Просто Никита: Солдат - Евгений Бергер

закона стояли в небольших группах, и о чём-то разговаривали. Их беседы иногда сопровождались взрывами хохота, которые сильно напомнили мне вечерние встречи в таверне.

— Чем-то помочь, молодой человек? — один из полицейских, положив руки на широкий ремень, с доброжелательной улыбкой подошёл ко мне.

— Добрый вечер! Меня зовут Никита. Просто Никита, — сразу представился я: — Дело в том, что я приехал устраиваться на службу в местный гарнизон. Не подскажете, где именно проходит набор солдат?

— Сегодня они уже закрылись, а так — видишь белое двухэтажное здание на окраине? — полицейский указал на нечто, вроде старой церквушки.

— Угу.

— Приходи туда завтра к девяти часам утра. Считай, от нас до Северной границы рукой подать, поэтому гарнизону всегда нужны новые люди, — с улыбкой ответил блюститель закона.

— К девяти часам утра? — удивился я: — А, что же мне делать сейчас?

— Можешь зайти в кабак «Три пня». Там готовят отличные свиные рёбрышки и наливают отменный эль. А потом загляни в местный постоялый двор. Там сегодня, как раз почти никого нет.

— Благодарю. Однако, проблема в том, что по дороге со мной случилась неприятность. И денег совсем не осталось, — признался я.

— Могу подкинуть пару монет. Отдашь, как получишь первое жалованье, — предложил полицейский.

— Благодарю, но отец научил меня не брать деньги в долг. Он всегда говорил, что нужно учиться обходиться своими силами.

— Твой отец — умный человек, — кивнул он.

— Согласен. Золотой был человек. Поэтому, я буду признателен, если вы подскажете мне: есть ли здесь возможность подзаработать? — поинтересовался я.

Тут он оглядел меня с ног до головы и задумчиво произнес:

— Самый простой способ — помочь шерифу найти разыскиваемого преступника, — полицейский указал на доску возле участка: — В зависимости от уровня опасности — за каждого пойманного дают денежное вознаграждение. Ты не местный. Глянь, может кого узнаешь… А так… Походи по городу. Уверен, здесь много людей, кому нужна помощь крепкого юноши.

— Хорошо. Спасибо за помощь, — я кивнул и пошёл по ближайшей улице.

Как же тут было здорово! Чистые люди, паровые машины и дома различных размеров и форм. Не чета хижинам Юнг-Блинда.

Все портили только волосатые кошки и собаки. Как они в жару интересно живут? Жарко ведь, наверное.

Только вот, куда бы я не обратился — всюду получал отказ. Народ смотрел на меня с подозрением, даже несмотря на то, что я всегда здоровался и старался вежливо разговаривать.

И, когда я уже хотел опустить руки, увидел старушку возле лавки с фруктами.

— Шноркель! Голубчик! Ну, что же ты?.. — взволнованно произнесла бабуля, глядя на дерево.

— Пф-ф-Х-Х-Х-Х-Х-Х-Х!!! — из листвы послышалось злобное шипение.

— Шноркель, дорогой! Тебе нужно просто слезть!

— Му-у-у-у-у-у-у-а-а-а-а-а!!!

— Извините, — я подошёл к бабуле: — А, что происходит?

— Мой кот… — вздохнула она: — Любит демонстрировать остроту своих когтей и небывалую храбрость. Залезает на дерево без проблем… А вот спуститься — храбрости уже не хватает. Сидит, пока птицы не сгонят. Падает… Потом сутки из дома не выходит. Жалко мне его.

— Так, давайте я его сниму?

— А ты умеешь лазать по деревьям?

— По деревьям, старым стенам, заборам, металлическим перегородкам и скалам. У меня много талантов.

— Если тебе не трудно… — старушка с надеждой посмотрела на меня.

Слегка разбежавшись, я с лёгкостью залез на дерево и увидел мохнатого забияку.

— Мау-у-у-у-у-у! — тут же предупредил он и прижал уши. Шерсть на его спине встала дыбом, а я подумал, что ему холодно.

— Не бойся! Я с миром, — я протянул руки к коту, но тот взмахнул лапой и продемонстрировал мне остроту своих когтей:

— ПФ-ФХ-Х-Х-Х-Х!!!

— Не переживай. Сейчас просто спустимся вниз и всё. Доверься мне! — я попытался успокоить Шноркеля словами. Помогло. Отец всегда говорил, что вразумительный диалог может успокоить даже самого буйного.

Аккуратно взяв пушистого забияку за хвост, я спрыгнул вниз и вручил шипящего кота хозяйке.

— Ой, спасибо большое! — обрадовалась она: — Какой же ты ловкий!

— Я вырос на руднике. Там по-другому нельзя, — пояснил я.

— Подожди немного. Я сейчас… — старушка подошла к лавке и взяла с плетёной корзины крупное ярко-красное яблоко: — Вот! Возьми в качестве благодарности.

— Не откажусь, — денег не заработал, но зато обеспечил себе вкусный витаминизированный ужин. Тоже неплохо.

Жуя сочный фрукт, я прошел город по кругу и вернулся к доске возле полицейского участка. На потрёпанных листках были нарисованы угловатые портреты с крайне недовольными людьми, а под ними большими буквами красовалось: «Разыскивается». Ещё ниже маленькими цифрами суммы. От 3 до 150 монет. Не густо.

— Эй, парень! — меня окликнул мужской голос, а затем из участка вышел тучный мужчина средних лет в серой форме. На его груди блестела золотая звезда с надписью «Шериф»: — Чем-то помочь?

— Добрый вечер, — поздоровался я, откусив ещё один кусок от яблока: — Полицейский сказал, что вы даёте награду за поимку преступников?

— Хех… — Шериф подошёл к доске и начал приколачивать три новых объявления. Я с удивлением обнаружил, что это мои старые знакомые: Айша и её банда: — Метишь в Охотники за головами?

— Нет, но я знаю этих трёх, — я указал на свежие объявления: — Они украли у меня сумку.

— Не у тебя одного. К тому же, «Знать» и «Поймать» — разные вещи, друг мой. А насчёт охотника… Месть не приводит ни к чему хорошему. Поищи себе, что-нибудь другое. Сложная это работа! Опасная и требующая особого склада ума.

— Особого склада ума? — удивился я: — Это как?

— Преступники они же думают по-своему, — шериф закончил развешивать листки и закурил самокрутку: — И чтобы их ловить — нужно уметь думать так же. Понимаешь?

— Отчасти, — ответил я, пытаясь представить, о чём же думали Айша с приятелями.

— Скажи… А ты, когда-нибудь убивал людей?

— Ещё не приходилось.

— Вот и ответ на твой вопрос, — шериф поднялся, и зачем-то взлохматив мои волосы, удалился обратно в участок.

Отец всегда учил меня, что нужно думать, как настоящий мужчина. А преступники для меня таковыми не являлись. Значит, и с доской объявлений пролёт. Придётся поискать ночлег на улице. Благо, что ночи нынче тёплые…

— Нет,