Граф Суворов. Том 8 - Иван Шаман

дело было не в том, что я сотворил сильномогучее «волшебство» или вызвал конструкт великой мощи. Нет. Просто подоспевший Семеновский полк ударил в спину предателями и сопротивление было сломлено за считанные секунды. С одной стороной гвардейцев расстреливали конструктами, с другой из скорострельных пушек, а сверху еще и сосульками прибили.

— Да! Победа! — взревел все тот же пьяненький, чудом уцелевший дворянин, воздев руки к небесам. — За империю! За императора! За…

— За Александра Романова. — перекричав начавшийся внизу гул рявкнул Петр и с этим утверждением спорить никто не стал.

— За Романовых! За Александра! — слышалось со всех сторон. В то же время и времени зря не теряли. Прикрываясь резонансными щитами два взвода, все что было от моей первой штурмовой роты, подошло к валяющимся противникам. Всего несколько минут назад здесь была ухоженная лужайка, с подстриженными в форме зверей кустами и идеально ровным покрытием. Сейчас же остатки врагов увязли в местами спекшейся от жара, а местами промороженной на несколько метров в глубину, земли.

Предосторожность оказалась не лишней. Враги отчаянно сопротивлялись до самого конца. Стреляли в упор. Подрывали заранее заготовленные пояса смертников. Но все это лишь задерживало штурмовиков, почти не нанося им урона. А когда с разоружением было покончено и немногие выжившие стояли на коленях, с небес спикировал черный шлюп с приметным серебряным орлом, сжимающим мечи.

— Ваше высочество, князь, я так счастлив что вы живы. — выдохнул выпрыгнувший из судна Леонид Багратион-старший. — Бомбу на крыше уже обезвредили?

— Откуда вы о ней знаете? — нахмурившись спросил я.

— А меня больше интересует, где ты был. — проговорил Петр, и возле лица Багратиона появилась ледяная сосулька. — И молись чтобы мне понравился твой ответ.

— Молиться мне незачем, я работал. — спокойно, даже с гордостью, ответил Леонид, оправив пиджак. — Ведите их сюда.

По его команде из шлюпа вытолкали и подвели к нам троих человек. Избитые, в порванной одежде, они выглядели скорее жертвами, чем преступниками, но я сильно сомневался, что канцелярия хватает невинных и тащит их на показ во дворец.

— Может представите их мне? — произнес я. — А то, судя по вашему виду, вы оба их знаете, я же их впервые вижу.

— Разве впервые? — удивленно посмотрел на меня Багратион-старший. — В таком случае вам стоит сделать выговор моему сыну. До недавнего времени это крайне важные персоны. Князь Федор Манилов, глава Преображенского полка. Князь Славутич Магнитский, его первый заместитель. И главный инженер Петров. Все как один — сторонники превращения России в федерацию, состоящую из отдельных регионов и стран. Сейчас они, конечно, вновь начнут умолять и оправдываться, но уверен, ваши заплечных дел мастера выяснят правду. Из них, или из их главного помощника.

— Главного? Кто замешен еще? — с плохо скрываемой яростью спросил Петр.

— Я думал вы его задержали, раз вы живы, значит он должен быть уже мертв. — удивленно сказал Леонид. — Или я ошибся? Бомбы должны были взорваться лишь во время открытия бала. Чтобы разом похоронить под сводами дворца весь свет.

— У племянника разгорелась паранойя, так что мы избавились от нее раньше. — ответил Петр, покосившись в мою сторону. — Кто четвертый?

— Ваш секретарь конечно же. Григорий Малюшин, правнук социалиста Клемента Пилсудского. Его деда, сменившего фамилию и отчество, взял на воспитание граф Островский. — быстро проговорил Багратион, будто боясь, что Петр его прервет. — А после переезда четы Островских в центральную Россию их связи затерялись. Это было больше ста лет назад.

— Как вы это допустили? — сквозь зубы спросил регент.

— Что именно, ваше сиятельство? — не отступая спросил Багратион. — Набор ваших сотрудников и слуг — полностью ваше дело. Вы же запретили в него даже соваться под страхом смерти...

— Как вы допустили существование заговора! Да еще среди высшего офицерского состава! Искать и предотвращать их — ваша работа. — рявкнул Петр.

— За прошедший год вы дважды ломали мое ведомство, а меня посылали в ссылку. Если вы думаете, что такое может пройти бесследно — нет. К слову, вашему хамству нет никакого оправдания. Я не ваш подчиненный и служу империи и его высочеству. А не вам. — громко, так что слышали даже стоящие в десятке метров дворяне, сказал Багратион. — Надеюсь этот вопрос исчерпан.

— Постой. — будто что-то вспомнив Петр подошел к одному из пленников и выдернул у него изо рта кляп. — На каких судах заложили бомбы?

— На всех. — усмехаясь ответил бывший главный инженер. — Небеса будут пылать!

— Не будут. — усмехнувшись сказал Багратион. — Именно на этом они и попались. На бомбах, одну из которых обнаружили во время планового ремонта реакторного отсека. Все корабли проверены и разминированы. А если бы мне перестали совать палки в колеса и передали управление собственной службой безопасности и императорской гвардией, никакого покушения бы не состоялось. Ни первого, ни второго.

— Думаю этот вопрос мы можем обсудить позже. — проговорил я, глядя на все увеличивающуюся толпу аристократов. — Уберите пленных, но так чтобы они еще смогли ответить на вопросы. Их ответы я тоже хочу знать.

— Как прикажете, ваше высочество. — пожав плечами ответил Багратион, и по его команде пленных начали уводить.

— Да здравствует род Романовых! Да здравствует Империя! — несмотря на хвалебные возгласы я в очередной раз отчаянно чувствовал, что мы движемся куда-то не туда. Особенно если учесть то, что мне рассказали о двадцатилетних восстаниях дворян. Вот только причины и следствие я пока не понимал и не видел. Да и сосредоточится сегодня хотелось на другом.

— Закончил геройствовать? — спросила, улыбаясь Мария, когда меня провели в главную ложу. Один из слуг перехватил меня по дороге, и не почувствовав угрозы я поднялся вслед за ним по коридору.

— Надеюсь на сегодня да. — ответил я, и кивнул в сторону пустующих кресел. — Где все?

— Думаю Надежда с мужем вскоре вернуться, а что до твоей матушки, она как хозяйка бала проводит последние приготовления дебютанток. — улыбнувшись ответила Мальвина. — Уверена, тебе понравится.

— Главное, чтобы этот сюрприз не был столь же горячим и взрывным, как тот который для нас готовили. — усмехнулись сказал я, и сел рядом с супругой. Через некоторое время Петр с Надеждой так же взошли на балкон, сев чуть