Фантастика 2025-63 - Александр Майерс

— Скажите, сударыня, а у вас нет ли чего покрепче вина? — спросил я служанку.

— Есть водка, господин, но вы уверены, что станете пить обычную водку? Этого вина у нас всего один кувшин. Он из запасов нашего барона, оставил тут на случай проезда важных дворян, вроде вас. А водка у нас обычная. Она не достойна вашего утонченного вкуса.

Я улыбнулся и ответил:

— Сударыня, мы с моей возлюбленной хотим отдохнуть по-простому, выпить холодной водочки, закусить мясом, приготовленным на углях.

— Я вас поняла. Сейчас вам принесу кувшинчик водочки из ледника. Подождете?

— Конечно, сударыня. Осторожней в леднике, не торопитесь.

Еда оказалась без изысков, но очень вкусной и сытной. Через несколько минут служанка принесла кувшинчик холодной водочки. Вальтер был прав, водка и впрямь оказалась очень не плохой. Минут через пятнадцать в таверну ввалилось ОНО. Здоровенный бугай, довольно пьяный. Он хотел было сунуться к служанке, как заметил нас.

— О, какая красавица к нам пожаловала. Леди, позвольте угостить вас… — начал было он и по его лицу было видно, что сейчас он скажет, что-нибудь похабное, но в этот момент от стола наемников раздался громкий приказ:

— Иди к себе в комнату!

Громила наемник повернулся в сторону говорившего, видимо собираясь ответить все, что он думает о приказе, но наткнулся на злой взгляд своего командира и ответил:

— Но я еще хочу выпить.

— Я сказал, иди к себе в комнату. Прямо сейчас.

Наемник развернулся и пошел к двери, ведущей к жилым комнатам. Его командир, встал и подошел к нам, поклонился и сказал:

— Прошу прощения, господин и леди, за своего подчиненного. Мы идем с тяжелого задания и он немного перебрал. Прошу вас не предъявлять ему претензий, готов обсудить сумму компенсации.

— Я понимаю. Не нужно компенсаций. Мы не будем предъявлять претензий. — ответил я, а сам насторожился. То, как двигался этот наемник, говорило о его возможностях. Это была спортивная бесшумная походка с минимумом энергетических затрат. Походка крадущегося хищника, полностью уверенного в себе и контролирующего все пространство вокруг. Похоже, я все-таки их недооценил. И говорил он со мной не искренне, он не сожалел, о том, что его подчиненный собирался сделать. Просто поступок того бугая мог порушить его планы, а этого он не хотел допускать, поэтому он сейчас и гнет спину передо мной. Но в другой ситуации, он, скорее всего не стал бы препятствовать тому насильнику, а может и сам бы присоединился. А в том, что тот бугай насильник, я ни сколько не сомневаюсь.

— Да, если эти ребята пришли за Вальтером, то у него нет шансов. — прозвучал голос Лии у меня в голове.

— Предлагаешь оставить Вальтера наедине со своими проблемами? — спросил я Лию, уже зная ответ на вопрос.

— Ни в коем случае. Такую гниль, как эти, якобы, наемники надо истреблять под корень. Такие же ублюдки убили моего отца, а меня продали в рабство.

— Значит нам и дальше по пути с бароном. Приглядим за ним. — ответил я. И в это время в таверну зашел барон. Один из наемников глянул на него, остальные сделали вид, что им не интересно и продолжили выпивать. Барон прошел прямо к нашему столику. Ему тут же принесли еды и кружку.

— Вы были правы барон, водочка здесь очень приличная. — сказал я. — И люди тут достойные.

— Я рад, что вам у меня понравилось. Я еще ни разу не пожалел, что принял этих людей под свою защиту. — ответил барон. — А не скажите ли вы один из тех тостов, что так похожи на анекдоты, которые вы мне рассказывали по дороге?

Я поднял кружку и стал говорить тост:

«— Какая разница между мужчиной и женщиной? — спрашивает ребенок-ученик своего наставника.

— Мальчик, — спрашивает учитель, — А какой размер обуви носят твои родители?

— Папа сорок четвертый, а мама, тридцать девятый.

— Вот видишь, мальчик, разница между их ногами!»

— Так выпьем за разницу между мужчиной и женщиной, которая их объединяет!

Мы чокнулись кружками и выпили. За столами наемников раздались смешки.

— Можешь поставить полог молчания? Не хочу лишний раз светиться. — спросил я Вальтера. Тот махнул кистью и вокруг нас я ощутил колебание маны. Я сделал вид, что случайно уронил кружку и нагнулся, чтобы поднять ее, а сам заглянул под наш стол и не обнаружил там ничего подозрительного.

Затем я осмотрел все вокруг разными зрениями и, убедившись, что нас не подслушивают, махнул служанке. Та подошла. Я сидел спиной к наемникам, поэтому прочесть по губам то, что я говорю, они не могли. Я поднял кружку, показывая ее. Со стороны должно было казаться, что я прошу заменить кружку, но на самом деле я говорил с девушкой о другом:

— Мы поставили полог молчания, встаньте так, чтобы они не видели ваших губ и делайте вид, что я вас прошу заменить кружку и делаю заказ, а сами отвечайте на мои вопросы. Что вы можете сказать о наемниках, что тут поселились?

Девушка взяла у меня кружку и, немного развернувшись, наклонилась к столу, делая вид, что разглядывает неровности стола. Правильно, кто поймет этих дворян? Они никогда не признаются перед простолюдинами, что сами виноваты и будут сваливать вину, на кого угодно, например, на неровности стола.

Девушка стала кивать и отвечать на вопрос:

— Я никогда не видела тех, что у меня за спиной. Но могу сказать, что они очень опасны и они не настолько пьяны, насколько это показывают. Но вот того, которого отправили в комнату, я запомнила хорошо. Эта тварь была среди тех, кто напал на нашу деревню в Фимдолии. Мать меня спрятала в подвал и поставила на крышку стол. А сама убежать не успела, ворвался этот…

Он изнасиловал и убил мою мать и мою старшую сестру. Он их бил, пока насиловал, а заканчивал уже с трупом. Сестра забежала домой позже и огрела стулом этого… эту тварь, но ему этот удар даже движение не сбил. А я все это видела через щели в полу. Потом меня подобрали жители этой деревни, когда проходили мимо. Из нашей деревни не выжил никто, кроме меня.

Лия положила свою руку на мою, делая вид, что успокаивает меня и сказала девушке:

— Не беспокойся, милая, если это, правда, то он за все заплатит сполна. Я тебе обещаю.

Потом она повернулась ко мне и спросила:

— Милый, ты отдашь его мне?

Я улыбнулся, сделал вид, что успокоился и, повернувшись к девушке, ответил:

— Как только я удостоверюсь, что то,