Пермский Губернский 6. Абсолют - Евгений Бергер

хочет видеть всех вас лично! А, что он будет с вами делать — мне не известно.

— У-у-у-у… — кот вытянулся, чтобы понюхать стервозную представительницу Имперской Канцелярии, но та резко отошла от меня.

— О вашей технике и бойцах позаботится ИСБ! А вы все немедленно едете со мной. Император очень не любит ждать.

Когда подобного вида барышня приходит вручать приглашение — невольно задумываешься, а какого формата будет «встреча»? И нужно ли брать с собой кляп…

Глава 2

Устроившись на шикарных диванах огромного имперского лимузина марки «Аурум», мы отправились в Московский Кремль.

Обернувшись, я ещё раз посмотрел на дымящиеся развалины «Нефтехима» в лучах рассвета. Счастливая Голубика, стоявшая на сгоревшем остове вражеского Т-72М, помахала мне на прощание ручкой. Как мило…

— Извините, а как давно вы служите в Канцелярии Императора? — кот больше не мог держать себя в руках и прыгнул на боковой диванчик к Веронике.

— Симулус фон Дафваххе. Бывший французский аристократ и придворный маг. За очень… выдающееся преступление был приговорён к трансанималингу. Первым хозяином стала бывшая жена. — строго заключила Юсупова: — На данный момент — вы являетесь фамильяром Господина Осокина. Я ничего не перепутала?

— Никак нет! — просиял кот и снова стал нетерпеливо топтаться на месте.

— Чудно. Тогда спешу представиться — Юсупова Вероника Тимофеевна. Старшая дочь Первой ветви рода Юсуповых. Так же известная, как Графиня Ростовская. — Вероника наклонилась к Семёну, от чего тот растопырил усы: — А это значит, что ты должен обращаться ко мне «Ваша Светлость». Понял?

— Да, Ваша Светлость! — расцвел кот и продолжил топтаться: — Ваша Светлость, разрешите обратиться?

— Я не солдат.

— Тогда… Можно вопрос?

— Нельзя.

— Как давно вы работаете в Канцелярии?

— Ха? — Вероника надменно посмотрела на Семёна, который продолжал сидеть и смотреть на девушку огромными желтыми глазищами: — Ты глухой? Я сказала — нельзя! То есть, я не намерена отвечать на твои вопросы. А теперь — будь добр и отстань от меня.

— Хорошо. — кот свернулся буханочкой и уткнулся носом в ногу Юсуповой: — Но я всё равно помогу.

По черной шерсти Семёна пробежались ярко-голубые искорки, а затем прошли в ногу молодой Графини.

— Спасибо, конечно… Я забыла обезболик дома. Но, как ты узнал? — удивилась она.

— Юсупова Вероника Тимофеевна девяносто девятого года рождения. По знаку зодиака — скорпион. Вы олимпийская чемпионка по фигурному катанию. Взяли золото в восемнадцатом году в Пхёнчхане. А в девятнадцатом году разбились на одной из самых сложных лыжных трасс Куршавеля. С тех пор вы навсегда завязали со спортом. Видите? Я тоже много знаю.

— Невероятно! Так ты интересуешься нашими чемпионами? — казалось, что защитный слой непоколебимой строгой Госпожи пробит. Неужели нам покажут настоящую Юсупову?

— Я интересуюсь всем, что связано с красивыми барышнями. Кстати, всегда хотел спросить, а это правда, что у спортсменок огромное и неугомонное либидо?

Чёткий удар и кот пролетел через весь салон. Ну, конечно… Чего ещё стоило ожидать от старого пушистого извращенца?

— Не сочтите за разврат, Ваша Светлость! Просто, один мой друг занимался поставкой антисекс-кроватей в Париж. — с усмешкой произнёс Семён.

— Меня это не интересует. — строго ответила Госпожа Юсупова и отвернулась к окну.

— Так вот. — кот запрыгнул ко мне на диванчик и принялся облизывать мохнатые бока: — Один мой французский друг занимался мебелью из ОСП.

— Что такое ОСП? — поинтересовался я.

— Ориентированно-стружечная плита. Очень популярный материал для недорогой мебели. — пояснил Семён: — И к нему обратились организаторы олимпийских игр в Париже! Заказали специализированные антисекс-кровати. Дело в том, что среди народа бытует мнение, якобы у всех спортсменов независимо от пола — ну просто чудовищное либидо. И все спортсмены, приезжая на Олимпийские игры — начинают адово сношаться!

— Это бред. — нахмурилась Вероника. Вот и попалась, гражданочка… От неё повеяло кисловатым ароматом полуправды и недоговорённости.

— Неужели? Всё-таки, подцепили себе парочку спортЦмЭнов? — с усмешкой спросил кот.

— Нет. — холодно ответила Графиня. Теперь почувствовалась правда и… разочарование. Бедолага. Поди, только начала внедряться в тусовку и тут — на тебе. Травма и конец карьере. Мне даже немного жаль её.

— Хорошо. Так вот, мой друг разработал модель этих кроватей. Провёл испытания. И выставил ценник. Поскольку задача таких кроватей была ломаться при малейшей физической активности — материалы использовались самые дешёвые. Однако мой друг — истинный патриот Франции! Поэтому, он накрутил всего триста процентов от себестоимости. Олимпийский комитет согласился. В итоге, кровати были поставлены. Деньги уплачены, но… случилось странное. Или я бы даже сказал — ужасное!

— Неужели?

— Мой друг — тот ещё дамский угодник!

— Прямо, как ты? — хохотнул я.

— Какое там… Вашему покорному до таких людей, как Мишель — ещё расти и расти. — с грустью вздохнул сгусток мохнатой тьмы: — В итоге, наш производитель антисекс-кроватей встретился с одной горячей шестидесятилетней барышней из олимпийского комитета, которая отвечала за денюжки… И какого же было удивления Мишеля, когда цена кроватей по документам оказалась на ТЫСЯЧУ процентов выше того, что наш мастер получил на руки! И тут наклёвывается вопрос… А, куда делись оставшиеся деньги? И так ли действительно нужны были эти антисекс-кровати?

— Господи… — Вероника обречённо закатила глаза.

— Никто не знает, Ваша Светлость. Однако, ходят слухи, что Олимпийский комитет заплатил очень много налогов. Знаете, есть такой налог «на распил». Слышали, когда-нибудь?

— Это всё, конечно, замечательно. — улыбнулся я: — Но, почему они так заострили внимание на кроватях? Неужели подобными вещами нельзя заниматься на полу? Стоя? Возле стены? На подоконнике? И ещё огромной куче различных мест?

Покровский посмотрел на меня с явным недоумением, а Студнев расхохотался во весь голос.

— А Фёдор Александрович — дело говорит! — бородач смахнул выступившие слёзы.

— Вот и я о том же! — кивнул кот: — Скажите, Госпожа Юсупова — насколько вы оцениваете актуальность антисекс-кроватей на Олимпийских играх от одного до десяти?

— И, как вы терпите такого фамильяра? — Вероника злобно посмотрела на меня: — Он же только и делает, что всех поддевает или саботирует…

— О, мы с Семёном на одной волне. — честно признался я: — Если относиться к его говору с юмором, то получается очень даже весело.

— С юмором?