Карен Трэвисс - Республиканские коммандо: Тройной ноль

— Только скажи, что собираешься делать.

— Пошуметь на его балконе, чтобы он вылез наружу.

— А если он не вылезет?

— Тогда придется войти и вытаскивать его силой.

— Но если ты…

— Давай выманим его, если сможем. — Вэу прервался, ожидая пока мимо не пролетит айрспидер. Узкая воздушная трасса была практически безжизненной. — Большинство армий, в которых я когда-то служил, понятия не имели о долгосрочном планировании. Мне пришлось наловчиться по части нестандартных решений.

Этейн сейчас не могла не чувствовать явственные узоры в Силе. Беременность, похоже, на порядки обострила ее чувствительность к живой Силе. Вэу ощущался как омут совершенного холодного спокойствия, его отпечаток в Силе был почти таким же как у мастеров-джедай. Стрилл ощущался… чужим. В нем был непостижимый, игривый разум и в нем бурлила дикая радостная душа. Если бы не винтовка Вэу и хищные клыки стрилла — эта парочка могла бы ощущаться как мирный мужчина и его счастливое дитя.

Она чувствовала кое-что еще; теперь она это чувствовала постоянно: яркий, запутанный узор ее нерожденного ребенка.

Мальчик.

"Я стою на карнизе, и подо мной нет ничего на тысячи метров. И я не боюсь."

Она удержалась от того, чтобы потянуться сквозь Силу к Дарману. Это может отвлечь его в критический момент. Она просто чувствует, что он уверен и в безопасности — и этого достаточно.

— Ты можешь придушить его с помощью Силы? — тихо спросил Вэу.

— Что?

— Просто спросил. Очень удобно.

— Я никогда этому не училась.

— Жаль. Все нужные боевые навыки прошли мимо.

Вэу шумно выдохнул и задержал дыхание. Ее периферийное зрение отметило легчайшее движение, когда он нажал на спусковой крючок, и тихий «щелк» откликнулся эхом, когда облачко превратившегося в пыль камня ненадолго заклубилось над углом квартирной стены.

— Ииии… — протянул Вэу. Прицел винтовки все еще был прижат к глазной прорези его черного шлема. Он выглядел как воплощение самой смерти. Хотя Этейн и начинала считать броню придающей уверенности — но та не стала от этого менее пугающей. — И оказалось, что это не человек, привыкший избегать профессиональных ликвидаторов. Смотри внимательно и скажи мне — что чувствуешь.

Перрив задержался у транспаристиловых дверей, ведущих на балкон и сунул деку во внутренний карман куртки. Потом он вытащил бластер. Он открыл двери на метр, не больше, и остановился, озираясь по сторонам, с поднятым бластером, одна нога все еще в комнате, другая на самом балконе.

Этейн услышала как выдохнул Вэу, а затем голова Перрива дернулась назад, коротко плеснув темной кровью, словно его ударил невидимый кулак. Он упал, широко раскинув руки.

Мертв. Ушел. Чем бы ни был Перрив — теперь это ушло из Силы: ни боли ни удивления — и внезапно этого уже нет здесь.

Стрилл Мирд, не мигая, смотрел на своего хозяина, подметая хвостом карниз от возбуждения. Из глубины его глотки послышались тихие хнычущие звуки.

— Надо будет побаловать себя такой игрушкой. — проговорил Вэу, все так же совершенно спокойно и умиротворенно разглядывавший верпинскую винтовку. — Эти маленькие инсектоиды — замечательные оружейники.

— Он мертв.

— Я тоже так думаю. Гидростатический удар, производимый снарядами верпа весьма впечатляет. Точное попадание в голову — внезапный кир'ам.

— Но дека все еще у него в куртке.

— Хорошо! — Он повернулся к стриллу и приложил палец к его пасти. — Удейзии, Мирд… тихо! К'уур!

Стрилл уставился на него, золотые глаза остановились на его лице, голова чуть откинулась на капюшоноподобные складки морщинистой кожи. Его хныканье мгновенно прекратилось. Вэу присел вытянул руку, словно указывая, и сжал пальцы в кулак.

— Ойа… — прошептал он. — Ищи аруэтии! Ищи предателя!

Мирд развернулся на месте и вонзил когти в каменную кладку. Этейн смотрела, замерев, как он вскарабкался по стене и забрался на карниз этажом выше. Стрилл явно понимал то, что ему говорили, понимал даже жесты. Но она не могла понять — что же он делает.

— Ойа, Мирд!

Стрилл покачался на четырех задних ногах, а затем прыгнул в бездну.

— Ох…

А потом Этейн внезапно поняла, почему стрилл так странно выглядит. Он растопырил все шесть ног и уродливая морщинистая кожа, которая делала его похожим на ходячую груду тряпья, туго натянулась в восходящем потоке воздуха. Он легко скользнул вниз, и с изяществом птицы упал на балкон напротив.

Вэу снял шлем и вытер лоб. Его лицо было картиной искреннего восхищения и… да, любви.

— Умный Мирд. — промурлыкал он. — Умный малыш!

— Он летун!

— Замечательные звери, эти стриллы.

— Он отправился притащить деку?

Вэу помедлил. Этейн заметила улыбку, мелькнувшую у него на губах.

— Да.

— Это мальчик или девочка?

— И то и другое. — ответил Вэу. — Мирд со мной с тех пор, как я присоединился к мандалорианам. Стриллы живут куда дольше людей. Кто позаботится о нем, когда я умру?

— Уверена, что кто-нибудь его очень высоко оценит.

— Я хочу чтобы о нем заботились, а не оценивали.

Вэу вернул шлем на место. Они ждали. Этейн напряглась, когда зверь появился из комнаты с декой, зажатой в зубах — как ей показалось. Или, может быть, у него в запасе есть еще сюрприз — вроде сумки, как у гурланинки Джинарт.

Она вздрогнула от страха.

Мирд вытащил на балкон тело Перрива и потрепал его зубами. Она думала, что зверь пытался вырвать у него деку, пока тот не ухватил труп своими тяжелыми челюстями за плечо и не вскинул его на поручни.

— Что он делает?

Вэу засмеялся. Мирд перекинул тело через поручень, словно мешок с песком, покачался чуть-чуть, а затем швырнул себя в воздух. Этейн остолбенела от его способности перетаскивать человека весом, как минимум, восемьдесят килограммов, но это не шло ни в какое сравнение с тем, что она испытала, увидев, как его плавное падение переходит в полет с набором высоты, когда тот начал бить ногами и его кожаный парашют заработал как перепончатое крыло.

Мирд поднимался как хищная птица, несущая добычу.

Мирд летел.

— Файрфек… — проговорила Этейн. Других слов для этого не нашлось.

— Следи за языком! — одернул ее откровенно веселящийся Вэу. Мирд плюхнулся на карниз и втянул следом за собой Перрива. Вэу присел, насколько он мог это сделать на узкой полосе камня, и обшарил куртку в поисках деки.

— Вот она. Готово. Мирд хороший! Мирд умный! Мирдала Мирд'ика! — Он вытащил свой комлинк. — Кэл, Перрив больше не проблема, а у нас есть любопытная дека. Скоро увидимся.

Мирд был в экстазе, он хныкал и пускал слюни от удовольствия, пока Вэу чесал ему голову. Как охотничьему зверю, равных ему не было.

— Что с телом? — поинтересовалась все еще ошарашенная Этейн. — Мы просто оставим его здесь? На карнизе офисного окна?

— Это интересное дело даст следственному отделу КСБ повод чем-то заняться. — ответил Вэу. — А нам даже не пришлось вторгаться в дипломатический комплекс, верно?

Этейн, уже привыкшая к смерти и убийствам, не могла удержаться. Она протянула руку и тоже почесала стриллу голову — пусть тот и вонял и, наверное, мог убить ее одним быстрым укусом. Все равно он был просто чудом.

— Умница, Мирд! — проговорила она. — Умница!

Где-то возле отделения доставки "КоруФреш: Продукты с фермы", квадрант Ф-76, время 21.50, 385 дней после Геонозиса.

— Эта бронька тебе идет, Бард'ика.

Скирата, уперевшись широко расставленными ногами, сидел на заднем сиденье спидера, с декой и хроно наготове. Операция шла полным ходом. Перрив мертв. Теперь для Скираты настало время проверки — выполнен ли перевод кредиток.

Он смотрел на экран, показывавший статус временного банковского счета, который всего через день исчезнет без следа и аудиторских отметок.

— Подозреваю что Совет Джедаев не согласился бы. — Джусик поправил сумки, прихваченные грузовыми ремнями спидера. — Даже если бы броню носил сам генерал Кеноби.

— А вы не слишком об этом волнуйтесь. — ответил Скирата.

— Я так далеко не загадывал.

— Наемники Мэндо в наши дни должны строить планы на будущее, сынок, даже если оборачивается так, что будущего нет вообще. И ты тоже.

Джусик рассмеялся.

— Я думал, что Мэндо'аде живут одним днем. У вас даже есть проблемы с использованием любых времен, кроме настоящего.

Глаза Скираты не отрывались от экрана деки. Наконец тот обновился и внезапно на анонимном номерном счете в банке Ааргау появилось четыре миллиона кредиток «черными». Скирата нажал «подтверждение» — кредитки были на месте.

Да, все по-настоящему. Он получил эти кредитки.

Он почувствовал как одна напряженность улетучивается из его груди, а другая — знакомая, привычная как старый друг — занимает ее место. Он был готов к бою. Он переключил комлинк на всю штурмовую группу.