Грехи отцов 2. Война - Тимофей Грехов

ребенка зашедшей Грейнджер, а сама отправилась отдыхать. Роды были тяжелыми, и обсудив всё решили, что на принятии в род Астории быть необязательно.

Переместившись моим глазам снова открылась картина моего разрушенного дома. Сложно описать ту боль, которую я чувствовал находясь здесь. Перси рассказал, что во время взрыва вся семья находилась в мэноре. И, когда он смог прибыть на место, тел не нашёл. Поэтому я смотрел на большую воронку, как на большую братскую могилу своей семьи.

И хотя принятие в род я мог провести на любом месте силы, но здесь всё было пропитано магией рода Уизли.

Расчертив пентаграмму, я положил сына в центр и запел Агмы. Магическая сила отозвалась, и я почувствовал, как от меня к ребенку потянулась магия. Когда я закончил, то почувствовал, что напряжение отпускает меня.

Малыш заснул и громко засопел. Оставив с ним Гермиону, я пошёл в сторону теплиц, собираясь забрать из них всё подчистую. Сами теплицы меня не интересовали, потому что были разбиты. Проще сделать новые, чем восстановить эти.

Деревья-мэллорны я вместе с грунтом переместил в заготовленные заранее сумки с расширением пространства. Также поступил с амброзиями. На всё про всё я потратил не больше пятнадцати минут.

Я боялся, что мэллорны, будучи растениями, выделяющими магию, а не поглощающими, сбросят мои чары, поэтому не жалея сил вложил много энергии.

В Империи мне ещё предстояло найти место, где я смогу их посадить. Главное я хотел как можно дольше сохранить их существование в секрете.

Когда я вышел на улицу, то с болью в сердце поднял палочку в сторону теплиц. Я надеялся, что в мире не было больше изменившихся фениксовых деревьев. В моём прошлом их и так было очень мало, а чтобы они смогли измениться под воздействием атомной энергии, нужно, как я надеялся, сложение многих факторов.

Несколько секунд хватило, чтобы адский огонь сжёг любое упоминание о теплицах. Мне было очень тяжело так поступать, но так было необходимо.

Возвращаясь назад, увидел, что Гермиона лежит на земле. Под ней была лужа крови, подойдя ближе увидел, что она ещё дышит. Я кинулся в сторону сына и убедился, что он жив, потом побежал обратно в сторону Гермионы, но меня остановил голос.

— Значит это всё же правда, и ты жив! — я обернулся и стал всматриваться в говорившего. Разглядывая его, ко мне постепенно приходило понимание, кто передо мной стоит. Высокий, плотный мужчина, на вид лет под сорок, с очками половинками на глазах и шрамом на лбу.

— Да, не ожидал я тебя здесь увидеть, — как можно спокойнее сказал я, стараясь, рассмотреть вокруг себя обстановку, выискивая взглядом других волшебников. — Это было необходимо? — спросил я, указывая себе за спину, где лежала Грейнджер.

— Хотите верьте, хотите нет, но это было случайностью. Но это сейчас не важно, Вы должны проследовать со мной! — приказным тоном сказал Поттер.

— Для всеобщего блага? — спросил я, внимательно отслеживая его реакцию.

— О, ну что ж, так даже проще! — с такой знакомой улыбкой сказал Поттер. — Позже Вы мне расскажете, откуда Вам стало известно о моём маленьком секрете.

— А Малфой сказал, что ты мёртв, — в попытке потянуть время сказал я. — Как у тебя получилось скрыть своё существование? Насколько я понял, с помощью зелий и артефактов тебя не смогли обнаружить.

— Всё-таки Вы меня сильно удивляете, мистер Уизли. Задайтесь вопросом, сколько преступников оставалось бы на воле, если б они не умели скрывать своё существование от властей? О, вижу Вы поняли! Не даром Вы раньше хорошо ориентировались в ритуалистике. И коли Вы знаете кто я такой, не кажется ли Вам фамильярностью говорить со мной на «ты»? — беззлобно спросил он.

— Мм, директор, — сказал я, стараясь дать ему почувствовать, что он имеет надо мной власть, — нужно помочь Гермионе. Если мы её бросим, то она умрёт.

— Ох, мальчик мой, — вздыхая сказал он, — не стоит переживать за мусор. Она всё равно умрёт рано или поздно, не стоит тратить время. Пойдём, у меня много вопросов к тебе. И, надеюсь, ты будешь предельно честен со мной, а не то… — и не закончив фразу он в слух произнес seco, - а не то ты последуешь за ней. — После чего направил волшебную палочку в сторону моего сына. — Его это тоже касается!

Я обернулся и понял, что Гермиона Джин Грейнджер была только что убита. И следующим мог стать мой сын, мысли о Гермионе недолго занимали мои мысли.

— Тварь заднеприводная! — заорал я.

— Мальчик мой, не стоит выражаться такими ужасными словами, и тут же в мою сторону летят связывающие чары. — По прибытию я покажу тебе интересное заклинание, которое быстро отмоет твой грязный рот с мылом.

В прыжке я уворачиваюсь от заклинания Дамблдора, и вытаскиваю свою палочку. Он улыбнулся, глядя на меня.

— Ты думаешь это разумно?! Не усложняй, Рональд, опусти палочку. Если будешь вести себя хорошо, то, возможно, я оставлю тебе и твоему ребенку жизнь.

Дальше произошло то, чего я никак не ожидал. В мою спину ударило связывающее заклинание. Полностью обездвиженный я упал рядом со своим сыном.

— О, кажись я как раз вовремя, — услышал я голос учителя. — Альбус, ты долго будешь возиться? — спросил Гриндевальд.

— Геллерт, ты как раз вовремя, — ответил Альбус. — Вот собирался преподать этому юноше небольшой урок. А тут и ты объявился.

— Ясно, что ж место не плохое. Наши договоренности в силе? — спросил Геллерт.

— Разумеется, — ответил Альбус.

После чего они стали доставать металлические плиты и складывать их в форме звезды. Я пытался понять, что они делают, но лежа на земле, мало что видел.

— Рональд, ты не выглядишь удивленным?! — поинтересовался проходящий мимо меня Гриндевальд.

— Что вы собираетесь делать? — пытался сохранить хладнокровие я.

— Ну, ученик, я собираюсь поменяться телами. У меня будет тело молодого сильного мага, а у тебя тело сильного старика. Но потом ты умрёшь, сразу же после того как ответишь на все наши вопросы, и не секундой раньше.

— Да. Признаться честно, я не ожидал, что вы объединитесь с Дамблдором, — ответил я. — А как вы узнали, что я здесь?

— Это было легко! Мне сообщил домовой эльф, что ты забрал ребенка и переместился из замка. А