Исцеляющая тьмой. Вторая жизнь - Нинель Мягкова

с сестрой то и дело переглядывались, молчаливо уточняя друг у друга — не померещилось ли им.

Если честно, я чувствовала себя немного неуютно.

К деньгам я всегда относилась прохладно. В частности потому, что в них не нуждалась. За исключением короткого периода проживания с отцом, в остальное время меня баловали либо матушка, либо муж. А после стало уже не до роскоши. Государство щедро платило за закрытие прорех, только вот тратить заработанное было особо некуда. И когда? В перерывах между боями я успевала восстановить резерв и отоспаться. В подаренной его величеством резиденции я ночевала реже, чем в буераках.

По ступеням ателье фрекки Хоклинд я поднималась, готовая к сражению, как в старые добрые денечки.

И не ошиблась.

Глава 4

Хозяйка встретила нас лично, была мила и любезна, но непреклонна.

— Дорогая моя, создать платье для внучки таммавата Сомиравы — настоящая честь для меня, но увы — запись закрыта до осени! Ничего не могу поделать! — разводя руками над дымящимся чайничком и пирожными, пропела фрекки Хоклинд.

— А я к вам не за платьем, — дернула плечом я, невозмутимо отпивая из чашки обжигающе-терпкую жидкость. Ух, ядрено заварили!

Рядом надрывно закашлялась не ожидавшая такой подлости мачеха, но я не обратила на нее ни малейшего внимания.

— За чем же тогда? — тон модистки похолодел до температуры замерзания.

— Скорее, за кем. Вот за ней!

Все это время я не сводила глаз с двери, ведущей в мастерскую. Работницы сновали туда-сюда, раскладывали ткани, подбирали нитки и примеряли наметки на личные манекены клиенток.

Нужное лицо я вычислила не сразу. Ида Моэн выглядела куда моложе, чем когда мы с ней познакомились. Ее шоколадные локоны еще не посеребрила седина, а взгляд, хоть и усталый, не потух от безнадежности.

Значит, я вовремя.

— Йорра Моэн, подойдите на минуточку! — воззвала я во всю мощь легких.

А она у меня немаленькая. На поле боя пока что командовать не смогу, но швеи дружно подпрыгнули.

— Какая из нее йорра? Недоразумение одно, — прошипела хозяйка ателье, теряя остатки благовоспитанности. — Зачем она вам?

Хрупкая, болезненно худая женщина подошла ближе, нервно комкая рабочий фартук.

— Слушаю вас, — пробормотала она, опасливо косясь на фрекки Хоклинд.

— Хочу предложить вам работу, — доверительно наклонившись вперед, сообщила я. — Постоянную. С проживанием для вас и вашей семьи.

— У меня матушка лежачий инвалид. Боюсь, это будет не слишком удобно, — взгляд бедняжки забегал.

Еще бы. Променять не очень-то сытую, но стабильную должность в именитом ателье на непонятную авантюру, предложенную первой встречной, — не самое разумное решение. А йорра Моэн всегда действовала, опираясь на логику и совесть.

Придется на них и надавить.

— Не переживайте. Ваша матушка получит лучшее лечение. Все, что можно купить за деньги, и немного сверху,— пообещала без сомнений и паузы.

— Это неожиданно… мне нужно подумать, — почти беззвучно пролепетала швея.

— Думайте. Но недолго. — Я поднялась, поправила юбки. — Болезнь вступает в агрессивную стадию. Боюсь, у вашей матушки не слишком много времени. Без квалифицированной помощи ее не станет уже через год.

— Откуда вы знаете? — с подозрением прищурилась йорра Моэн.

В уме ей не откажешь, даже в стрессовой ситуации соображает она быстро.

— Я наводила справки. Мне нужно самое лучшее. И я это получу.

Короткий взгляд в сторону фрекки Хоклинд. Та отводит глаза.

Почти вся вышивка, тонкая и изысканная, фирменная деталь известнейшего ателье столицы, выполняется руками йорры Моэн. Слабая магичка с воздушным даром, она виртуозно управляется с несколькими иглами разом, создавая настоящие шедевры.

Платят ей при этом слезы. Только и хватает на оплату сиделки для матери и небольшой квартирки в не самом благополучном районе. Ну, на еду что-то остается, но не так много, оттого она и худая как скелет. Еще и дар высасывает дополнительно.

Давно бы перешла в другое место, но увы — характер у фрекки Хоклинд не сахар. Это с нами она разлюбезна, а своих работниц держит в жестких рамках. Надумай Ида уволиться, нового места бы не нашла. Ее просто никуда не взяли бы, опасаясь мести влиятельной хозяйки ателье, водящей знакомство с королевской семьей.

Мне же на ее знакомства плевать. Я принцу не один воспитательный подзатыльник задолжала. В новой жизни верну с процентами.

Но сначала помогу йорре Моэн спасти ее матушку. А заодно заведу одно очень полезное знакомство.

Старший целитель столичного госпиталя. Лейф Берг. Дядя моего мужа… бывшего мужа. И его наставник по совместительству.

А еще приличный маг с внушительным резервом, опытом установки печатей и достойным воспитанием. Дядя Лейф уважал клятвы, приносимые лекарями в день выпуска. Оберегать, спасать жизни и не распространяться о тайнах пациентов.

Идеальный претендент на установку мне печати.

Стоило нам оказаться за порогом, Лайсу порвало на тысячу маленьких разъяренных йорр.

— Ты… как ты могла меня так опозорить! — зашипела она гадюкой. — Нас теперь с дочерью здесь никогда не примут! Еще и ославят среди придворных, как шантажисток и вымогательниц!

— С чего бы? — изогнула я бровь, поправляя перчатки.

Торопиться некуда.

Прямо сейчас за дверями идет бурное обсуждение дальнейших перспектив. И если я не ошиблась в йорре Моэн (а она всегда была решительной и категоричной), ради матушки та вполне готова шагнуть в неизвестность. Тем более она знает, что я права. Справиться с этой болячкой могут немногие целители, не у всех хватит сил. Благо дядя Лейф как раз из их числа.

Возможно, муж… будущий… тоже сумел бы. После должного обучения. Но пока что он к работе не допускается. И опыта нет. Молод еще.

— Ты посмела угрожать фрекке Хоклинд! Отказалась от ее услуг! Да к ней очередь стоит из самых благородных дам! Что ты вообще понимаешь в нарядах? Деревенщина! Как мы теперь на балу покажемся? В нас все пальцами тыкать будут — те, кого выгнали из лучшего ателье! Изгои!

— Вы закончили? — холодно поинтересовалась я.

— Нет! — рявкнула Лайса, тяжело дыша, но вопреки своим же словам замолчала.

— Ну и славненько. Не спугните нашу личную швею. Йорра Моэн?

— Д-да, — дрожащим голосом подтвердила неслышно подошедшая мастерица. — Скажите мне сразу — вы же не пошутили? Вы правда можете мне помочь?

Обращалась она по очереди то ко мне, то к Лайсе. Понятно почему. Откуда у мелкой пигалицы средства и