Путешествие Элмо - Антон Исаев

рукой он схватился за край щита и дернул на себя, порвав лямки и сломав руку Ливио. Несмотря на это, бандит попытался ударить мечом в ответ, но Герман с силой отбил его топором, ударив вырванным щитом в живот, заставил согнуться его от боли. Потом он размахнулся, одним ударом перерубая ему шею. Тело Ливио, разбрызгивая кровь, упало на пол. Герман и Харт безразличными глазами осмотрели комнату на предмет выживших, удостоверившись, что таких нет, пошли к лестнице.

Амелия сидела возле детей и смотрела, как они спят. Тихое дыхание обоих и поскрипывание сапог стоящего странного спасителя, все, что она сейчас слышала. Крики наверху затихли, и она через некоторое время услышала, как кто спускается к ним в подвал. Размеренные шаги тяжело опускались на каменные ступеньки. Она пыталась разглядеть идущего, но был темно. Саргон, как он представился, зашевелился, услышав шаги, и так же глянул в ее сторону. Увидев, как она пытается разглядеть, что-то в темноте, он улыбнулся, объясняя:

— Прошу прощения, я совершенно забыл, насколько плохо вы видите в темноте. Я часто забываю такие неудобства. Сейчас это исправим.

Он поднял руку, затянутую в перчатку, сделал указательным пальцем полукруг, после чего висевшие на стенах факелы вспыхнули, освещая все помещение. Амелия уже совершенно не удивляясь тому, что происходит, увидела, как по направлению к решетке идут Герман и Харт, забрызганные кровью, но совершенно невредимые.

— Как это возможно! — воскликнула она, — Я видела, как вас убили!

Они подошли ближе и Харт зазвенел связкой ключей, открывая дверь.

— Госпожа Амелия, — Герман слегка поклонился ей, — Господин, — он посмотрел в сторону стоящего человека со шпагой и шляпе, что наблюдал за всеми, слегка улыбаясь.

— Вы прекрасно справились, настоящие солдаты, — он широко улыбнулся. — Бандиты наказаны и теперь больще никто вам не угрожает. И госпожа, я подумал, что ваши люди должны и дальше служить вам, охраняя и защищая, — он посмотрел на Амелию, которая не сводила взгляда со стоящих солдат.

На ее лице боролись противоречивые чувства от ужаса до непонимания.

— Вам не стоит так переживать, — продолжил он, — они будут верой и правдой служить вам. Эти слуги не нуждаются в отдыхе и пище. Идеально. Пусть это будет моим маленьким подарком, как и все здесь произошедшее. И, конечно же, пусть это все, останется нашим маленьким секретом. Хорошо, госпожа Амелия? — он посмотрел на нее.

Женщина отвела взгляд от застывших Германа и Харта, и пристально посмотрела на Саргона.

— И что теперь? — устало спросила она,

— Теперь? — рассмеялся он. — Теперь вы можете отправляться в славный город Асперг, как и хотели. Я выполнил все условия нашего договора. Ваша карета ждет вас на площади, людей там уже нет, — сказав это, он чуть улыбнулся. — Путь совершенно свободен, приказывайте вашим людям, как вам заблагорассудится, они будут беспрекословно выполнять ваши поручения, — потом подошел ближе к ней и, чуть наклонившись, произнес уже тихим голосом: — Только не забудьте выполнить вашу часть сделки, когда придет время. Ну, что ж! — воскликнул уже громко. — Меня ждут дела, а вам желаю тихо и спокойно добраться до места, куда вы и направлялись, — прикоснувшись рукой к своей шляпе, он наклонил голову в прощании, и, развернувшись, отправился в сторону выхода из подвала, оставив Амелию в полной растерянности.

Глава 1

Раннее утро у Элмо начиналось почти одинаково последние три года. Он просыпался в своей комнате на втором этаже гостиницы, выходил на балкон с первыми лучами солнца и смотрел на море.

«Уже скоро придет время, и я уплыву отсюда в столицу», — думал он. — «Стоит подождать еще чуть-чуть, я получу звание капитана. На этом всё, дорога в академию открыта».

Со своим командиром, начальником городской стражи, он был в хороших отношениях, да и что греха таить, он был отличным офицером, держа крепко в кулаке своих подчинённых и вверенный ему район города.

Несмотря на связи отца, Элмо добился всего сам с самого нуля. Но ему хотелось больше. Столица всегда манила его, там столько возможностей, столько всего можно было добиться.

«Через несколько месяцев я буду там. С рекомендациями от командира и письмом, лично подписанным губернатором, меня примут в академию. А там все пойдет, как по маслу».

Элмо улыбнулся своим мыслям и, закончив брить подбородок, сполоснул лицо. Пора бежать на службу, а вечером не забыть забежать к родителям и сестре. У нее завтра день рождение, шестнадцать лет, как-никак. Он зашел в комнату и накинул мундир поверх рубашки, застегнув его на все пуговицы. Подняв портупею, он застегнул ее на поясе, поправил притороченную саблю и вышел в коридор, закрыв за собою дверь. Предстоял день полный забот, городская стража, в которой он служил, ждала его.

* * *

Амелия боялась. Чем ближе подходило день рождения дочери, тем больше она боялась. Страх, казалось, поглощал ее всю, отнимая по чуть-чуть каждую частичку ее души. С тех самых событий прошло уже десять лет, и пролетели они очень быстро.

Казалось, что все ею пережитое тогда и тот самый момент, когда она заключила сделку с тем существом, было буквально вчера. Первое время после приезда к сестре, проходило, как в тумане. Оказалось, что они единственные со всего города, кто добрался целыми и невредимыми. Город исчез той страшной ночью, как в историях и рассказах, связанных с Бурей. Все жители, кроме них погибли.

На первое время их приютила сестра мужа. Амелия долго не могла отойти и понять произошедшее с ними. Сидя у себя в комнате на втором этаже, она смотрела, как за окном бегают ее дети, живые и невредимые и ее лицо смягчалось в улыбке. Но потом ее взгляд падал на тех, кто спас их, дважды. Герман со своим другом Хартом, не мертвые, не живые, они правили телегой, когда ехали сюда в город, и не произнесли ни слова.

Позже они помогали ей во всем, и всегда были рядом с Эддой. Молчали и улыбались, когда наблюдали за девочкой, беспрекословно выполняя ее просьбы, в тоже время присматривая за ней. Они были рядом, всегда рядом. Личные телохранители.

Знакомые и друзья спрашивали ее, как так получилось? А Амелия она не знала, что ответить. Отшучивалась, что ей очень повезло и что, если бы не Герман и Харт, она бы не выжила с детьми. Амелия видела взгляды странных слуг, когда они смотрели на Эдду, они были живыми, но, если приглядеться, не было ни радости, ни понимания в их глазах, только ледяной холод.

Чуть позже вернулся с караваном