Плетения конфедерации - Антон Чернов

— Я ему сказала, чтоб обращался, если проблемы будут. Поможем, — ковыряла ножкой пол Зелёнка.

— Таааак, — зловеще оскалился я. — А спросить, а посоветоваться?

— Кащей, ну как-то к слову пришлось… И я про то, что хотим предложить, не говорила! И правильно же!

— Ну вообще — правильно, — признал я. — А в частности — трепачка и вредина, — осудил я изображающую муки совести Зелёнку. — Ладно, что у этого стероида ушастого приключилось? — сменил я гнев на милость, умеренную и временно, да.

— Осадили их, Кащей. Пробиться к ним не могут, но и Слава с Хельгой заперты. А Берово…

— Похер на Берово, Лен. Вот совсем. Кроме того, думаю, что кульки просто оттрахали этих свинотрахов во все дыхательные и пихательные, невзирая на пол и вид. Разве что ещё отпинали. И хер бы с ними, даже если прибьют.

— Ну, в общем, примерно — так, — кивнула Ленка. — И Славу осаждают не кули.

— Ммм? — поинтересовался я, печально бредя на водительский трон.

— Умертвия и каменные големы. Энты справляются, но заклинатели приносят жертвы, так что дольше недели Слава с Хельгой не продержатся.

— Свинотрахов беровских?

— Вроде скотину только…

— Хм, — задумался я.

Ну как-то… и после этого дурацкого Крюхера, а, главное, после картин, мне очень с Зелёнкой хотелось пообщаться поближе, факт. Для спокойствия нервного, удовольствия и вообще. И она не против, чувствую. Но как-то, с учётом осаждаемого Славика, не слишком верно. Не перед ним, перед собой скорее.

А Ленка передо мной виновата, оскалился довольный я. Вот пусть и извиняется действием, пока едем — ехать часа четыре, а то и шесть, да.

— Кащей? — опасливо поинтересовалась Ленка, смотря на мою довольную морду.

— Да, Леночка, — лыбился я во всю пасть. — Слушай мой беспристрастный вердикт…

Выслушала, даже не ужаснулась. И в поте мордочки и не только старалась. Ну а через пару часиков довольный я рассказывал довольной Зелёнке, что там «в мире снов» было.

— Это ожидаемо, но такого не было. И важно! — заявила она.

— Понятно, что важно. Но вот я с тобой уже давно, Лен. Женаты уже, фактически, — признал я, на что девчонка аж засветилась. — И понимаю, что сетка эта — ни черта не гарантия. Вы меняетесь данными, но никто не мешает скрывать и умалчивать. А в куче регионов, насколько я понимаю, вообще сетевиков нет.

— Это, конечно, так, — признала Ленка, поелозив у меня на коленях. — Но в сетке — есть вся информация. И реальности и небывальщины!

— И даже про меня, — покивал я. — Только толку от этой информации? Терминалы ваши к ней не пустят. А без терминала… я тебя не пущу. Да и любителей гробиться не так много.

Тут дело вот в чём: в сетке ентой и вправду «есть всё, и даже больше». И, теоретически, можно из «продавленной» мной в сетке дырищи вытащить не только Имя, которое там фактически орётся, но и вообще всё. Вот только практически — фиг. Пара ведьм в Зеленюках, сунувшихся к обычному Лешему… ну, у них вообще внутренних органов не было. В кашу, причём не мгновенно… в общем — поганая смерть. И это не только и не столько Леший. Это аборигенные глюки сетки. Их в ней дохрена, и с мозгом оператора они коммутируют на загляденье. В общем, что это за глюки — теорий до хрена, может, среди них и правдивые есть. Но факт остаётся фактом: в сетке, чем дальше от тела — тем опаснее. А вблизи с сильными нечистиками — звиздец кромешный и без шансов.

Терминал создаёт… я до конца не понимаю, но эмуляцию, которая одновременно и сетка. И глюки практически не опасны, если совсем уж не наглеть и устраивать через терминал «кругосветку». Но терминал ОЧЕНЬ сильно режет «входной канал» информации. Собственно, это скорее защита от хищных глюков, но узнать что-то интересное на порядок сложнее. Это при том, что, как Ленка рассказывала, и без терминала сынтерпретировать информацию в сетке — не самое простое дело. Аллегории, отсылки на сказания и мифы… Ну, в общем, то, что она говорит «нет» — это значит только то, что сетевые операторы, которых не так уж и много, этого не знают. Или не хотят говорить. Или много ещё чего может быть «или».

А с безопасностью в сетке вообще парадокс: она — граница. И ведёт себя неприлично. То есть, те же магические проекции повреждений в сети, сетевые стигматы — могут не появится. Если не верить в их реальность. Но если не верить — в сетке не то что не появишься, она для тебя не будет существовать как факт. И от магической силы безопасность не зависит вообще. Ленка вот говорила, что она «несильный маг» — так это не про сетку. Там она охренительно сильная, из-за воли, да и склонности видовой к шаманству.

Подумал я всё это, посмотрел на ёрзающую на коленках Зелёнку, ну и решил что хорош. Ну, пока. А то у нас скоро спасательная операция и вообще. Перед кульками неудобно, хех.

— Так, приводи себя в порядок, Ленка, — со снобской мордой, наступив на горло своей песне, выдал я. — И давай, тереби Славку, на детали. Будем прикидывать, как эту парочку вызволять.

— А есть варианты? — одевалась, держась за мои тросы, Зелёнка.

— Есть, Лен, — ответил превозмогающий я. — Простейший: перебьём кульков и шаманов или магов, хрен знает кто там. Или надо будет Славку с Хельгой вытаскивать. То есть прорыв и отступление. Масса вариантов…

— Зависящих от обстановки. Поняла, — понимающе махнула ушами Зелёнка и застучала по терминалу.

И результат был непонятным. Кульков — немного. Маги, некромаг и геомаг. Их Славик даже не видел, режут живность в Берово, некромаг с кладбища умертвий шлёт, геомаг, соответственно, элементалей. Не отходя от жертвенной избы.

Кульки — два десятка. Типа охрана, но свинотрахов беровских имеют в хвост и гриву, посменно. И метелят. Что меня особо выморозило — водные ельфы подплывают к берегу и имеются и метеляться в порядке живой очереди.

Даже не в квадрате, а в кубе свинотрахи, мысленно окончательно поставил я крест на популяции Берово. Эту биомассу за разумных считать — себя не уважать, факт.

Но, при этом, вариант «перебить кульков и магов» выглядит разумнее. Славку с Хельгой я из этой помойки заберу, даже если отбиваться будут. Ибо нехрен. Ну а им собраться надо, а если пробьёмся — у магов кульковых и животины закончится могут. И на сам пробой среагировать. Ну а там хоть и свинотрашья биомасса, но всё-таки когда рядом буду — неприятно. Как уеду