Позор семьи - Владимир Васильев

водителем, да оружие собрать. Помня о том, что самые опасные враги, это затаившиеся, я спросил Иву в голове, и та быстро перечислила всех, кого чувствует своей магией, и получалось, что все у нас на глазах. Я на всякий случай, чисто машинально заглянул в автобус, и под ворчание дриады в голове, недовольной тем, что я проверяю её слова, сам убедился, что салон пуст. Сиденья были самого простейшего вида и мне достаточно было посмотреть над сиденьями и вдоль пола.

А тут и экскурсовод выскочила уже с фотоаппаратом в руках и затараторила:

— Ой! Спасибо огромное! Вы нас спасли! Да так круто! Можно я снимки сделаю? Можно? Ну как пострадавшая от этих гадов!

Я только головой качал, поражаясь этой девушке. А Инна как-то с подозрением на неё посмотрела, но нахалка закричала:

— Мне только фото надо! О герое я и не мечтаю. Улыбочку!

Инна довольно улыбнулась и встала рядом с трупами, положив винтовку на плечо. Так её и сфотографировали. Меня тоже, но в профиль, поднимающим пулемет и лечащим фотографа.

А вот затем из автобуса выбралась женщина средних лет, с ужасом посмотрела на трупы и бочком двинулась в сторону. Вроде бы понятная ситуация. Еще одна туристка, которая пережила несколько неприятных минут, когда другие пассажиры экскурсионного парового автобуса вдруг разом превратились в бандитов и принялись брать заложников.

Вот только почему ни я, ни Ива её не заметили? И бандиты её не схватили в заложники. Почему предпочли ей фотографа? Я уже приготовился поделикатнее остановить женщину, потому что у той наверняка сейчас просто сильнейший стресс, и не факт, что она понимает, что вокруг происходит. Но это один вариант, а вот другой гораздо хуже.

На все мысли мне хватило доли секунды, за которые я успел сделать только шаг в сторону испуганно смотревшей туристки, когда вдруг от ворот нашего особняка донесся отчаянный вопль Алессы:

— Она с ними! Это дриада!

А дальше время как будто ускорилось. Инна, стоявшая ближе к непонятной даме, успела только развернуться, снимаю винтовку с плеча, как та сделала резкий жест рукой, и моя подруга начала падать, похоже уже без сознания.

Я выхватил револьвер, но за это время магичка и на меня успела махнуть ладонью, явно кинув какое-то заклинание. На долю секунды мне показалось, что я где-то очень далеко и не понимаю, что происходит.

— А-а-а, гадина, — верещала у меня в голове Ива. — Бьет по мозгам!

Я быстро вернулся в реальность и только обратил внимание, что мой револьвер уже наведен на колдунью. Не раздумывая и выстрелил. И мой выстрел слился с ещё двумя от ворот нашего особняка. Это Вика и Малина, мелькнула мысль.

Так или иначе, в неизвестную и очень опасную дриаду попали две пули. Моя и Вики, скорее всего. Малина промазала, пробив колесо автобуса. Но и без этого пособница бандитов получила два смертельных ранения и рухнула на снег.

И мне стало понятно, кто дал команду бандитам, что их хотят перестрелять из башни. Явно эта колдунья владеет поиском живых, и куда лучше Ивы. А еще она умеет… умела отводить глаза, и прятаться от магического поиска. Ведь в автобусе ни я, ни Ива её не заметили.

Первым делом я, не спуская глаз с подстреленной колдуньи, подбежал к Инне и убедился что та жива, просто без сознания. Затем уже держа револьвер наизготовку, подошел к чужой дриаде и всмотрелся в её лицо, поразившись тому, что та оказалась, во-первых, немолодой, а во-вторых, не писаной красоткой. Идеально замаскировалась. Если, конечно, Алесса не ошиблась. Может просто очень сильная магичка.

И тут все сомнения разом рассеялись. У меня в голове зазвучали два голоса. Первый принадлежал Иве и она в отчаянии вопила:

-Андрей! В нашу голову проникла дриада! Древняя и очень сильная. И она пытается выпихнуть меня. Помоги, я не могу держаться! Она намного сильнее меня. И она читает память мою и Андрейки. Прямо сейчас читает!

А параллельно паническому монологу Ивы зазвучал спокойный и чуть ироничный женский голос на латыни:

-О! Слушай, парень! У тебя в голове полнейший бардак! Подавленное… даже не сознание, а остатки памяти Андрея Мухоморова, покойника, как я понимаю. Причем, последние его воспоминания были чуть не три месяца назад. Еще какая-то дура-дриада квартирует. Плюс, вижу следы визита демона. А вот кто ты, мне непонятно. Но ты силен! Точнее, кто-то привязал твое сознание к этому мозгу так, что я подозреваю, что то существо по силе можно приравнять к богам.

Я долю секунды ошалело соображал, только отметив, что Ива и незнакомка друг друга не слышат, потому что голоса звучали параллельно. А затем я приложил усилие и почувствовал в моем мозге присутствие двух сущностей… духов. После чего волевым усилием развел их по разным «комнатам», как я представил себе разные области сознания. Ива сразу успокоилась и прошептала:

-Спасибо! Эта тварь чуть не выкинула меня, хотя прекрасно понимала, что это смерть для меня. Убей её! Вытолкни из сознания!

-Не спеши. Сейчас разберусь, — успокоил подругу я. — Надо узнать хотя бы, кто она.

-Так она тебе и сказала, — фыркнула Ива.

-Жить захочет, будет колоться, — не согласился я.

Параллельно я делал пять дел. Разговаривал с Ивой, это раз.

Два — это буквально рылся в своём сознании, разделив его на несколько областей и рассовывая всех по отдельным «комнатам». Свое сознание в одну, остатки памяти Андрейки в другую, Иву в третью, чужую дриаду в четвертую. И еще несколько у меня получились «для служебного пользования», в которые я рассовал функции оперативного управления телом. Я не знал даже, что так умею, но вот… как-то всплыло при необходимости. Похоже, очередной подарок от Мурзии.

Третье дело — лечение Инны, которая после парочки заклинаний начала приходить в себя.

Четвертое — отслеживал ситуацию вокруг, но тут все хорошо. Вика контролировала улицу из ворот, а Малина принялась лечить раненых бандитов, чтобы те дожили до допроса, а затем и до виселицы. Законы здесь суровые.

А пятое — разговор с чужой дриадой. И он был самым важным на данный момент, потому что я хоть и изолировал её, но она совершенно мною не контролировалась, сразу создав себе непробиваемый для меня мирок в своей «комнате».

И эта дама… или скорее дух… но пусть будет дама, для простоты, говорила не умолкая. И все спокойным, убедительным голосом. И мне казалось, что она параллельно тоже что-то усиленно делает. Что?