Дело Чести (Третья жизнь Архимага) - Иван Николаевич Щукин

— Да нет же! — эмоционально всплеснула она руками и даже ножкой топнула. — Ты не понимаешь!

— И не хочу понимать, — покачал я головой и улыбнулся. На самом деле этот разговор меня здорово развеселил. А ещё он показал, что Алёна хоть и княжна, но наивная до невозможности. И красивая. И грудь у неё… Чёрт, главное не влюбиться! — В примаки, как уже сказал, не пойду. Но взять тебя женой могу. Причём с удовольствием! Только не я к вам в род войду в этом случае, а ты к нам. То есть ко мне! Будешь боярыней Северской! А что, звучит!

— Вот ещё! — снова топнула ножкой княжна. — Ты подрасти сначала для женитьбы! И вообще, мы уже пришли.

Мы действительно уже какое-то время стояли перед воротам в академию. Так что Алёна, не дожидаясь меня, постучала в калитку и скрылась внутри.

Я же, прежде чем войти, отпустил Михалёва с его людьми. Теперь долгое время охрана мне не понадобиться. Впереди учёба! А остальными моими делами сейчас есть кому заняться.

Глава 17

Разрушенная репутация подобна разбитой вазе — ее можно склеить, но всегда заметны поврежденные места.

Генри Уилер Шоу

Уже на территории академии один из охранников сказал мне, что меч в учебные дни лучше оставлять в своей комнате. Не принято тут с ним расхаживать.

— А кинжал? — на всякий случай уточнил я.

— Кинжал можно, — пожал плечами охранник. — Традиция. Тем более, что все ученики академии и сами по себе оружие. Слабые уже отсеялись. Вообще-то и меч носить не запрещено. Именно что не принято. Плохой тон.

— Понял, спасибо, — поблагодарил я, и направился к своей общаге.

Моего соседа по комнате, Богуслава, ещё не было. Отчего-то задерживался. Поэтому я разложил вещи, послонялся немного из угла в угол и лёг спать. Делать всё равно нечего. Телевизоров с компьютерами в этом мире ещё не придумали. А книг я с собой никаких не брал, рассчитывая на местную библиотеку. Так что лучше выспаться как следует, чтобы в первый учебный день не клевать носом.

Разбудил меня громкий стук в дверь. Сразу сообразив, где нахожусь, я решил, что это Каменев наконец-то добрался до академии. Но вскочив с кровати, увидел такого же заспанного Богуслава.

— Ты тут? — удивился я. — А там тогда кто?

— Не знаю, — пожал плечами здоровяк. — Может Зорину не спится?

Но открыв дверь, мы увидели не Клима, а одного из охранников. Причём последний был крайне недоволен.

— Северский? — буркнул он, глядя на меня. — К тебе там пришли.

— Ко мне? Кто? — начал тупить я.

— Мне почём знать? Друзья твои, наверное. Сказали, что штурмом будут брать академию, если не пустим.

Вот тут с меня сон и слетел. Все мои в курсе, что у меня началась учёба. И если что-то нужно передать, то сделать это можно оставив письмо на проходной. А вот если как сейчас — требовали меня вызвать, да ещё и угрожали охране, значит, точно случилось что-то серьёзное.

— Помощь нужна, боярин? — спросил Каменев, видимо придя к тем же выводам, что и я.

— Пока нет, — покачал я головой, и принялся одеваться.

В небольшом помещении возле проходной меня дожидался хмурый Михалёв и, что удивительно, ещё более хмурый боярский сын Зубов из рода Дёминых.

— Что-то случилось у Дёминых? — сходу спросил я.

— Не у Дёминых, — покачал головой Всеволод Петрович, — у тебя.

И перевёл взгляд на Михалёва.

— Нас ограбили! — нервно произнёс Умник. — И фотографическую мастерскую, и прилегающую к ней артефакторную лавку.

— Как? — офигел я, и немного расслабился. Неприятно, конечно, но не смертельно. — А охрана?

— Всех четверых охранников убили, — мертвым голосом, с трудом выталкивая из себя слова, ответил Михалёв. — А ещё убили художника. Так же похищен фотоаппарат, расходники к нему и все артефакты.

— Что там делал художник так поздно? — уточнил я. — Или это раньше случилось? Не ночью?

— Они с Эльзой продолжали работать над портретами. Много заказов…

— С Эльзой⁈ — уцепился я за эти слова, чувствуя, как где-то в районе живота словно появился тугой неприятный комок.

— Да, боярин, — кивнул он, не решаясь посмотреть мне в глаза.

— Что с ней?

— Мы не знаем. Там её не оказалось. Возможно, похитили…

— То есть она жива?

— Мы не знаем, боярин, — наконец-то поднял на меня глаза Умник. — Там сейчас работают люди Дёминых. Я сразу же обратился к ним. У нас опыта расследований нет.

— Ты всё сделал правильно, — кивнул я и перевёл взгляд на Зубова. — Вы что-нибудь выяснили?

— Пока нет, — покачал головой боярский сын. — Только начали работать. Я бы и тебя, боярин, не стал беспокоить, если бы не ещё одно происшествие…

— Говори! — видя, что теперь и он замялся, приказал я. И плевать, что фактически, приказывать ему я не имею права!

— В том районе, где расположена твоя фотографическая мастерская, взлетело на воздух здание городской стражи. Взрыв был такой силы, что даже деревья, что росли рядом, повалило. Мне отчего-то кажется, что всё это взаимосвязано…

— Чёрт! Чёрт! Чёрт! — выругался я и с силой провёл ладонями по лицу, пытаясь собраться с мыслями. Но получалось плохо.

— Значит я прав? — тут же уточнил Зубов, видя мою реакцию.

— Фотоаппарат я специально сделал не разборным, — через силу заговорил я, понимая, что сейчас не время впадать в панику. — Цепочка специальных рун. Должна активироваться, если кто-то всё же попытается это сделать. И будет большой бум! Придумал я это как раз на случай кражи, чтобы никто не смог разобраться в его работе. А без разбора на части, артефакторные плетения не понять. Чёрт!

— Значит, это он так рванул? — ни кому конкретно не обращаясь, задумчиво протянул Зубов. — И значит за нападением стоит стража…

— Это здание стражи, — перебил я, — его Стародубский курирует?

— Да, — твёрдо ответил боярский сын. — Я уже тоже об этом подумал.

— Тела на месте взрыва обнаружили?

— Там работают дознаватели Великого Князя, — покачал он головой. — Мои люди лишь наблюдают со стороны. Так