Охотник на богов. Том 4 - Анна Кондакова

и зелёных лугов, от красных песков к голубым россыпям озёр.

Меня и самого заворожили виды Земель Рассвета.

Но когда мы впервые увидели руины древних городов, одиноко стоящие башни Одинай и обломки статуй, заросших травой и утонувших в земле, то настроение переменилось.

Богам было, в общем-то, всё равно, а вот люди с тоской смотрели на останки когда-то великой человеческой цивилизации. И чем дальше мы углублялись в Земли Рассвета, тем чаще попадались такие руины. Одни города были огромными, другие — мелкими, и везде стояла мрачная тишина. Никакой жизни.

Зефир под управлением Афены порой опускался ниже к руинам, будто отдавал дань этим погибшим городам, а потом мы поднимались выше и продолжали полёт.

Постепенно Тапхар привык к высоте, его уже не тошнило, да и слёзы на глазах высохли. Он наконец смог сориентироваться и указать чёткий путь. Я планировал добраться до Города Гнёзд до полудня, поэтому попросил Афену увеличить скорость Зефира. Все ждали нападения грувимов, но их не было, будто они вымерли.

Никого.

Совершенно пустынные и прекрасные земли, хотя расслабляться было рано.

Около девяти утра нам пришлось срочно спуститься на землю и спрятаться на склоне одной из гор. Зоркие глаза Мозарта разглядели на севере стаю грувимов.

Правда, когда мы спустились, эта стая разрослась до огромных размеров. Теперь это была не просто стая, а кричащая пёстрая лавина. Разного вида, размера и цвета, грувимы неслись вперёд, будто их гнали плетью. Они летели плотно, спешили и будто не замечали ничего вокруг — от них почернело небо, а в долинах и горах загудело эхо от их крика и шелеста крыльев.

— У нас мало времени, ЛасГален, — сказал мне Кэйнич. — Они нападут на республику уже в ближайшее время.

Я кивнул.

О военных планах Тихирос рассказал немного. Говорил, что Артазар поведёт армию богов и грувимов сразу на три точки. Основной удар придётся на Земли Заката — туда, где главные штабы Гильдии и Ордена Тайн, где столица и основные заводы. Он планирует отрезать их от Земель Покоя, ну а мелкие города в Землях Рассвета сокрушат в первые минуты атаки, как и Транспортное Кольцо вместе с поездами.

В ход Артазар планировал пустить все свои силы. И ударит он всей мощью, потому что времени у него будет немного. Всего один час — Полдень Гнева. Время, когда боги беспрепятственно могут атаковать сами, а не через своих слуг, и это будет час гибели последней и единственной республики.

Мы переждали, пока толпы грувимов схлынут и пролетят мимо, а потом Афена снова подняла Зефира в воздух. Наш путь продолжился. Тапхар показывал дорогу, Мозарт и остальные боги следили за местностью, я охранял тело Афены и следил за Нари, а сам думал о том, что мне предстоит.

Ещё через час дракона снова пришлось опускать на землю.

Правда, это не избавило нас от схватки с грувимами. Их было немного, около сотни, и справились мы с ними быстро. Я даже не расчехлил косу — мне хватило и меча. На восьмом ранге я даже не заметил, что грувимы были довольно сильные и крупные. Меня больше интересовали их души.

Мой накопитель поглощал их жадно, будто оголодал.

Даже Кэйнич старался не лезть в бой вместо меня, он лишь прикрыл тыл, а вся бойня досталась мне одному. Ну и Годфреду немного. Но когда на нас бросилась другая стая грувимов, более сильных и крупных, Годфред показал мне ещё один свой талант. Для него не требовалось словесного ключа, только мысль и определённый жест косой.

Годфред вышел вперёд и взял оружие наизготовку.

«Дыхание Космоса, — сообщил он мне мысленно. — Смотри и кайфуй, чувак!».

Книга 4

Эпизод 25

Годфред размашисто повёл косой параллельно земле.

Клинок просвистел по воздуху, и образовался лёгкий ветер. Сначала его поток был почти невидим, но через пару секунд он превратился во что-то странное и тёмное. Это явление сложно было описать словами.

Будто на врага дыхнул уже не ветер, а космическая пустота во всей своей непостижимости. Это были тёмные обрывки звёздной бездны, которая заглатывала в себя всё, что попадалось ей на пути.

Как только эта волна Космоса достигла первых грувимов, они просто начали падать окоченевшими чёрными трупами. Один за другим. С неба повалились десятки мёртвых тварей, как дождь апокалипсиса. Они падали, разбивались в дребезги и исчезали, а их души медленно поднимались вверх.

Вот это я понимаю — сила бога!

Годфред даже с места не сошёл, а убивал десятками сразу. И если бы грувимов было больше, то это ничего бы не поменяло. Они бы сдохли все.

— Забирай трофеи! — улыбнулся Годфред. — И не благодари. Хотя нет, благодари, конечно. Можно божественными чеками.

Души вереницей понеслись к моему накопителю. Сначала на перстне, а когда тот наполнился до отказа, то в накопитель на косе.

Одним ударом Дыхания Космоса Годфред убил около двухсот крупных и сильных грувимов. Он почти не напрягся, лишь вдохнул и выдохнул.

— Представь, что я с глубокого божественного похмелья! Оппоненты не выдержали моего терпкого дыхания и окочурились! Учись! Ах-ха-ха! — Годфред довольно рассмеялся.

Хотя остальные даже не думали улыбаться, когда наблюдали эту картину.

Одна только Тхаги закатила глаза. Она как раз заплетала свои длинные голубые волосы в косу, а сама качала головой.

— Хватит выпендриваться, Годфред. Просто научи парня своему таланту…

В эту секунду со спины на нас налетела ещё одна стая грувимов. Я обернулся, оттеснил всех и сам вышел вперёд. Повторил всё точно так же, как делал Годфред: размашистым жестом повёл косой параллельно земле, будто подталкивая воздух вперёд.

Этого хватило, чтобы образовалось Дыхание Космоса.

И вот тут меня ждала неожиданность. Навык лишь со стороны выглядел лёгким, а на деле пожирал гигантское количество энергии. От резкого ослабления сил меня чуть на бок не свалило.

Я удержался, расставив ноги шире, и продолжил контролировать поток Дыхания Космоса. Грувимов было не так много, всего около пятидесяти. Похожие на уродливых ворон, твари почти разом окоченели прямо в воздухе, так и не долетев до меня. Они не успели издать ни звука, а только попадали на камни и с хрустом разбились на куски.

Забрав их души в накопитель на косе, я развернулся к своим.

— Ну вот! — довольно оскалился Годфред, покосившись на Тхаги. — Он уже научился. Толковый пацан, я ж говорил. Только с чувством юмора у него не очень, но