Фальшивый игрок - Михаил Северный

никак не в одиночку. Одиночке выжить очень сложно, несмотря на постоянно меняющуюся игровую обстановку. Сложно, но можно, и о самых знаменитых игроках ходят легенды.

Директор называл какие-то детские клички вроде «Властелин Смерти 5000», но я не пытался запомнить. На черта мне эти подростковые рейтинги — нырну разок, заберу внука и вынырну, но было ещё кое-что.

Игрок не может выбрать кластер, если не является премиум игроком. Игрок не может узнать о местонахождении реального человека в Игре даже являясь премиум игроком.

Погрузиться в игру вместе со своими друзьями можно — для этого все члены группы должны быть обладателями премиум подписки.

— Однако, — сказал я и осмотрел притихших людей вокруг, — и как же мне найти внука?

— Я даже не знаю, — пожал плечами директор, — сочувствую.

— Прокачаться до третьего уровня, — прошамкала вдруг уборщица, — получить доступ к глобальному чату и, зная ник парня, связаться с ним.

Весь офис уставился на старушку, тем временем выжимавшую тряпку.

— Что? — удивилась она. — У меня тоже внук есть.

— А если его не будет на этом кластере? — ехидно подколол директор, ему ведь нужно подтверждать, кто здесь самый главный и самый умный вот и вынужден показывать умника. Хотя я бы при прочих равных поставил на старушку.

— Кого? — удивилась тетка, — Лёшка на фэнтезийном.

— Да причем здесь ваш Лёшка, — возмутился директор и в меня лапой ткнул, — его внук! Если его не будет в игре?

Все с нетерпением ждали ответа от «мастера веника и совка». И она не тормозила с ответом.

— Убедиться, что внука нет на кластере и прыгать в следующий.

— Так это ведь денег стоит. И времени.

— А по другому не получится, — пожала она плечами и отодвинулась, потому что я встал. На запястье пиликала и переливалась синеньким пластиковая фигня, мы раньше такие надевали, чтобы на дискотеку пройти. Я уже тогда пожалел, что согласился на это рабство, но давать заднюю было поздно.

— Готово? Или вам ещё отпечаток носа нужен?

— Не нужен, — испуганно ответила девочка. — Всё.

— Ну, типа спасибо. Окольцевали. Пока.

Не прощаясь с остальными я прошел мимо не забирая коробки с гарантийными талонами, не нужны мне эти картонки и гарантийные талоны. Быстрее сломается, быстрее освобожусь.

* * *

Я шел по тротуару не уступая никому дорогу и детишки на самокатах разлетались в стороны, как кегли. «Эй, это наша полоса». — кричали они, и самый храбрый даже хотел залепить мне пощёчину на ходу, но промахнулся и грязно ругаясь тоненьким голоском улетел вдаль.

Слева летел ещё один в шлеме и протягивал пятерню, за неё я его и схватил, ногой отпихнул подальше средство для передвижения и малого к скамейке оттащил, каковых тут было не мало. Тот сопротивлялся, но у меня хватка крепкая.

— Сядь! — швырнул его на место, и встал, перекрывая дорогу к отступлению, шлем с головы ребёнка сорвал и положил рядом (не слышит в нем ничего)

— Дяденька, вы чего, — заговорил малыш двадцати лет перепугавшись до синих пятен на щеках, — дедуля я же пошутил.

— Вы чего творите, — я показал ему кулак, — зачем так себя ведёте? Тебя родители не воспитывали, так я воспитаю.

— Но вы ведь по нашей полосе передвигаетесь, — чуть не плача что-то он мямлил.

— По какой нафиг полосе?

Он показал перчаткой и до меня дошло, что асфальт расчерчен линиями, которые отделяли пешеходные дорожки от дорожек для инвалидов, еще на одной был нарисован похожий аппарат с которого я парня снял и еще на одной тоже человеческий силуэт с вытянутыми руками.

— А это для кого? Для зомби что ли?

Малой пожал плечами и попытался вырваться:

— Руку отпусти!

— Еще чего!, — я держал крепко и на расстоянии вытянутой руки, чтобы не пнул гад такой. — Нужна консультация, по этим вашим детским штукам, ты чего ухмыляешься?

Я услышал только свист сзади и увидел тень, обернулся и получил удар доской плашмя по лицу. Тень прилетела справа и удар оттуда же. Малыш как-то смог вызвать подмогу, чёртовы браслеты — всё они, новые технологии.

Очнулся я уже в больнице.

* * *

— Папа? Папа, ты слышишь меня?

Я слышал издалека этот гул, называемый голосом, но ни черта не видел. Что-то пикало, гудело, шипело и этот медицинский запах вокруг. Ясно, приплыли.

— Если у вас нет кредитов для оплаты поддержания организма в коме мы обязаны упокоить гражданина.

Вы что там? Совсем уже охренели?

— Или? — я слышу, что дочка чуть не плачет. Маленькая моя, пришло время прощаться, похоже подзадержался дед на этом свете. Ну и пусть, не увижу куда покатится дальше оцифрованное до трусов государство, только внука жаль не выручил.

— Ну или ваш родственник дает разрешение на оцифровку его сознания и перенос в игру, в качестве именного бота. Там он вполне будет существовать, все понимать и с вами общаться сможет. И проживет намного дольше вас, конечно, если вы не последуете за ним когда придёт время.

— Нет, я не хочу, — испугалась дочка, — а это не больно?

— Не больнее смерти. Только согласие нужно от дедушки. Вы ведь не против?

— Я только за, пусть папочка живёт! Как же он согласится? Он же почти в коме.

— Пусть подаст знак любым способом после того как я задам вопрос. Хоть что-то чтобы браслет зафиксировал движение. Готовы?

— Я не знаю. Папа, ты слышишь? Папочка? Не умирай, подай знак и уходи в игру, а мы обязательно с тобой встретимся. Будем общаться каждый день, не так как раньше, я обещаю! Он ничего не слышит!

— Я вынужден зачитать вопрос. Егор Юхимович согласны ли вы оцифровать свой разум и перенести своё знание в Игру? Подайте знак согласия, чтобы браслет БК смог зафиксировать ваш выбор. Шевельните большим пальцем или произведите любое другое движение.

Нормальный выбор. Или сдохнуть, или стать цифровым рабом. Наверное отправлюсь-ка я отдыхать на тот свет, погулял, хватит.

— Папочка, сын прислал весточку. Ему очень плохо нашему Тарасику. Он просит помочь ему, а я не знаю, что делать.

Я сжал руку в кулак

Часть вторая

«Да прибудет с вами вечная „Э-жизнь“»

Зрение вернулось, но вокруг только белизна.