Клетка Удава - Тетти Нериус

Детектор пиликнул два раза, увидев у корней старого тополя хилую «Карусель», крутящую от нечего делать опавшую листву. Впрочем, на земле я заметил засохшие бурые брызги. Медленно я прошёл мимо, разглядывая почву, наткнулся на чью-то сморщенную оторванную лапу. Может быть такой же крысы-гиены, только меньшего размера. Тишину леса прорезал высокий крик какой-то птицы на дереве. Прокричала второй раз и с шорохом слетела с ветки, поднялась тенью к небу, прорвавшись сквозь спутанные кроны. Рыжий Лес мне никогда не нравился, а его копия тем более. Хрен его знает, какие твари обитают здесь по воле Азраила. Жаль, что я не додумался выспросить про местную фауну у психа.

Шахты остались позади, спрятанные за зарослями кустарников, и я уже было подумал, что выбрал неверный маршрут. Тропа обогнула серый камень выше меня на голову, и я, наконец, увидел впереди кирпичный высокий забор, а за ним виднелась железная башня копра. В привычной мне Зоне там проживает флегматичный старик отшельник. Живьём я его никогда не видел, да и, стыдно признаться, думал какое-то время, что Лесник выдумка, как и Чёрный Сталкер, как и Юра Семецкий…

Обрадованный убежищем, я ускорился, придерживая автомат, стучащий о грудь цевьем с каждым спешным шагом. Старые деревья расступались, открывая больше пространства над тропой, пропуская сквозь ветви блёклый свет искусственного светила. Протоптанная дорожка проходила через железные ворота, чьи створки вросли в землю, давно распахнутые, вела дальше мимо строительного вагончика с остатками костра перед ним. Громада копра отбрасывала тень на пустой двор с оставленным хаотично ржавым мусором. Справа от башни стояло еще одно здание на два этажа из серого толстого кирпича, с черепичной зелёной крышей. Часть широких застеклённых окон задёрнуты цветными занавесками. Это жилой дом? Я видел фотографию жилища легендарного Лесника и на месте дома стоял кирпичный ангар. Видать, в своей «Клетке» Азраил решил его немного изменить для удобства пленников. Но сейчас меня больше заинтересовал именно копр. В щелях заколоченного окна башенки играл яркий огонёк керосиновой лампы или свечи. Свет его словно обдал меня издали теплом. Там кто-то сидит. Там люди!

Ослеплённый накатившим счастьем, я бросился к воротам, не сводя взгляда с мерцающего огонька в окне. Боялся, что стоит мне сморгнуть, как он исчезнет, и иллюзия обитаемого места тут же растворится. Закинув «Калаш» за спину, я пробежал сквозь ворота, чуть не угодив в угли костра. В последний момент опомнившись, отскочил в сторону. После сообразил, что они давно холодные. Мимо серой бесформенной кучки костра, по тропинке обратно к воротам, вела другая дорожка — крупные застывшие багровые капли. Бля. От вида кровавого следа по коже пробежались мурашки. Одни капли размером с монету, другие еще больше. Глупо и стыдно, что заметил я их только теперь, радуясь скорой встрече с людьми. Теперь же я опасливо глянул на закрытую дверь копра, поднял взгляд выше, на окно. На миг огонёк мигнул — кто-то прошёл у окна, загородив собой на секунду источник света. Скрежетнув зубами, я отвернулся, присев на одно колено. Аккуратно мазнул по самой крупной капле указательным и средним пальцем. На подушечках остался смазанный грязный след. Чёрт, раненый проходил тут совсем недавно. Человек или мутант? Вдруг в помощи нуждается? Оглянувшись на башню и дом, я со вздохом распрямился. Не прощу себе, если не узнаю, кому там кровь пустили.

Взяв автомат обратно в руки, я крадучись двинулся по следу. Вёл глазами за каплями, замечал брызги на листьях рыжих кустов — кто-то метался здесь в панике или от боли. Повернул направо, вдоль кирпичного забора. На неровной стене я заметил, к своей досаде, след красной ладони. Человек. Твою ж мать! Я бросился вперед, надеясь еще успеть и спасти бедолагу… Только как? Сам еле выкарабкался и то благодаря проклятому Азраилу. Вынырнув из сплетений веток, я едва не споткнулся о чью-то ногу в военном ботинке. Нашёл! Да только уже слишком поздно. На земле, раскинув руки в стороны, лежал на спине анархист из «Свободы». Правая сторона груди, с налепленными на ткань наклейками, намокла от крови из двух пулевых отверстий. Третье было чётко в центре лба. Глаза свободовца пусто смотрели в серое небо. Удивительно, как он еще смог добраться сюда с такими ранами, и получил контрольный выстрел в голову. Только за что и кто его так? Хозяин местного лагеря? Что-то уже поубавилось желание ломиться туда.

Выворачивать карманы мёртвого анархиста я не стал — они и так наизнанку. Убийца забрал все трофеи, не брезгуя. Может быть, прибрал к рукам его рюкзак и оружие. Хоронить было нечем, да и заняло бы у меня много времени. В лесу, после встречи с медведем и находки трупа, мне хотелось все меньше проводить здесь времени. Единственное, что я смог сделать для бедолаги, так это закрыть ему бессмысленные глаза. Может быть, Азраил приберёт тело, закопает, как положено, своим волшебством.

Теребя правый ус, я пролез сквозь колючие кусты на тропинку. Остановился напротив распахнутых ворот, изучая взглядом тёмную башню копра. Внутри точно кто-то есть, не просто так же огонёк внутри горит? Надо рискнуть, проверить! Вдруг там нормальные люди, а этот анархист был… ненормальный?

— Ладно! — я выдохнул, собираясь с духом, и широко шагнул через «порог» двора шахтёрского лагеря. Под подошвой ботинок хрустнуло стекло разбитой бутылки. Слишком громко получилось в молчаливом лесу, что я дрогнул ненароком. Поднял взгляд на ровный свет в окне. Надеялся увидеть снова мелькнувший силуэт. Не могло же мне это показаться!

Миновав маленький лагерь с зелёным строительным вагончиком, я неосознанно ускорился. Двор копра казался чистым, без видимых аномальных угроз. Асфальт ровный, не считая мелких трещин. Брошенные колеса машин, оторванный кардан и обгоревший остов легковушки так же не вызывали опасения. Такого добра в Зоне навалом! Я на ходу покосился на грузовик без кузова и остановился как вкопанный от внезапного грохота. Сердце, испугавшись, улетело куда-то в район копчика. Дверь башни широко распахнулась от пинка. На улицу, из непроглядной темноты помещения, вывалились трое весёлых парней. Широко улыбались мне щербатыми и кривозубыми ртами. Щурили глаза от выглянувшего солнца из-за облака. Похоже, они давно засекли меня и, наконец-то решились выйти поприветствовать. С автоматами. И все как один в чёрных спортивных костюмах. Двое в шапках, один в кепке с повёрнутым набок козырьком. В груди у меня как-то нехорошо засосало. Улыбки их совсем не дружелюбные, а скорее злорадные.

—