Там, где водятся чудовища - Андрей Станиславович Нуждин

силах, что тому стало неуютно. Как бы теперь это доверие не разрушить.

– Придется вести тебя домой. Скоро разбойники забеспокоятся и пойдут искать своих, а я потеряю время. Вот что ты за несчастье?

– А отец мне всегда говорит, что я счастливая… Не тужи, дядька Старый, я тебе не помешаю! Что нужно делать? Говори, я все умею!

Стрелок внутренне усмехнулся: эта егоза скоро начнет вить из него веревки. И что теперь? Оставить ей маскировку и надеяться на ротозейство противника? Или все же отступить и вернуться сюда с городищенскими бойцами?

Дана вдруг ойкнула. Старый среагировал за миг до этого и уже держал на прицеле бредущего прямо на них мужика.

Тот навешал на себя столько разнообразного холодного оружия, что с трудом передвигался, ему мешал съезжающий с необъятного живота пояс. Позвякивание и хруст веток помогли бы уложить его даже ночью, вслепую. Сталкер прижал указательный палец к губам, положил рядом с девочкой «Винторез» и выскользнул из-под сетки.

Разбойник на ходу развязывал тесемку штанов, приближаясь к облюбованному месту, когда за его спиной неслышно появилась тень. Старый оглушил врага кулаком и чуть придушил. «Язык» опростался в полуспущенные штаны, осел на кочку, попутно умудрился придавить свободно болтающиеся анатомические подробности. Сталкер сноровисто спеленал охающему бандиту руки за спиной.

– Так, жертва, слушай внимательно. Я спрашиваю – ты отвечаешь. Зашумишь или не успеешь ответить – тут же станет очень больно. Убивать тебя рано, зато покалечить ничто не мешает. Если понял, кивни.

Психологическая обработка привычно настроила захваченного пленника на волну сотрудничества. Мелкие кивки сообщили о готовности передавать любые сведения. Всего через пару минут Старому стало известно количество противников в лагере, вооружение банды и цель нахождения на этой территории. Разбойнички просто выбрали местечко посуше, расположились тут как у себя дома и основным отрядом отправились грабить.

Сталкер благодарно кивнул осведомителю, достал нож, покрутил его в руках, но вид любопытно глазеющей на происходящее из-под сетки Даны заставил его нахмуриться. Старый спрятал клинок обратно в ножны. Мелькнувший кулак не успел напугать бандита, который от удара мягко привалился к покрытому брусничными кустиками пригорочку. Девочка восторженно пискнула.

– Так, сиди под маскировкой и не двигайся с места, поняла? Я прогуляюсь.

– А как же…

– Дана, если ты мне помешаешь, мы оба погибнем. И городище со всеми твоими домочадцами и друзьями тоже.

Обомлевшая девчонка кивнула, укрылась под сеткой. Оглушенного разбойника Старый привязал к дереву так, чтобы тот не шумел, если очнется. Затем стрелок двинулся в лагерь.

Немногочисленные шатры стояли вперемешку с обычными шалашами, в обилии понатыканными на поляне. Пара костров чадила возле импровизированной кухни, и было непонятно, почему такое бесстыдство допускает местный леший.

Сталкер прошел еще пару шагов, сел на землю, прислонился спиной к холстине одного из шатров. Напротив домика лежали два тела, которые он поначалу принял за трупы. Обнаженные мужчина и женщина были привязаны к забитым в землю кольям так, что не могли свободно двинуться. Мужское тело покрывали многочисленные раны и кровоподтеки – его, видимо, крепко били. Женщина была истерзана похотливыми тварями, зовущимися людьми. Деревянное ложе «Винтореза» скрипнуло в сжавшихся руках.

«Ну и все, сами напросились, теперь уже иного не будет», – еле сдерживая гнев, подумал Старый, когда приглушенно застонала пленница. Он нарочито громко лязгнул затвором и поймал в прицел лицо выглянувшего на звук разбойника. Запоздало мелькнула мысль о возможной осечке, палец нажал на крючок спуска. Минус один.

Когда обойма опустела, сталкер закинул винтовку за спину и вооружился копьем. Он метался среди шалашей, пронзал покрытые ветками стены, ориентируясь на звуки внутри, вгонял острый наконечник в тела попадающихся на его пути врагов. В полном молчании диверсант убивал завывающих от страха разбойников, пока не остался только один, последний.

Бандит походил на большинство мародеров, уничтоженных Старым и его друзьями в Зоне. Он пятился назад с искаженной ужасом физиономией, не сводил взгляда со странного одиночки, который играючи перерезал всех его дружков. Измазанное темным лицо чужака само по себе было чернее тучи, а глаза сверкали яростью.

Под ноги негодяя подвернулось лежащее тело пленника. Разбойник повалился на него, заскреб руками по земле, с трудом поднялся. Прижался ногой к женщине и заскулил, глядя на качающееся перед лицом острие копья.

За его спиной очнувшаяся пленница повернула голову и попыталась плюнуть в спину одного из своих мучителей, но пересохшие губы лишь скривились болью. Копье метнулось вперед, в пронзенном горле разбойника забулькало. Женщина удовлетворенно опустила голову и замерла.

* * *

Дана мчалась домой, выбирая самый тяжелый путь, чтобы не столкнуться с ушедшей парой бандитов, а сталкер, после того как освободил пленников от пут, потрошил одну из своих аптечек.

Лагерь окончательно уничтоженной шайки был разрушен, освобожденных людей унесли в городище. Прихватили заодно и попавшихся в лесу разбойников вместе с «языком». Их казнили, перед этим учинив допрос, и теперь со стены скалились три головы с распахнутыми в ужасе глазами, незряче смотрящими на лес.

Старый сидел на лавке возле общинной избы и наблюдал, как Дана копается в диковинных вещах, которые он позволил достать из рюкзака. Сталкер точно знал, что скажет Желану.

Тот появился под вечер, подошел так, будто боялся рассердить странного и опасного чужака.

– Я принял решение. Прости, но у меня своя дорога. – Старый кивнул в сторону частокола. – Думаю, вас больше не рискнут тронуть. А нет, так теперь будете готовы… Мне же нужно найти путь домой. Если он существует.

– Если есть этот путь, ты его найдешь, – понимающе кивнул воевода и отправился восвояси.

Погрустневшая девчонка подлезла под руку к Старому, прижалась к нему.

– Ты уходишь, да? – спросила она.

– Уйду, но не сейчас. А потом, может, и вернусь. Ты говорила, что у тебя дядя – кузнец. Познакомишь меня с ним?

Сидевшая над их головами ворона улетела в лес. Там, в самой глуши, она опустилась на плечо темной фигуре и застывшим взглядом уставилась перед собой. Беззвучно «выслушав» птицу, облаченный в странное одеяние рослый человек повернул скрытое капюшоном лицо. Леший повиновался зазвучавшему в голове приказу. Он отправился на оскверненную смертью поляну и принялся командовать многочисленной нечистью, собиравшей тела разбойников.

Глава 3

– Что за дивный умелец такое ковал? – восхищался кузнец Житеслав, разглядывая сталкерское оружие. Рядом шорник Родомир, отец Даны, хмыкал в русую бороду, вертел в руках берцы и размышлял, как ему в мастерской сподобить такую удобную обувку.

Старый, переодетый в льняные штаны, одолженные у кузнеца, правил оселком лезвие ножа. Дана только заикнулась отцу, и тот в благодарность