Денис Агеев - Страж границ (СИ)

Это я уже понял. Решил попасть на нудистский пляж — будь добр, оголись и сам.

— Хорошо. А когда…

— Помолчи. — Чжи чуть наклонил голову. Глазные яблоки зашевелились под веками. — Уже началось. — Он поднял руки и медленно свел ладони конусом. Лбом коснулся кончиков пальцев и снова замер, став неподвижным, как статуя Будды.

Спустя несколько минут я ощутил, как вокруг меня разливаются магические вибрации. Канал открывается. До этого я лишь на словах знал, как работает Вскрытие пространства. Теперь же видел это наяву.

— Присоединяйся, — услышал я голос Чжи, но китаец при этом не открывал рта. Он по-прежнему сидел неподвижно.

Я сел рядом с Чжи и закрыл глаза. Запах благовоний бил в нос. Солнечные лучи приятно ласкали лицо.

Я быстро отыскал ментальный канал Чжи и присоединился к нему, мое сознание сразу же куда-то унеслось.

Мир утратил присущие ему краски. Остались только размытые тени. Множество теней. Души. И среди них маячило что-то светлое.

Следы айлгарайца.

Я не слышал голоса, но понял, что Чжи согласился с моим умозаключением. Мы продолжили поиск. Люди, а точнее их духовные оболочки, мелькали перед нами роями, как комары на болоте. Одни мерцали, другие легонько светились, третьи — слегка поблескивали. Встречались на них и темные пятна. Некоторые переливались всеми цветами радуги, а иные горели красным или зеленым огнем. И все они были чем-то похожи. Как листья одного дерева.

Встретилось нам и нечто чужеродное. Какое-то иномирное существо. Оно явно почувствовало нас и поспешило скрыться. Другой чужак, наоборот, оскалил зубы — и скрываться пришлось нам.

— Это демон, — дошла до моего сознания мысль Чжи. — Не будем с ним связываться. Пока. — Но я ощутил, что китаец взял себе это на заметку. Он вернется и изгонит демона.

Не знаю, сколько времени мы блуждали среди теней. Я уже начал сомневаться в успехе нашей затеи, как вдруг увидел яркое, почти ослепляющее свечение.

Светлый.

Айлгараец нас тоже заметил. Его свечение стало ярче. Угрожающе ярче.

— Не бойся нас, — услышал я мысль Чжи. — Мы пришли за помощью.

Ответа не последовало, но я ощутил вопрос в этом свечении. Светлый был удивлен. Китаец, видимо, это тоже понял.

— У нас есть для тебя подарок… Часть души Темного.

Чжи не объяснил, что этот самый «подарок» живет во мне, но айлгараец все понял. Он засветился ослепительным светом и вмиг обволок меня, как туман. Я не видел, ни сонмы душ, ни теней. Только свет. Всепоглощающий яркий свет.

— Как ты посмел? — услышал я устрашающую мысль. — Как ты посмел прийти ко мне? — Угроза увеличивалась.

— Нам нужна твоя помощь, — сказал я мысленно.

— Ты — Темный. Убийца. Поглотитель. Как ты посмел явиться ко мне?

— Я не Темный. Я лишь храню в себе его часть.

Светлый застыл, словно пораженный моими словами.

— А ведь верно, — спустя мгновение произнес он. — Ты не адепт тьмы, хотя и очень близок к нему.

— Я страж границ. И я пришел просить помощи.

— Чего ты хочешь?

Я не стал ходить вокруг да около и ударил прямо в лоб:

— Темные захватывают мой мир. Я хочу избавиться о них. Ты выходец из Айлгарая — единственного мира, который одержал победу над Темными. Я хочу, чтобы ты научил меня… нас всех как бороться с ними. Я хочу знать, что такое Светоч.

Айлгараец молчал. Яркий свет все еще держал меня в плену, но уже не казался столь угрожающим. Светлый размышлял.

— Хорошо. Встретимся в полдень в храме Лотоса. Там и поговорим.

И свет исчез. Не сразу, но довольно быстро. Я опять увидел мелькающие вокруг точки душ. А потом все померкло, и я открыл глаза.

— Что он сказал? — Чжи глядел на меня своим подозрительным взглядом.

— А вы разве не слышали?

— Нет. Он отстранил меня сразу же, как только понял, что ты в себе хранишь частицу Темного.

— Он сказал, что поговорит с нами в полдень в храме Лотоса. Знаете, где это?

— Да. Самое достопримечательное место в Индии. — Чжи задумчиво нахмурился. — Он хочет нас проверить. Ну пускай.

— Тогда отправляемся туда.

— Не сейчас. Мне нужно восстановить силы. Да и тебе не помешает подготовиться. Светлый может нас не принять. Когда я его увидел, то почувствовал тревогу. Он боится Темного, заключенного в тебе.

«Или того, что он может с ним сделать», — мысленно добавил я. Ведь на то у него есть полное право.

ГЛАВА 6

Храм Лотоса выглядел впечатляюще. Огромное беломраморное сооружение, окруженное со всех сторон зелеными полями с декоративным кустарником и деревьями, смотрелось непривычно среди пестрых зданий Дели. Выполненный в форме распускающегося цветка лотоса, храм казался почти неземным и вполне мог встать в один ряд с известными семью чудесами света. Он состоял из девяти секций, к каждой из которых примыкал огромный бассейн с прозрачной лазурной водой, отчего создавалось ощущение, что храм стоит прямо на воде.

Вокруг суетились толпы туристов, вслушиваясь в речи гидов и щелкая фотоаппаратами. На глаза даже попадались обритые монахи в светло-красных одеждах, полицейские в форме песочного цвета и простые индусы, одетые по-разному. Светлого пока что нигде видно не было.

Мы стояли на площади перед входом в храм, где присутствие туристов ощущалось особенно сильно. В нескольких шагах от нас индус в джинсах и футболке что-то рассказывал на ломанном английском группе праздно одетых иностранцев, заворожено озирающихся по сторонам.

— Уже почти полдень, — сообщил я.

— Я знаю, — кивнул Чжи, внимательно оглядывая каждого прохожего.

— Наверное, нам пора в храм.

— Светлого здесь нет, — констатировал страж.

— Быть может, он уже там, в храме, и попал туда другим путем.

— Вполне возможно, но это, насколько я знаю, единственный вход.

— Значит, не единственный. Или он обошел его с другой стороны.

— Ладно, пойдем.

Внутри храм выглядел не менее внушительно, чем снаружи. Наклонные белые стены, без фресок и лепнины, в форме тех же лепестков уходили ввысь, образуя в центре потолка узор в виде цветка лотоса. Здесь было очень тихо. Одни люди молились, сидя на коленях или в позах одноименного цветка, другие — гуляли, вертя головами. Впрочем, смотреть особо тут было не на что.

— Где же он? — нетерпеливо протянул я, оглядывая внутреннее пространство храма. — Вы его видите?

— Его — нет, но следы… он… он… — Чжи умолк, сосредоточившись.

Я в свою очередь тоже подключил аурическое зрение. Без него айлгарайца точно не найти.

— Ты не побоялся и пришел, — раздалось у меня за спиной. Я обернулся и тут же увидел зеленоватую, с синими прожилками и едва различимыми красными вкраплениями, ауру. Словом, ничем не примечательное сияние души.

Передо мной стояла смуглолицая, черноволосая девушка. Даже оранжевый балахон не сумел скрыть стройности ее фигуры. Ее темно-синие глаза манили к себе, как колдовские озера.

Я был сильно удивлен, хотя и не сразу осознал причину изумления.

— Ты… вы говорите на русском? — Кроме Чжи, здесь, в Дели, я больше ни от кого не слышал родную речь.

— Да, говорю. Помимо него, я владею и другими языками этого мира.

— Это он, — прошептал китаец.

Я уже успел позабыть, что Светлый обитает в теле женщины.

— Значит, ты и есть айлгараец? — Чжи недоверчиво прищурился.

— Это вы, существа материальные, так нас прозвали. Наш народ именуется Ин Диа Ла Ми На Ха.

Китаец хотел было что-то сказать, но я его опередил:

— Мы пришли к тебе за помощью.

— Я это уже поняла.

— Почему твоя аура такая же, как и у обычного человека? — все-таки высказался Чжи.

— Я ее прячу… от чужих взоров.

— Тогда откуда нам знать, что ты…

— Подождите, Чжи. — Я одернул китайца. — Хоть ее аура и скрыта от нас, но я чувствую, что она — настоящий Светлый.

— С чего ты взял? — Прищуренный взгляд стража перепрыгнул на меня.

— Не знаю, как объяснить. Я чувствую… некое духовное родство.

— Это потому, что в тебе живет Темный, также как и во мне — Светлый, — сказала девушка.

— Что значит живет? На мне остался только отпечаток дремоавца. Не более.

Девушка улыбнулась:

— Это ты так решил. Но ошибся. Темный и твоя душа — единое целое.

— Значит, я одержим Темным?

— Нет. Одержимость свойственна только демонам. Дремоавцы же идут иным путем. Они проникают в душу другого существа, не меняя ее внешне, но перекраивая внутренне. Поэтому аура поглощенного Темным человека ничем не отличается от той, что была до его вселения.

— Вот именно об этом и говорил Филион-на-Гасса — создатель Манускрипта света. — Я повернулся к Чжи. Подозрительности на лице китайца поубавилось, однако он по-прежнему недоверчиво щурился. — Темные начинают завладевать душами других существ.