Самый-самый (СИ) - Климов Артем

Откуда-то прилетели голуби, она достала из сумочки пакетик с кормом, и принялась их кормить.

Я посмотрел на время. Почти 16 ч. Мы тут уже три часа сидим.

Что скажут на работе? Телефон не звонил за это время. Я посмотрел на полоски антенн, связи не было. Понятно.

Что мне делать дальше?

Что делать с работой? Мне идти увольняться? Она предлагает мне работу? Что за работу? Понятно, что не супер-пупер-мега-спаситель. Но что конкретно?

На сколько я ей верю? Наверно, на 99%. Всё ещё есть маленький шанс на то, что это розыгрыш, или мне это снится… Нет, определённо это не сон. Тогда это правда. Как же сложно в это поверить!

Мои пальцы немножко потряхивало. Я нервничал. Блин, да 100% это не розыгрыш.

Почему я? Что такое есть во мне, что именно меня выбрали из семи с половиной миллиардов людей?

Одна мысль прыгала на другую, я не успевал за ними.

Мой термос уже опустел. Я хотел в туалет по-маленькому. То ли от нервов, то ли от выпитого. Скорее от нервов.

– Я не знаю, – пробормотал я. – В книгах и фильмах это как-то происходит само собой. Герой сразу «прыг» – и в гуще событий. Мне лично, НИЧЕГО НЕ ПОНЯТНО. У меня миллион вопросов. Скажи, что мне делать, что мне спросить в первую очередь. Я растерян.

– Сходи в туалет, он чуть дальше, справа. Потом купи кофе и возвращайся, – спокойно ответила она, и указала пальчиком в сторону возможного нахождения туалета.

«Да…»– подумал я, такого в книгах не пишут, и меня немножко отпустило.

Я встал и пошёл.

– Приду через 10 минут, никуда не уходи.

– Не переживай, так просто я от тебя не отстану, – Ева снова ободряюще улыбнулась мне.

Туалет я нашёл быстро. А вот с кофе была проблемка. Уличное кофе было только растворимое. Этот мерзкий вкус я потом не вывел бы ещё несколько часов. Я пошёл дальше по дороге. Самое вкусное кофе было в Макдоналдсе, но его рядом нет. Я увидел какое-то небольшое кафе на первом этаже жилого дома. Там точно не будет растворимой бурды.

– Есть кофе заварной? – Спросил я бармена.

– Капучино, Эспрессо, Ристретто, Американо, Раф, Флэт уайт, Макиато, Гляссе, Кон панна, Фраппе, Колд брю, – начал он тараторить.

«Блин! Да заткнись ты уже. Не до тебя сейчас. Я всё равно уже забыл первые три, которые ты говорил» – подумал я, и очень пристально посмотрел на него.

– По-ирландски, по-турецки, по-американски, по-венски, – он продолжал, и, кажется, не собирался останавливаться.

– Я расскажу рецепт, а ты приготовь. Идёт? – Экспериментировать с напитками у меня сейчас не было желания. – Завари просто кофе, любой. Который ближе к тебе, – добавил я, видя, что он сейчас начнет перечислять виды кофейный зёрен и тип помола. – Пол литра, и добавь 50 грамм сливок. Всё. Без сахара.

– Хорошо, 5 минут. – Кажется, он обиделся на то, что я влез со своим рецептом.

– Две порции, – вспомнил я про Еву. Может, она тоже пьёт кофе.

Сел в углу и просто ждал, мыслей не было. Я, наверное, выдохся.

– Ваш заказ готов.

150 гривен за две здоровые чашки кофе. Ну ладно.

Я вернулся. Ева сидела там же, никуда не пропала. Наверное, я надеялся, что это глюк, или я её не застану когда вернусь. Я протянул ей её порцию.

– Спасибо. Я люблю кофе. С недавних пор, – улыбнулась она и отхлебнула со стаканчика. – Горячий.

– Что дальше?

– Полегчало? – Поинтересовалась заботливо.

– Немножко. У меня куча вопросов.

– Я знаю. Давай сделаем так. Я вкратце расскажу тебе самое основное. Потом ты задашь вопросы.

– Ты не забираешь меня? Ну, откуда вы там прилетели. Я остаюсь на земле? Мне можно ехать домой? – Похоже, вопросы с меня начинают сыпаться сами собой.

– Ты останешься здесь, никто тебя забирать не будет.

– Хорошо. Давай повтори коротко и по порядку. Ты же понимаешь, что из той истории, что ты рассказала вначале, я запомнил чуть больше, чем ничего? И что ты там приукрасила для большего эффекта, а что правда?

– Я ничего не приукрасила, – фыркнула она. – Просто чуть растянула, чтобы было интересней. Вот основные факты.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Она начала перечислять:

– Первое, Люди уничтожат себя и Землю через 40-50 лет.

– Второе, нам нужно это предотвратить без прямого вмешательства. Для этого есть один способ.

– В принципе, это и всё. Дальнейшее – это детали. Можешь спрашивать.

– Ага, всё. Это я и так понял. Что за способ?

– Всё просто. Мы выбрали сотню самых уникальных представителей человечества, и даём им полный доступ к нашим технологиям. Выбранные особи, используя наши технологии, должны вывести Человечество из эволюционного тупика, в который вы забрались. Предотвратить самоуничтожение Человечества и сделать научно-технический скачок в развитии. Это основные задачи.

– А разве это не вмешательство, давать отсталой расе ваши технологии? Ты же рассказывала, что так нельзя.

– Технологии получает не раса, а только эти выбранные люди. Им запрещено передавать эти технологии Человечеству, и даже отдельным людям. Разрешено только использовать для направления развития. Есть ещё много ограничений. Не спеши. Давай как-то обозначим название избранных. Предлагаю «Наместник», «Контролёр», «Смотритель», – начала перечислять она. – Ведь это, как раз и будет их функцией.

– Угу, «Супервайзер», «Погонщик рабов», – хмуро продолжил я. – Что-то мне уже не нравится всё это.

– Брось, это на благо вашей расе. Если не вмешаться, будет только хуже. Тем более, ты не один.

– Давай остановимся на «Наместнике».

– Хорошо.

– А как мы будем сотрудничать со всеми? Когда познакомимся?

– Никак. Каждый Наместник будет управлять своей версией Земли. Вернее, не только Земли. Мы даём в распоряжение каждого Наместника, всю Солнечную систему.

– В каком смысле «Каждому Наместнику Солнечную систему»? – Не понял я.

– Ту все просто. Делаем копию системы в параллельном пространстве. Эта копия не соприкасается с остальной Вселенной, и с остальными копиями, поэтому выход за пределы Солнечной системы невозможен, до окончания срока. Каждой копии назначен свой Наместник. Мы с тобой уже находимся в твоей копии Системы. Её порядковый номер №87. Тебе дается полное право делать здесь всё что угодно, главное результат. А использую наши технологии, можно сделать всё. Это проверенный и много раз использованный метод. Он даёт самые лучшие результаты.

– Пока всё понятно. Звучит не очень плохо. Подожди, а какой срок, и что будет с копиями после завершения этого срока? – Спросил я и почувствовал как сзади, от снования черепа и до макушки, пробежала дрожь.

– 25 лет. Оптимальный срок. После этого остаётся только одна копия, самая продуктивная и с большим потенциалом, которая будет оставлена для дальнейшего развития. Остальные мы стираем. Функции Наместника на этом закончатся. Все технологии, которые использовались им, будут аннулированы. Останутся только те, которые Человечество открыло само.

– Уничтожаете? Вы уничтожите все остальные «Земли»? – Я не этого ожидал.

– Не все. Статистика показывает, что в первые пять лет половина копий уничтожит сама себя. Естественный отбор, – она улыбнулась. Мне её шутка не казалась смешной. – Кто-то захочет стать Богом, кто-то поиграть в войну, кто-то перемудрит с технологиями, а кто-то воспримет это как «Судный день», и проживет это время как будто это последний день. Через пять лет копий будет меньше, а остальным легче, меньше конкурентов.

– Ты думаешь, это меня успокоит? Ещё раз. Я правильно понял, вы уничтожите все остальные земли через 25 лет? Останется только одна?

– Ну, да. Таковы правила. Более того, каждые 5 лет мы будем делать селекцию, будем отсеивать ненужные и паразитирующие копии. Лишние копии требуют слишком много энергии, даже для нас.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

– Не, не, не… Мне это не нравится. Вертай все обратно! Отмена. Отбой. Я пас. Я поехал домой. – Я начал тараторить, и собираться. – Где мой термос, сколько времени уже…