Изгнанник. Арка 3. Том 2 - Дмитрий Янтарный

— Значит, настолько желаешь всю правду? Что ж, изволь. Во время путешествия по Авиалу ты получил нечто, чего получить не должен был ни при каких обстоятельствах. Ты получил способности у магии воды. Практически даром.

— Что значит — даром? — возмутился я, — это была сделка. Я помог тому скелету, я сразился с гарантюгами — и едва не погиб при этом, между прочим! — и в обмен получил способности к магии. Почему это вдруг стало проблемой?

— Потому что это — несоизмеримо меньшее количество сил по сравнению с тем, какие усилия прикладывают другие для того, чтобы получить свою магию.

— Ты противоречишь сам себе, — возразил я, — другие получают магию по праву рождения. Получается, по твоей логике те, кто получили способности к магии просто потому, что им повезло — это хорошо, а вот я, заработавший её в результате сделки — это плохо.

— В этом-то и вся проблема, — вздохнул Флексорт, — наша беседа, конечно, начинает выходить далеко за рамки того, о чём мне дозволено говорить, но раз уж ты так настойчиво спрашиваешь…

— Ой, да не прибедняйся, — фыркнул Аорташ, — Глашатаи получили целый восстановленный мир, и у них теперь болит голова о том, кого сделать его новым хранителем. На твои слова они сейчас, уверен, закроют глаза.

— Люди — и нелюди — получают способности к волшебству от рождения не потому, что им везёт. А потому, что они их получают вдовесок к прочим чертам характера, с которыми идут в свою новую жизнь. Они провляют магию с самого детства и нередко снановятся изгоями среди других детей. Им приходится очень долго учиться, а потом очень долго практиковаться, чтобы полностью овладеть магией. Ты же мало того, что получил свою магию почти даром, так ещё и овладел ею благодаря интуиции моментально. И это очень быстро начало тебя портить.

— Мне жаль, мой подопечный, но это так, — кивнул Аорташ, не дав мне разразиться гневной тирадой по поводу того, что я об этом думаю, — ты думаешь, я принял тебя в свою паству потому, что был от тебя в таком восторге? Было бы достаточно просто подлечить тебе голову и отпустить на все четыре стороны. Но я знал, что тебя очень быстро снова понесёт. Алаэрто пытался это сгладить, но в силу неопытности сделал всё только ещё хуже. Так что пришлось это поправлять. И всё равно, несмотря на все мои усилия, тебя регулярно накрывало бешенство.

— Именно, — кивнул Флексорт, — убежище таисианов, где ты совершил убийство… вот где я больше всего боялся провала…

— Слушайте, хватит! — вспылил я, — я уже понял, что я должен был жить, как святой, всем кланяться и всем помогать! Так вот знаете что — идите к чёрту! Вы меня использовали, выжали из меня мою интуицию, использовали снова, теперь отняли и магию воды — прекрасно! Надеюсь, вы рады! Надеюсь, вы собой довольны! Ах, там я плохо поступил, здесь не то сделал, там не то сказал! Вы вообще кого из меня хотели сделать — достойного человека? Или терпилу, которого должны интересовать только чужие проблемы?

Сказав это, я с вызовом посмотрел на Аорташа.

— Разрывай связь, бог таисианов! Раз я тебе неприятен, раз ты меня, бедняжку, из жалости сделал таисианом — забирай обратно свои силы и своё благославление! Оно мне больше даром не нужно! Хватит, ты достаточно порешал за мой счёт проблемы своей расы! Забери себе свою жалость и подавись ею!

— Как ты понимаешь, именно об этом мы и говорили, — Флексорта, казалось, нисколько не задела моя грубость, — мы не могли подойти к тебе и сказать: Дэмиен, откажись от своей магии воды, она в твоей жизни не была предусмотрена и она поломает тебе судьбу. Естественно, ты бы отказался. А потом твоя жизнь началась бы меняться всё в худшую и худшую сторону.

— Да каким образом? — возмутился я, — я столько сделал для Авиала! Я получил эту магию воды, ну хорошо, несколько легче и быстрее, чем другие — но я же столько раз с её помощью помогал другим! Даже если забыть про Обелиски — что насчёт того мага пепельного огня, который терроризировал деревню? Или Таркуса? Или моей помощи орочьим островам? Что-то ни Фалла, ни Вариликус не были в претензии, когда я помогал их подопечным!

— Несомненно, поначалу всё бы шло относительно мирно, — кивнул Флексорт, — ты бы жил со своей эльфийкой, вы бы растили ребёнка — и всё это, несомненно, помогало бы тебе сдерживаться. Но рано или поздно эта магия взяла бы своё. Ты не учился жить с ней всю жизнь, и она, внешне послушная и покорная, постоянно подтачивала бы твою выдержку и самоконтроль. Проблемы с психикой, которые так усердно сдерживал Аорташ в течение всего твоего путешествия по Авиалу, показали бы себя во всей своей красе. Рано или поздно ты бы бросил жену и детей ради этой магии. С каждым днём ты бы всё больше терял связь с реальностью, а жители Авиала, помня твои прошлые заслуги, терпели бы тебя намного дольше, чем нужно. В конце концов, ты бы сошёл с ума до такой степени, что поселился бы в собственном ледяном замке и убивал бы каждого, кто подошёл бы к твоему жилищу ближе, чем на три пушечных выстрела. И останавливать тебя пришли бы твои собственные дети.

— Ложь! — прорычал я, — это ложь!

— Я понимаю, что для тебя-нынешнего это звучит дико, но здоровье ума — это тоже великое искусство, поддерживать которое в состоянии далеко не каждый. И чем больше у тебя силы и власти, тем меньше связи с реальностью. А чем меньше связи с реальностью — тем быстрее ты сходишь с ума. Я понимаю, Дэмиен, что в твоих глазах мы сейчас выглядим мерзкими манипуляторами, но для меня, как для твоего хранителя важно, чтобы по итогу жизни твоя душа стала мудрее и сильнее. И если ради этого мне придётся допускать, чтобы твоему телу бросали вызовы разной степени сложности — я буду это делать. Даже если ты меня за это возненавидишь. А сейчас — я думаю, нам пора проститься. Мы и так поступаем с тобой слишком жестоко, в качестве награды за все