца ЧВК – видимо, того откомандировали сюда для охраны порядка, – перевел взгляд на сотрудника в белом халате с закрытым одноразовой маской лицом и напрягся, точно сжатая пружина.

– Чего встал как истукан? Подойди ближе. Или уколов боишься? – сердито буркнул лаборант и, потянувшись за шприцем, на мгновение потерял зрительный контакт с очередным клиентом.

Это была непростительная ошибка. Федор прыгнул с места, как тигр из засады. Рывком заломил руку лаборанта за спину и впечатал его головой в столешницу из полированной нержавейки. Шприцы стайкой испуганных птиц брызнули в стороны. Федор отшвырнул бесчувственное тело и подобрал один из шприцев с пола.

Все произошло настолько быстро, что чэвэкашник не успел среагировать. Он запоздало потянулся к пистолету в набедренной кобуре, но Федор его опередил. Зубами сорвал с иглы защитный колпачок и метнул шприц в противника, словно это был десантный нож. Длинная игла вонзилась в глаз по самое основание.

Боец мгновенно забыл про пистолет и заорал благим матом, прижимая растопыренную пятерню к лицу. Между указательным и безымянным пальцами торчал пластиковый цилиндр шприца. Из-под ладони по щеке тонкой струйкой текла похожая на сукровицу жидкость.

Истошные вопли в любой момент могли привлечь постороннее внимание. Федор подскочил к изрыгающему проклятья чэвэкашнику и с размаху впечатал основанием ладони по ребристой пятке поршня. Игла с хрустом пронзила надкостницу глазницы и глубоко вошла в мозг. Боец хрипло всхрюкнул, испустив дух. Мышцы тела расслабились. Руки безвольно упали вдоль тела, ноги подогнулись в коленях, уцелевший глаз закатился под верхнее веко. Из приоткрытого рта к подбородку покатилась капелька слюны, а на штанах в области паха появилось темное пятно. Федор подхватил падающее набок тело, опустил на пол и вытащил пистолет из кобуры поверженного врага.

– Теперь у тебя есть оружие, – прозвучал в голове Федора знакомый голос. – Скоро ты снова станешь самим собой.

– Заткнись! – сердито буркнул Орешкин. – Если так хочется поговорить, лучше бы сказал, как добраться до лаборатории.

– А чего тут говорить? Просто следуй моим подсказкам, и все будет в лучшем виде.

Федор сунул пистолет за пояс, прикрыл полами вытащенной из штанов рубахи и вышел из кабинета.

У дверей толпилась группа из десяти человек разного роста и телосложения. Гражданская помятая одежда, усталые лица – точь-в-точь новобранцы в военкомате. Среди них особо выделялся один. Широченный в плечах, он на две головы возвышался над остальными и свысока смотрел на Федора крохотными глазками.

– Это ты так орал? – спросил он неподходящим для таких габаритов тонким, почти что девичьим голосом.

– Ну я, – кивнул Федор.

– А чего так?

– Да, понимаешь, там шприцы длиною с ладонь, а я с детства уколов боюсь. Вы пока туда не заходите, там лаборант пол моет: вырвало меня со страху. Он позовет, когда можно будет.

От «процедурной» лабораторию отделяла сеть запутанных переходов с этажа на этаж и от корпуса к корпусу. Без чужой помощи Федор вряд ли бы смог быстро найти дорогу. Следуя подсказкам Богомолова, он двигался как по навигатору, точно зная, когда и куда повернуть.

Почти в самом конце маршрута противно завыли скрытые под потолком динамики сирен. На стенах замигали красные огни тревожной сигнализации. Чуть позже вдалеке послышался едва различимый на таком расстоянии сухой треск автоматной стрельбы.

– Кажется, у нас гости, – раздался в голове Федора взволнованный голос Богомолова. На него это было не похоже: до этой минуты он в любой ситуации говорил с легкой ленцой, как будто делал одолжение. – Давай-ка ускоримся.

Остаток пути до лаборатории Федор проделал легкой трусцой и остановился возле двери с узким матовым стеклом посередине.

– Открывай! – отрывисто скомандовал Богомолов.

Федор подергал за ручку.

– Заперто.

– Ну так разбей стекло. Всему тебя учить надо, что ли?

Федор хотел было возмутиться, но передумал, решив, что так у «пассажира» проявляется желание побыстрее вернуться в свое тело, и локтем высадил стекло. Осколки со звоном упали на пол с той стороны двери. Стараясь не порезаться об острые, словно зубы дракона, обломки стекла, он осторожно просунул руку внутрь. Нащупал барашек замка, повернул в вертикальное положение. Раздался приглушенный щелчок. Федор вытащил руку и зашипел сквозь зубы. Все-таки не уберегся. На кончике одного из осколков, самого острого и высокого, драгоценными рубинами сверкали капельки крови.

– Выключатель на стене слева, – подсказал Богомолов, когда носитель его сознания вошел в лабораторию.

Федор вытянул руку в сторону, на ощупь отыскал бугорок выключателя. На потолке замигали трубки люминесцентных ламп, а потом внутреннее пространство лаборатории наполнилось холодным белым светом и монотонным, едва различимым на слух, гудением.

– Видишь плавающего в резервуаре человека? Это я. Будем знакомы. А видишь там, чуть в стороне, странную штуковину, очень похожую на опутанного трубками стеклянного снеговика?

– Ну вижу, дальше что?

– Подойди к этому «снеговику», возьми один из шлемов, он похож на сплетенную из разноцветных проводов шапочку с присосками внутри, и натяни на мою голову.

Федор сделал как было велено. Правда, чтобы надеть шлем на Богомолова, пришлось залезть в напоминающий огромную ванну резервуар, почти до краев заполненный мутной молочно-голубой жидкостью.

– Теперь включи «снеговика» вон той красной кнопкой на пульте, а сам встань на круглую площадку рядом с ним. Надвинь закрепленный на штанге подвижный колпак на голову и жди, когда каждый из нас снова станет тем, кем был.

– И все? – Не поверил Федор. – Так просто?

– А ты чего хотел? Танцев с бубном и шаманских камланий? Все, хватит болтать. Хочу быстрее вернуться в свое тело. В гостях, как говорится, хорошо, а дома лучше.

– Можно подумать, мне эта ситуация нравится, – пробормотал Федор, нажимая на кнопку включения. На небольшом экране сбоку от кнопки появились зеленые цифры обратного отсчета. Тридцать секунд. Этого времени с лихвой хватало для завершения подготовки. Федор встал