Проклятый рыцарь (СИ) - Стоун Рик

Так что с утра, тщательно выбрившись, и приняв холодный, бодрящий душ, который помогает мне почувствовать себя свежим даже после всего четырех часов сна, я отправляюсь на одно из городских кладбищ. Да, кстати, к моему удивлению оказалось, что даже тут бывают проблемы с парковкой.

Потом топаю на своих двоих, пытаясь найти место проведения церемонии. Не так-то это и просто — кладбище довольно большое, а звонить и уточнять в такой ситуации как-то неудобно. Уфф, с трудом, но все-таки нашел. И очень вовремя — церемония должна начаться уже через пять минут.

Собралась небольшая толпа — судя по возрасту, это сокурсники и, скорее всего, бывшие одноклассники Катрины пришли отдать ей последнюю дань уважения. Ну и родители с ближайшими родственниками, естественно. Стоят чуть поодаль от молодежи.

Я немного теряюсь, думая, где мне встать. От толпы отделяется фигура стройной девушки в черной блузке и юбке, светлые волосы зачесаны назад, на лице ни грамма косметики. Ребекка грустно улыбается, смотря мне в глаза, и берет меня под руку. Мы подходим к ее родителям, я немного скомкано, но абсолютно искренне приношу им мои соболезнования, они вежливо и тихо меня благодарят. Видно, что за последние дни для них это уже не в первый раз.

Начинается служба. Звучат слова молитвы, кто-то из девушек тихо всхлипывает. Катрин хоронят в закрытом гробу — видимо родители хотели, чтобы друзья запомнили их дочь такой, какой она была при жизни.

Наконец, прозвучали последние слова, и гроб опускается в открытую могилу. Ребекка вздрагивает и судорожно сжимает мою руку. Вот и все, был человек и нет его. Я сам еле удерживаюсь, чтобы не всхлипнуть.

Люди начинают медленно расходиться, переговариваясь вполголоса.

— Подожди минутку, пожалуйста, — просит меня Ребекка и подходит к родителям, которые все еще стоят у свежей могилы. Она что-то говорит им, те кивают. Затем она подходит к молодому парню, стоящему рядом с ними и что-то настойчиво говорит уже ему. Тот так же кивает и как бы нехотя следует за ней.

— Это Стивен, — представляет его Ребекка, когда они поравнялись со мной. — Он парень… был парнем Катрин.

— Габриэль, — представляюсь я. Мы вяло пожимаем друг другу руки. Молчим, не зная, что еще сказать — сегодня явно не самый подходящий день для обычных светских бесед, разговор как-то не клеится.

— Стивен, расскажи ему, пожалуйста, то, что уже говорил мне раньше, — просит его Бекка, прерывая слишком уж затянувшуюся паузу.

— Да, собственно, что тут особенно рассказывать, — Стивен явно чувствует себя неловко. Пальцем машинально пытается оттянуть слишком тугой ворот рубашки. — Мы ведь с Катрин с первого курса были вместе. Чуть ли не с того самого первого дня, когда я ее увидел. Все нас считали едва ли не образцовой парой. Да так, собственно, оно и было. Я ведь…, - он на секунду замолкает, уставившись в землю, затем, словно проглотив невидимый ком, продолжает, — я ведь хотел сделать ей предложение. Думал только подождать еще пару лет, чтобы уж точно все было серьезно …, - он опять замолкает, на этот раз уже надолго.

— И когда же все пошло наперекосяк? — Бекке приходится напомнить ему о нашем существовании.

— Пару месяцев назад, — буркнул Стивен. — Я узнал, что она мне изменяет. Сначала это были просто подозрения — у нее вдруг резко перестало хватать времени для общения со мной. То голова болит, то реферат надо срочно дописать, то подруга позвонила и пригласила сходить куда-нибудь, то еще какие-нибудь нелепые отговорки все в таком же духе. Я понимал, что что-то происходит, но напрямую спросить боялся — вдруг я себе все это просто сам же и напридумывал, нафантазировал на пустом месте, и у нее действительно есть свои личные дела. И если я полезу к ней с глупыми расспросами, и тут выяснится, что моя ревность абсолютно беспочвенна, то на этом наши отношения и закончатся… В общем, дошло до того, что я стал следить за ней — незаметно поставил на ее мобильный телефон программку, позволяющую отслеживать его местонахождение. Дождался удобного случая. И когда она, якобы, в очередной раз пошла встречаться с подругой, проследил за ней. Как оказалось, встреча с подругой у нее была назначена в элитном ночном клубе…

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— А как назывался тот клуб? — перебила его Бекка, глядя при этом почему-то на меня.

— «Перед падением», кажется, — я даже слегка вздрогнул, услышав столь знакомое название. — Очень такое пафосное местечко, отнюдь не для простых смертных. Меня даже внутрь не пустили, — пожаловался Стивен. Мда, знакомая история. — Пришлось караулить снаружи несколько часов. Я уж совсем хотел было уходить, когда, смотрю, из дверей выходит Катрин с «подругой» — каким-то смазливым красавчиком, лет на десять ее старше, как минимум. Вышли, поцеловались прямо в губы, и идут себе вместе, в обнимку, к его машине…

— Я не выдержал, решил было подойти к ним, выяснить отношения. Думал, что она смутится, что ей будет стыдно.

— Да куда там — она вместе со своим новым дружком лишь посмеялась надо мной! — признался Стивен. — Не хочу повторять то, что она мне тогда наговорила. Честно говоря, я просто опешил — раньше Катрин никогда так себя не вела. В тот вечер я ее просто не узнал — какая-то вульгарная, дерзкая, сама на себя не похожа. Как будто ее просто подменили — лицо, тело и голос, вроде бы ее. А вот слова, слова как будто принадлежали ее злобной сестре-близняшке. И пока я приходил в себя, они просто сели к нему в машину и уехали. Это было как раз за неделю до ее гибели — как оказалось, в тот вечер я разговаривал с ней в последний раз в жизни… Она, кстати, потом даже пыталась извиниться — несколько раз звонила, хотела встретиться, поговорить. Да вот только теперь уже я был не готов к разговору, и просто ее проигнорировал. А потом и вовсе не с кем стало разговаривать…

— А как выглядел тот парень — помнишь? — я увидел, что он готов опять уйти в себя и решил попытаться узнать хоть что-то полезное.

— Да парень, как парень — в общем-то, ничего такого особенного, — нахохлился Стивен. — Ничем не лучше меня. При деньгах, правда, это да. Шмотки, тачка — сразу видно, что не средний класс. Впрочем, других в тот клуб, как мне показалось, и не пускают. Только если за компанию, как Катрин.

— Ну, хоть что-то ты разглядел? Брюнет, блондин? Цвет глаз? Может родинки какие?

— Ты что, коп? — буркнул Стивен, чуть ли не впервые за все время нашей беседы глядя мне прямо в глаза. — Может, мне тебе еще фоторобот нарисовать?! Ты хоть понимаешь, что я только что потерял любимого человека?!

— Стивен, пожалуйста, это действительно важно, — тихо попросила его Бекка, подойдя поближе и успокаивающе касаясь его рукой. — Может, ты хоть что-то вспомнишь?

— Да я же говорю — парень как парень, — ответил тот уже более спокойным тоном. — Лет тридцать, плюс, минус. Брюнет, глаза вроде карие. Ну да лицо, смазливое. Ах да, вроде над правой бровью у него небольшой шрам, — вдруг вспомнил он.

— Ладно, пойду я, наверное, — сказал он, обращаясь исключительно к Бекке. — Что-то мне нехорошо сегодня.

— Пока Стивен, береги себя, — попрощалась с ним та.

Некоторое время мы молча смотрели как Стивен, слегка ссутулившись, одиноко идет по зеленой траве между одинаковых рядов серых и черных камней.

— Пойдем отсюда, — неожиданно сказала Ребекка, прежде чем я успел сморозить какую-нибудь глупость. — Не могу я сейчас здесь больше оставаться. Просто не могу! Потом, когда немного успокоюсь…

— Пошли, — просто ответил я. Она взяла меня под руку — и было это вполне уместно и естественно. И мы медленно покинули обитель скорби и печали. Где-то вдалеке раздалась одинокая трель птицы…

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Куда теперь? — поинтересовался я, когда мы миновали вычурные стальные ворота кладбища.

— Ты на колесах? — поинтересовалась моя спутница. — Конечно на колесах, иначе как бы ты сюда доехал, — не очень логично ответила она сама себе. Впрочем, предлагать вариант «на такси» я не стал. — А вот я нет — приехала на одной машине с родителями. Поедем куда-нибудь выпить, а? Сегодня мне это действительно нужно!