Падение летающего города 1. Путь Самирана - Максим Александрович Лагно

Луны. Туда и побежал. Из тёмных кустов, растущих вдоль дорожки выбежало ещё двое каких-то людей, и бросились за мной вдогонку.

Напрягая усталые ноги, я добежал до входной арки храма, которая была перекрыта несвойственными для дивианских общественных зданий бревенчатыми воротами.

Всё. Дальше бежать некуда.

Хотя мой дом и находился рядом, я ни разу не видел, чтобы кто-то заходил или выходил из этого храма. Тем сильнее было удивление, когда в воротах отворилась небольшая дверка и вышел старец.

У него была длинная белая борода, очень ухоженная и гладкая. Одет он в чёрный длинный халат, на голове возвышался головной убор, похожий на цилиндр. Вся эта одежда казалась такой тяжёлой, что клонила старца к земле.

— Почему ты лежишь у двери нашего храма, Самиран, сын Похара Те-Танга и Мадхури Саран? — тихо спросил он.

Задыхаясь от бега, я только махнул рукой. Старик посмотрел на Илиина и Раккира, бегущих ко мне. За ними маячили фигуры других сообщников.

— Они хотят тебя обидеть?

— Ага… — выдохнул я. — Склоняют к грязному колдовству.

— Это очень плохое занятие, мальчик.

— Я знаю. Помогите мне…

— Позволишь ли ты прикоснуться к тебе?

Я с безразличием кивнул, мол, делайте что хотите.

Старик дотронулся до моего плеча морщинистой дрожащей ладонью. И резко отдёрнул её, будто от огня.

— Что это у тебя, мальчик? — воскликнул старик. — У тебя… У тебя двадцать четыре тысячи граней? Как такое возможно?

Я пожал плечами:

— А вы можете видеть мои грани?

— Особенное сочетание кое-каких озарений с ярким «Чтением Путей» позволяет видеть чужие озарения и грани. И многое другое.

— Ну и вот, — ответил я. — У меня столько граней.

Илиин и Раккир подбежали к нам.

— Отойди, дедушка, — сказал Раккир и хотел схватить меня за ногу.

— Меня зовут Танэ Пахау, самый старший Храма Движения Луны! Заклинаю вас — ни шагу дальше!

Илиин возразил:

— Дедушка, мне до глубокой грязи кто ты и чем ты занят в этом забытом людьми сарае. Лучше отойди, и не мешай нам.

Дедушка махнул ладонью, насылая на бандитов такой «Порыв Ветра», что их, как веточки, унесло на десяток метров. Правда, не ударило об стены храма, а мягко положило на землю. Над каждым возник вихрь из пыли и сухих листьев, который прижал их к земле. Остальные нападавшие благоразумно остановились поодаль, не рискуя попасть под другой «Порыв Ветра».

Один достал из шкатулки на поясе какой-то кристалл и попробовал применить его, чтобы убрать вихри, но это не помогло.

Старик поманил меня пальцем:

— Пошли за мной, Самиран.

Упрашивать меня второй раз не надо.

* * *

Так как Храм Движения Луны практически торчал перед окном моей комнаты, то я не мог не расспросить родителей Самирана о его назначении.

Как и многие древние городские цивилизации, дивианцы вели подробные астрономические наблюдения. С тою разницей, что не давали звёздам имена богов. И вообще не окружали их мистикой.

Образованные дивианцы знали, что звезды — это такие же солнца, вокруг которых крутились такие же планеты, над поверхностью которых — верили они — властвовали такие же летающие города, как Дивия.

От папы Самирана я узнал, что когда-то центр астрономических наблюдений находился в храме движения Луны. Использовать инструменты храма могли только те, кто выбрал предназначение «Смотрящий На Звёзды», им повиновались устройства и каменные скрижали храма.

«Смотрящие на Звёзды» — совершенно не престижное предназначением. Его выбирали или слабые рода или озарённые дети из бедных семей. Чьи представители не хотели участвовать ни в войнах, ни в политике, ни в торговле, ни в увеселениях. Словом, были не от мира сего.

Само собою, что звезды использовались для ночной навигации. Но только в тех случаях, когда воины Дивии, погрузившись в свои небесные автобусы, улетали в рейды на низкие царства. В качестве навигатора они брали кого-нибудь из храма Луны. Но в наши дни, когда воины не улетали далеко от Дивии, перестали быть нужными и звёздные навигаторы.

Для самой Дивии, как я понял, звёздная навигация не требовалась. Летающая твердь ориентировалась в небе по какими-то иным принципам, о которых знали члены Совета Правителей.

Обо всём этом я вспомнил, шагая за старцем в темноте. Наш путь освещал лишь тусклый фонарь, который покачивался в руке старца. Фонарь выхватывал из темноты Скрижали с застывшими на них рисунками планетных орбит, дисков и звёзд. А рядом — столбцы цифровых иероглифов с редкими словами типа «центр вращения» или «сила Луны». Я заметил толстый слой пыли на перемычках иероглифов. Видать, давно поверхность этих скрижалей не меняла своего рисунка.

По гулкому эху наших шагов я предположил, что в темноте таилось много пустого пространства.

Скоро мы свернули в большую комнату, в центре которой висел покрытый пылью шар. По характерным круглым кратерам, я распознал в нём каменный макет Луны. По потолку разбросаны такие же жуковидные светильники, какие были в моём доме. Правда, работали они как будто вполсилы, отчего комнату заливало неприятное ровное освещение, из-за которого все предметы казались плоскими, зыбкими, растворяющимися в сумраке.

Возле макета Луны стояло впритык три лектуса. На них — ворох скомканных одеял и потёртых шкур.

— А сколько в храме служителей? — спросил я старца.

— Достаточно одного меня, — ответил Танэ Пахау. — Но были времена, когда Храмы Движения Луны были воздвигнуты по всей Дивии. Теперь остался один. И я в нём один…

— А что случилось с остальными храмами? — спросил я.

— Их выкупили и разрушили рода Хатт, Киналла и Бахай. На храмовой земле они построили большие дома для многих жильцов, обустроили рынки или торговые поля для акрабов.

Я был несколько удивлён таким открытием.

— Но если храмов было много, то почему вы и ваши прихожане позволили разрушить их?

— Это было справедливое возмездие, — покачал головой Танэ Пахау. — Ведь наши храмы Движения Луны тоже были построены на обломках более древних храмов, в которых люди прошлого молились богам, которых никогда не было.

Эти откровения стали неожиданностью. Я считал, что вера в Двенадцать Тысяч Создателей была в Дивии изначально. Разве не на ней построена вся жизнь города?

Старец угадал моё замешательство:

— В Доме Опыта тебе не расскажут, что до Двенадцати Тысяч Создателей люди Дивии преклонялись пред Силой Движения Луны, до неё — верили в Двенадцать Звёздных Исполинов. А до них — в духов зверей и птиц. А до них — в богов молний и грома. А до них — во что-то ещё, в какие-нибудь ракушки, травы или метеориты. Об этом даже скрижалей не сохранилось.

— Такое не расскажут, — согласился я.

— Но