Глубокий рейд книга 2 ГОЛОВА - Борис Вячеславович Конофальский

загорелся жёлтый индикатор во втором ряду… Что это значит?

Аким заглядывает в свой блокнот.

- Ну… повысилась общая температура вещества. Может, это оттого, что мы подсветку не выключили?

- Не знаю, отчего повысилась, но вы угадали, – говорит Розалия чуть погодя. – Что нужно сделать в этом случае?

- Ввести в раствор ингибитор первого ряда, одну дозу, - Саблин заглядывает в блокнот. И тут же добавляет: – В ёмкость номер один.

- Так, - соглашается она. – Правильно. Ну а если, - женщина делает паузу, а потом пальцем показывает на ряд светодиодов: – Вот тут загорелся жёлтый. Что это значит?

- Кислород в тканях упал ниже нормы, притом что кислород в плазме, как показывает дисплей, в норме, - тут Аким даже и в блокнот не глядел.

- Ваши действия?

- Увеличиваем скорость циркуляции плазмы на одно деление, – он тычет карандашом в ручку переменного резистора. – Вот тут.

И тогда Розалия поджимает губы. Судя по всему, ей что-то не нравится. И она произносит:

- Правильно. А вы быстро учитесь, Аким, – говорит она с некоторым разочарованием в голосе.

«Бабёнка думала, что я валун болотный, чёрный да замшелый, торчу себе из болота, акацией порос и её умную науку ни в жисть не осилю. Думала, сейчас начну чудить да дурковать, а она тут как выскочит и скажет: ну и как ты без меня с такой техникой управишься? Придётся тебе меня с собой брать, иначе угробишь башку, а это всё, что от дружка твоего осталось. А я, как выяснилось, понимание имею какое-то, хоть и помаленьку, да и разбираюсь, вот и куксится баба».

Он едва сдерживался, чтобы не усмехаться, глядя на серьёзное лицо и пристальный взгляд женщины. Ну а Пивоварова, вздохнув, продолжила «лекцию».

Она рассказала ему про станцию всё, что знала. А потом задала несколько вопросов, чтобы ещё раз убедиться, что Саблин всё запомнил. Вернее, всё записал и в записанном может разобраться.

А через час после окончания их совместного обеда она наконец закончила, напомнив:

- В девять часов подгоняйте машину к дому Олега, мы с Тёмой будем вас там ждать.

Едва Саблин вышел от Пивоваровых, как на коммуникатор снова пришло сообщение: «Так ты где есть-то?».

Аким усмехнулся; даже не видя и не слыша жены, он почувствовал, с каким раздражением она писала его. И чтобы как-то успокоить её, он ответил: «Иду уже».

«А ты где?», - не отстаёт жена.

Тут уже Саблин не счёл нужным отвечать.

«Вот обязательно ей написать нужно, сказал же: «иду»; неужели нельзя дождаться, пока дойду, и дома уже спрашивать. Вот удобно мне на ходу ей отвечать? Вот дура-баба!».

Но пока шёл он к дому, вдруг подумал, что нужно предупредить Калмыкова, тот ведь ещё не знал, что поутру они выходят. И Аким пишет товарищу:

«Дома?».

Но ответа не получает. И поэтому Саблин сворачивает на знакомую улицу.

«На рыбалке, наверное».

Но всё равно он решил зайти к Денису, убедиться в этом. Калитку ему открыл мальчишка лет пяти. Отца дома не было, а Мария пришла во двор с тяпкой, видно, работала в огороде.

- Муж в болото ушёл, что ли?

- Да если бы, - невесело отвечала женщина.

- В чайной? – догадался Саблин.

- Сказал, что лодку пошёл править, а так-то Бог его знает, где он. Коммуникатор у него что есть, что нет. Не отвечает.

«В чайной подлец».

Дом опять остаётся в стороне, и Аким направляется в чайную. И, конечно же, находит Дениса там. С ним за столом ещё три казака, уже хмельные, курят, разговаривают. Аким не хотел тут сидеть, не время, но отказываться было неудобно. Подумают люди, что «заофицерился», и простые рыбаки ему теперь не ровня. Сел, принял от одного из казаков не очень чистый стакан с дешёвой, но крепкой брагой. Выпил и говорит Денису:

- Слушай, а я-то за тобой.

- А чего? – Калмыков курит, улыбается, пьяненький и довольный.

- У тебя снасти на налима есть? – Саблин не хотел при всех говорить о том, что решил сегодня уйти в рейд. - Рыбачил тут недавно в одном местечке, так он мне снасти порвал… Я ж карася ловлю да стекляшку… Ну, щуку если только… А тут два метра длины из воды выплывают. Ясное дело, он мне и порвал лесу.

- Налим? – удивляются казаки.

- Он, - врёт Саблин.- Налим. А у меня снастей-то на него нет. А ты же промышляешь его. Пойдём наутро выловим его.

- Пойдём, - сразу соглашается Денис. Он и так был рад, что известный в станице рыбак водит с ним дружбу, а тут ещё и публично признает и его серьёзным рыбаком. Равным себе. Предлагает рыбачить вместе. Калмыков расцветает.

- Только ты не пей больше, - говорит Саблин, - в ночь уйдём, чтобы до рассвета на месте быть. Тебе отоспаться надо. Часам к десяти я за тобой заеду, чтобы был трезвый и готовый.

- Ладно, - сразу соглашается Денис и тут же поднимает свой стакан, - давайте, казаки, по последней.

Саблин тоже поднял свой стакан, выпил, а когда ставил его на стол, увидал женщину. Она стояла у входа, не снимая пыльника и маски. Но ей и не нужно было этого делать, он и без этого сразу её узнал.

Глава 36

- Долго ты меня позорить будешь? – бубнит Саблин. – Сколько можно уже сюда приходить?

- Так ты сказал, что идёшь, а сам всё не шёл и не шёл, - отвечала жена, повиснув у него на локте.

- Так хоть Олега бы прислала, чего ты сама-то припёрлась?

- Так он отказался, зараза такая, - отвечает Настя. – Сказал: сама иди, батя не любит, когда его из чайной вынимают.

- Вынимают! – злится Аким. – Как о забулдыге каком говорите.

- Да ладно тебе, – успокаивает его жена.

Но на самом деле он на неё не сильно злился, а думал о том, что к утру она снова останется дома с детьми без него. И ему ещё нужно было ей о том напомнить.

Придя домой, он вытащил ящик с бронёй и оружием. Конечно, со всем этим у него был полный порядок. Но новый шлем он всё-таки проверил ещё раз.

- Иди кушать, - выглянула с кухни Настя.

- Да я уже поел малость, - отозвался Саблин, проверяя