Наследник. Обретение дара - Иван Дмитриев

— О! Это великие и особенная схема. Далеко не каждый из ныне живущих может это сделать.

Я же заинтересованно смотрел на его манипуляции и искренне надеялся, что этот прибор не нужно никуда вставлять. Но мои надежды разбились о реальность

— Бумажка? — разочарованно произнёс я.

— А ты чего ждал? — удивлённо поднял Оболенский голову, отрываясь от распечатывания упаковку лакмусовой бумаги.

— Ну… даже не знаю сканер какой-нибудь с антеннами на нём, — растерянно развёл я руки.

— Увы, реальность другая. Плюй давай, — протянул он мне заветную бумажку.

Протянув руку за бумажкой, я схватил пустоту.

— Просто плюй, не трогай руками, — нахмурился Оболенский.

— Да как скажете, — сплюнув на бумажку, ответил ему.

— Молодец! А теперь ждём! — довольная улыбка озарила его лицо. Достав из кармана пробирку заполненную какой-то серебряной жидкостью он бросил туда бумажку и закрутив крышку, встряхнул.

— А мне-то можно взглянуть? — поинтересовался я. Пытаясь разглядеть в его огромной руке маленькую склянку.

— Нет, — буркнул он, отворачиваясь от меня.

— В смысле нет? Это мой тест! — нахмурился я, обходя его по кругу.

— А я, учитель! И заявляю, что тебе рано смотреть на происходящее в моей руке, — поворачиваясь ко мне спиной, задумчиво ответил Оболенский.

— Так, вы вы там, может, мухлюете! — со злостью бросил ему и схватив его за локоть, пытался его потянуть на себя.

— Я! Сказал! Рано! — прогремел старик и меня просто оттащило на несколько метров.

Все мои попытки вернутся к нему, оборачивались провалом. Будто упирался в стену. Точнее, не так, каждый сантиметр, который я преодолевал, становился словно плотнее, чем, прошлый, словно я попал в болото и чем ближе я был к старику, тем сложнее мне давалось каждое движение. Когда мне осталось пройти последний метр, я попросту не смог пошевелиться. Но вот обратно, я мог идти вообще без проблем и сопротивления. Но стоя на таком расстоянии, я могу расслышать, как Оболенский, смотря на свою руку, шепчет.

— Нет…это невозможно, этого не может быть

— Что не может быть? — заинтересовался я.

— А ну, не подслушивай! — обернулся он ко мне.

И теперь я стоял возле обрыва и со страхом смотрел вниз.

— Если это процесс учёбы, то у вас очень фиговые способы обучения! — прикрыв глаза, я крикнул Оболенскому.

— Если ты не понимаешь слово нет, то это твои проблемы! — крикнул мне в ответ князь.

Да я-то чё…развели тут секрет какой-то. Мне же тоже интересно, хотя и ни фига непонятно. Открыв один глаз, я взглянул вниз и почувствовал, как меня одолевает страх, я закрыл его обратно.

— Твоё обучение начнётся завтра в восемь утра! — крикнул мне князь.

Я же почувствовал, что державшая меня стена исчезла.

Сделав непроизвольно пару шагов назад и упав на пятую точку, я огляделся по сторонам. Оболенского уже не было.

Поднявшись на ноги, я направился в дом. Нужно узнать, что ещё меня ждёт на сегодняшний день.

Войдя в дом, я столкнулся с Мари.

— Где мой отец? — хватая её за талию, когда она, открыв дверь из кухни, натолкнулась на меня.

— Он…он у себя в комнате, — смотря в мои глаза, ответила девушка.

— Понял, спасибо, — отпустив растерянную девушку, я поднялся по скрипучим ступенькам на второй этаж.

Дойдя до нужной мне двери, я постучал в дверь. Но ответа не последовало. Постучав ещё раз, но настойчиво, я для уверенности подёргал ручку двери. Но ответа так и не последовало. А дверь не открылась.

— Князь! Вы тут? — потряс я ручку.

Постояв пару минут возле двери, я махнул рукой и отправился вниз. Походив по дому, я нашёл Мари.

— Старый князь всегда так?

— Запирается у себя? Каждый день, — кинула девушка, смахивая пыль с мраморного бюста перьевой щёткой.

— Потрясающе, — покачал я головой. — Что он там делает?

— Мы никогда это не спрашиваем. Он князь и может делать что угодно в своём доме, — строго ответила девушка.

— А когда он выходит, то хоть? — пропустив мимо её тон.

— Ближе к ужину. В восемь часов он уже внизу, — задумавшись на мгновение, произнесла Мари.

— Спасибо, — поднявшись на ноги, я отправился на улицу.

Но выйдя из дома, пришлось разворачиваться и подниматься к себе. Подхватив полотенце, направился к бассейну.

Скинув одежду и полотенце на ближайший шезлонг, я, встав на край, поднял руки вверх и подпрыгнув попытался сделать кувырок. Но к своему удивлению, трюк, которым я не один год вызывал восхищение возгласы девушек на пляже, не удался, и я глупо раскинув руки и ноги в стороны, плюхнулся в воду.

Зарычав от боли, я с закрытыми глазами попытался выплыть на поверхность. С каждым взмахом руки вода становилась холоднее и холоднее, а движение тяжелее.

Да блин! Какого фига? Бассейн, который ещё вот-вот, буквально пару секунд назад был полон воды, теперь был огромным куском льда, а я вмёрз с вытянутой вверх рукой и ровно по горло. От второй руки над поверхностью виднелся только локоть.

Как это случилось и главное, почему я не понимал. Да и что теперь делать, я тоже не знал. Спасибо, что дышать могу. Попробовав подвигать телом и неудачу, я смирился со своей участью и просто надеялся, что меня кто-нибудь найдёт.

И меня нашли, спустя очень долгие как я узнал позже, шесть часов. Сам князь — Алексей Иванович. Хотя, мне кажется, он сам был удивлён, увидев меня в такой глупой ситуации. К этому моменту лёд растаял настолько, что я мог шевелить руками и говорить.

— Я думал, ты сбежал, — сев на шезлонг он с улыбкой смотрел на меня.

— Угу, сбежишь тут, — грустно произнёс я.

— И давно ты так? — осмотрев бассейн, он вернулся взглядом ко мне.

— Не знаю, как мы с Оболенским ушли, и минут через тридцать я тут и оказался, — хотел я пожать плечами, но получилось лишь похлопать глазами.

— А учёба? Он же хотел провести несколько уроков, — удивился князь.

— Так не было, он взял какой-то тест со слюной и сразу же убежал. Ничего не сказал, — сдал я Оболенского.

— Вот же хрыч старый, — поднялся на ноги Алексей Иванович. И развернувшись стал уходить в сторону дома.

— Стойте! А я? — крикнул я, испугавшись, что меня тут и оставят.

— А точно, извини, — помотал он головой,

Развернувшись ко мне, он, нахмурившись, махнул рукой.

— Вы уверены, что это нужное заклинание? — скептически произнёс я. Убедившись, что ничего не изменилось.

Склонив голову набок, князь с удивлением смотрел на бассейн.

— Странно, — сделав новый пасс рукой, он ещё с ещё большим удивлением смотрел на лёд. — А скажи-ка мне друг ситный, откуда этот лёд?

— Не знаю, — пожал