Бес сознания - Руслан Муха

она вжимается в кресло, как таращит глаза, стискивает свою сумку так, что я слышу скрежет ногтей по кожзаму. И тут наверняка больше играет даже не то что произошло до этого, а то, что мы продолжаем нарываться и следуем за опасностью по пятам.

Все-таки мои подопечные морально не подготовлены к такому. Они у меня вообще ни к чему не подготовлены. Придется готовить.

Пока мы едем по городу, от слежки укрываться получается довольно просто. Мы прячемся за другими машинами. Все становится сложнее, когда мини-вен и черное авто покидают город и сворачивают на просёлочную дорогу, а после едут куда-то вглубь полей, которые тянутся до горизонта.

Здесь уже тяжело следовать за ними.

«Тормози», — велю я Вовчику и тут же переключаюсь на Саню.

«Скажи, что нам нужно поговорить», — передаю я через нее Вове.

Она повторяет. Вова поворачивает на нас настороженный и одновременно дерзкий взгляд.

— Считаешь, я все испортил? — с вызовом спрашивает он. — Но, если бы я не увез нас, мы бы все вчетвером туда поехали. И что тогда?

Несмотря на всю браваду и грубость, я вижу, что Вова меня опасается. По глазам вижу, по словам, которые он явно произносит, чтобы оправдать свою трусость и слабодушие. Помнит, сукин сын, что я умею.

«Повторяй слово в слово», — велю Сане, и она с готовностью кивает.

«Ты подставил не только Мишу и Семена. Ты и себя подставил. Ты ведь сразу задумал так поступить при малейшей опасности. Но мы все в одном положении, мы все в опасности. Ты, по всей видимости, слушал задницей, когда я объяснял. Заруби себе на носу, Вова, еще хоть раз выкинешь подобное, я тебе такую жизнь устрою, что угрозы Кузьмича тебе покажутся любезными комплиментами. Понял?»

Саня пересказывает слово в слово, да еще и пытается подражать моей грозной интонации.

Вова смотрит на нас, моргает набычено, отвечать не спешит и явно хочет возражать.

Время выходит, Сему и Мишу везут не пойми куда, а еще заканчивается мое терпение.

Я переключаюсь на Вована и отдаю приказ:

«Врежь-ка себе по морде, да посильнее».

Без раздумий он сжимает кулак и бьет себя со всей дури в левый глаз. Прочувствовать все прелести удара я не успеваю, перескакиваю в Саню. От неожиданности она вскрикивает.

— Ты чего? — ошарашенно спрашивает она его, но потом до нее кажется доходит, и она насмешливо хмыкает.

— Ничего, — бурчит Вова. — Понял я все, — последнее явно адресовано мне.

«Точно?» — Саня тут же передает.

— Да точно, точно, — говорит он и, помешкав, добавляет: — Больше такого не повторится. Что мы собираемся делать?

«Ждите здесь, — говорю я Саньку, — пойду узнаю, где ребята и что происходит. От вас скорее ничего не понадобится я и сам смогу их вытащить. Но вы должны быть готовы быстро приехать и забрать их».

Саня начинает пересказывать, а я переключаюсь на Семена.

К моему облегчению, Семен оказывается в сознании. Чувствую, что мы еще едем, жду, когда прояснится зрение, чтобы посмотреть, куда именно нас везут. Но не тут-то было. Уже и звуки слышу, и ощущаю, как стянуты руки за спиной, а зрение так и не проясняется. Затем ощущаю, что у него что-то на глазах, какая-то тряпка или мешок.

Что ж, ладно, попробуем иначе. Я забираю контроль:

— Па-а? — тяну я.

— Я же сказал, помалкивай, — совсем близко слышится шипение отца Семы. — Не вздумай ничего выкинуть, все отрицай, за мальчишку скажешь, что ничего не знал, я же со своей стороны сделаю все, что в моих силах. Тебе ничего не угрожает.

— А куда мы едем?

— Если ты еще сто раз спросишь, я все равно не отвечу, — отвечает отец.

Ясно, значит Сема уже и без меня интересовался.

— А что будет с мальчиком? — спрашиваю я.

— Это уже нас не касается. Тебе ничего не угрожает, просто зададут несколько вопросов, а потом поедем домой.

Так, ясно, Семы везут на допрос. Значит, и я еду с ним. Чтобы зря не расходовать время, возвращаю ему контроль. Как только это делаю, подопечный облегченно вздыхает. ВидимоЮ рад, что я вернулся.

Ситуация, конечно, едва ли замечательная. И как теперь выкручиваться — совсем непонятно. Но сейчас главное выяснить, где мы.

Так мы едем еще какое-то время, дорога явно не меняется, все так же ощущаются ухабы и кочки. Затем авто начинает сбавлять скорость, а после тормозит. Мешок с головы снимать не спешат. Это конечно хреново— так мне не увидеть, куда мы приехали.

Семена вытаскивают из машины и куда-то ведут. Я, забрав контроль, делаю вид, что спотыкаюсь, и со всего размаху валюсь на спину. В полете дергаю головой так, чтобы слетел мешок. Пока Семен летит, какой-то бедолага из безопасников даже пытается его поймать. Совсем отчаянный.

Семен припечатывает его всем своим весом к земле, приземление получается мягким благодаря этому добровольцу-спасителю. А мешок с головы все же слетает. Бинго!

Первое, что я вижу — небо в пушистых облаках. Сразу же поднимаю голову и кручу ею по сторонам. Вокруг поля, а впереди небольшое кирпичное строение с предупреждающим значком молнией: «не входи убьёт». Явно трансформаторная подстанция. А точнее, скорее всего, вход замаскированный под трансформаторную подстанцию.

— Да чтобы тебя! Какой же ты, твою мать, тяжёлый! — орет тот, кто под нами.

Второй тут же спешит натянуть Семе мешок обратно на глаза, а после они вдвоем помогают ему подняться на ноги.

— Простите, Семен Семенович, но вам с нами нельзя. Ждите здесь, — слышится голос одного из безопасников, слова явно предназначаются отцу Семы.

Только сейчас обращаю внимание на тот факт, что в этой семейке Вернадских уже третье поколение Семенов. То ли традиция, то ли с фантазией туговато.

— Что значит: нельзя?! — в крайнем возмущении вопрошает отец, голос его начинает удаляться, слушать его явно никто не намерен, хоть он продолжает кричать: — Да вы знаете, кто я такой?! Я суперариус Вернадский. Я работаю на Верховного. Я сейчас Светлицкому позвоню и у вас будут большие проблемы!

Знакомая фамилия. Неужели тот самый Светлицкий?

— Конечно, позвоните Светлицкому, он вам все объяснит, — говорит ему кто-то из безопасников.

Та-а-к! Значит, нас разыскивали с подачи Светлицкого? Кто же он такой? Подопечный светляка или такой же, как и я?

Вскоре крики отца Семы остаются позади. Дальше нас куда-то заводят, а после все пространство резко смещается вниз. Едем на лифте.

После выходим и идем, несколько раз поворачиваем по коридору.

Все это важно, я запоминаю каждый поворот. Нам пригодится, когда я буду вытаскивать их отсюда. Слышится какой-то скрежет,