Диагноз - Мария Карташева

немного, поел, сейчас заступлю на смену. Ты тоже отдохни, ещё и нужно прикинуть, кто и когда будет дежурить, чтобы к нам ни с одной из сторон было не подобраться.

– Долбики вряд ли полезут.

– Ну а эти существа неизвестной нам природы и породы? Давай. – Толоконников хлопнул Костю по плечу и пошёл к рубке.

– Постой. – донёсся до него тихий голос Крис, когда он проходил мимо дверей, ведущих на лестницу верхней палубы.

– Что? – уставился он немигающим взглядом на девушку.

– Хотела сказать спасибо. – Крис вышла из тени и близко подошла к мужчине.

– Не нужно. – сдавленно произнёс Толоконников.

– Что не нужно?

– Вот этого всего не нужно. Я смотреть на тебя спокойно не могу, я люблю тебя, я хочу тебя, я не могу без тебя, но лучше я похороню всё это внутри себя, чем буду резать по живому каждый день. Ты прости, я не смогу тобой пренебрегать, чтобы ты меня любила, – Крис хотела перебить, но он остановил её, – Крис я смогу быть с тобой, только если ты позволишь себя любить, а ты хочешь, чтобы тебя использовали. Ася была права. Возможно, ты так привыкла, возможно, у тебя какая-то травма или психотип, но мне не нужно этого. Я хочу честности. – договорил Толоконников и ушёл, тяжело печатая шаг.

Костя вернулся на закрытую палубу, оглядел воззрившихся на него людей и проговорил:

– Я тут с умным человеком поговорил, он сказал, что я не прав, я подумал, и ведь верно, – Костя протянул руку к бутылке с коньяком, – давайте за нас. За тех, кто дошёл, – он помолчал, – за тех, кто дожил.

Прокатился вздох облегчения, люди стали улыбаться, болтать заплетающимися языками, подкармливать собаку, которая бегала под столом от одного к другому, Ася стала тихонько напевать, вскоре к её звучному голосу прицепился мужской бас, потом подтянулись другие голоса, и над тёмным озером полилась песня, словно было мирное время, и это был обычный туристический теплоход, катавший отдыхающих.

– Анэстейша, – пьяненько проговорил Суслик, явно заигрывая с Настей, – у меня подружка в школе была, мы её так называли, она тоже Настей была.

– Почему «энестейша»? – проговорила Настя.

– А она такая, как робот была, ну как эти сейчас, – он задумался, – умные колонки. – рассмеялся Суслик. – Всё время на своей волне, мы и стебали на английский манер, ну типа «энестейша» – другая станция.

– Повтори ещё раз. – севшим голосом проговорила появившаяся на пороге палубы Кира.

– Чего? – удивился Суслик.

– Ничего. – буркнула Кира и, схватив со стола тарелку со снедью, кивнула Косте, – можно тебя на минуточку.

Кира, усердно работая ложкой и не чувствуя вкуса, ела разогретую баночную фасоль, когда подошёл Костя, она глотнула из его бокала и спросила:

– Как там бишь её звали, бабу эту?

– Какую?

– На которую Алексей Иванович работал.

– Анастасия, кажется.

– Не может быть, – застывшим голосом произнесла она, – вот почему так серьёзно меняется климат и ураганит жёстко. У меня, конечно, такая мысль как-то скакнула, но я чё-то сильно забздела по этому поводу.

– Ты толком можешь сказать?

– Могу. – просто ответила Кира. – Ваши долбики и монстрята – верхушка айсберга, а водой скрыта самая жопная жопа, которая может быть. Алексей, мать его Иванович, работал на Анастасию, то есть на искусственный интеллект. И именно эта Настенька затеяла перестановку в нашем мире. Отсюда и удалённое управление транспортными средствами, включая трактор, и вся остальная хрень. Знаешь сколько энергии нужно для такой, как она? А сколько выделяется тепла от её работы? Вот откуда ураганы, вот откуда… – Кира возбужденно перескакивала с одного на другое. – Она, конечно, ещё не на вершине своего развития, по всему видно, что пробует, где-то спотыкается, но учится. И детишек она взяла, чтобы поменять, наверное, что-то в нашей ДНК – переставить наши нолики и единички – и заставить будущее человечество работать на неё.

– Это какая-то безумная фантазия. – сказал Костя.

– Если бы тебе года два назад рассказали, что по земле будут бегать долбики и так далее, ты бы сильно поверил?

– Скорее уж это какая-то корпорация или что-то в этом роде. Я соглашусь с тем, что, рассматривая всё произошедшее во временном разрезе, можно прийти к мнению, что всё спланировано, но искусственный интеллект…

– Я думаю, изначально так и было: кто-то захотел забрать себе корону короля мира. Но я вижу немного больше, чем вы, точнее, иначе. Логика действий, особенно когда я пытаюсь писать проги, выдающих последовательность событий, не похожа на мышление человека. У людей в голове такая хрень не варится. Но я точно вижу, что она ещё не готова, иначе уже давно бы нас уничтожила. И пока она учится, мы можем её остановить. – Кира замолчала. – Надо потом потолковать с этим Ромой.

– Он ранен был, сейчас в лазарете.

– Поняла. Мне, пожалуй, надо всё это переварить. А то мозг кипеть начинает. Я пойду. – девушка поцеловала Костю и развернувшись нырнула в боковую дверь.

Костя некоторое время постоял, пытаясь осознать услышанное, потом вернулся к общему столу, оглядел спокойные и почти счастливые лица, глянул на подорвавшегося Кудрина и успокоил его:

– Сиди, я пойду к Мише, а вы отдыхайте.

Костя вывалил на Толоконникова все новости, после чего они оба молча смотрели через окно, видели, как река Бия, в воды которой они вошли из озера, надевает ночное одеяние, потом Миша тяжело вздохнул и проговорил:

– Да уж, история тяжелая. – потом вдруг встал и спросил. – Ты пароходом сможешь порулить?

– Смогу.

– Мне нужно Крис найти. – спешно проговорил он и топая побежал на палубу.

Костя остался один, в его голове сновали мысли, он ушёл за ними очень далеко в прошлое, а когда очнулся, то понял, что занимается рассвет, а вокруг висит тишина. Сквозь туман проступали очертания берегов, показался высокий мост, стали виднеться домишки, и лес постепенно пропал из вида.

– Доброе. – хрипло сказал зашедший Кудрин. – Ты как?

– Нормально.

– Я глотну чего-нибудь горячего и тебя сменю. Хорошо?

– Давай. – отозвался Костя, не чувствуя сна.

Внизу показалась Кира, она быстро забралась по лесенке, посмотрела красными глазами на Костю и вздохнула.

– Я почти уверена, что права. Нет, я права на все сто процентов. И мне страшно.

– Не бойся.

– Мне не за себя. Я знаю, что мы гораздо слабее, чем она.

– Зато нас много. А дефрагментация битых кластеров может занять ой как много времени. – попытался улыбнуться Костя. – Мы скоро доберёмся до места встречи?

– Да, мы совсем близко.

Первые лучи солнца проткнули воду, окунулись в холодное нутро реки, пробежались по стальному телу посудины и ускакали дальше по волнам. Теплоход мерно подплыл к тому месту, где их ждали Елисей с Лялей, на воду спустили