Мера один: Примал (СИ) - Изотов Александр

Я медленно выдохнул. Очень, очень много информации.

— Я так понял, коррупт так же хорош для вас, демонов, как аурит для ангелов?

— Ну, если тебе так проще, то да. А еще он хорошо убивает вас, поднебшу, одним касанием.

Снова вспыхнули мои воспоминания про красное копье, из-за которого Хали улетела в неведомый мир.

— О, да ты выжил. Если бы Огненная Плеть не сожгла копье, мы бы сейчас не болтали. А ведь она почти выбралась.

У меня голова закружилась от кучи вопросов.

— Где томится Халиэль? — спросил я.

— В Чистилище.

— Я могу ее оттуда вытащить?

— А я почем знаю? Меня дела ангельские не волнуют, — пожал плечами демон.

— Она крикнула про кого-то. Имя на «Э» начинается. Эза, Эзы, Эзе…

— Эзекаил. Падший ангел.

Я вытаращил глаза.

— И такое бывает? Покажи, где он!

Белиар устало зажмурился, но я ничего не увидел. Он явно не любил много разговаривать.

— Давай уже решать, сильная воля, что мы с тобой будем делать?

— Так ты не даешь мне никакого выбора, — растерянно сказал я.

— А что ты хочешь? — спросил демон, — Я уже ответил на много вопросов. Освободи меня.

— Так ты убьешь же…

— Непременно.

Я вздохнул. Дипломатия у моего собеседника явно была на высоте.

— Зачем ты Грэю?

— Он думает, что сможет получить с моей помощью власть, — усмехнулся Белиар, — И третью меру. Даже больше. Он хочет подняться на Небо.

— Думает? А это не так?

Пленник скосил глаза вниз. Он со своего места видел только ноги мертвого нуля.

— Этот ноль обманывал его.

Я вспомнил Грэя. Не похоже, чтобы дикий полубезумный старик мог провести вокруг пальца такого стратега. Глава Полуночной Тени наверняка занял свой пост не просто так.

— И все же он его провел. Этот ноль — пришелец из твоего мира.

— В смысле? — у меня глаза полезли на лоб, и я со всех глаз вытаращился на старика, — Тоже с заданием Абсолюта?

— Нет, это обрядовая чернь. В вашем мире полно глупцов, которые интересуются магией. Они летят в царство Регнум за силой и властью, — демон захохотал, — И, когда они сюда попадают, их ожидает сюрприз!

Я посмотрел на пентаграммы. Значит, это часть обряда.

— Нет. Это защита от меня. Обряд он проводил в той комнате.

Оглянувшись назад, я поежился.

— Что за обряд?

— Помнишь, как ты попал сюда?

— Я плохо помню, — честно признался я, напрягая память.

Но Белиар, кажется, увидел все, что ему нужно.

— Твою жизнь обнулили. Убили родных, лишили крова и состояния. Это часть обряда. Тот, кто сделал это, должен был довести тебя до полного отчаяния, — сказал демон.

Я вспомнил Кротова. Ирония судьбы — лица тех, кого я любил, постепенно стирались из памяти, а те, кого я ненавидел, смотрели на меня из прошлого как четкие фотокарточки.

Министр-олигарх, вытащивший меня из учебки телохранителей якобы из-за таланта. А потом уничтоживший все, что у меня было. Даже сейчас, когда я многое забыл из того мира, ненависть к нему горела с прежней силой.

— Ты был разменной монетой. Душа доведенного до самоубийства становится первой платой для входа в наш мир, — демон снова захохотал, — Глупцы! Такие, как этот ноль, стремятся сюда, и не знают, что одна душа — это крохи.

Покосившись на нуля, я не испытал к нему никакой жалости. Получается, чтобы попасть в этот мир, он кого-то довел до суицида, как пытались проделать со мной.

— Я не убивал себя. Я попытался отомстить.

— Но тебя пытались подвести к краю…

Тут меня осенило. Мастер Женя, когда в Проклятых Горах пытал Рычка… Случайно оброненная фраза о том, что меня надо было довести до крайности. Это тоже часть обряда?

— Именно, — демон повел глазами, пытаясь кивнуть, — Но в Регнуме память о прошлой жизни постепенно стирается. И эти глупцы, оказавшись тут, быстро все понимают и пытаются вернуться назад. Но формулы надо вспомнить…

Я разозлился. Тот мастер из Проклятых Гор оказался не так прост. Никакой он не посланец Абсолюта, а «обрядовая чернь», как выразился демон. Но откуда-то он узнал про таких, как я.

— Надеюсь, ты не нажил в этом мире чего-то, что может тебя ослабить? — усмехнулся Белиар.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Снова ворох мыслей в моей голове, там же проскользнула и девочка Грезэ, так похожая на мою дочь. Демон усмехнулся:

— Молись, чтобы тот хитрец из Проклятых Гор не узнал о ней. Чернь так хочет домой, что не остановится ни перед чем.

Эти его слова немного напугали. Я ни разу не рассказывал мастеру Жене о том, почему так стремился к Скорпионам. Рассказывал только…

Мурашки побежали по моей спине. Кое-кому я все-таки рассказал. Надеюсь, та женщина Кара, что помогла мне сбежать, молчала. Но я, к облегчению, не называл ей имя.

— В Регнуме есть десятки способов узнать имя, — подогрел мою тревогу демон, — Если ты связал себя с девчонкой, а твой враг помнит магию твоего мира, то…

— Магия моего мира? — вырвалось у меня, — Неужели она так сильна?

— Ваш мир построен на костях… — хотел сказать Белиар, но замолк, напрягшись.

Я вскинулся, поднимая оружие. С лестницы послышался разговор, что-то громко звякнуло по каменной стене, отдаваясь эхом.

Глава 4. Дыхание смерти

— Мастер Коли, я никогда не был здесь, — послышался голос Ульвара.

— Тогда смотрите под ноги, зверье пустое!

Слишком мало времени, чтобы думать. Коли, Коли… Знакомое имя, но я не помнил, откуда его знал. А ведь совсем недавно звучало. Да что с памятью моей?

Разговоры доносились глухо, звери возились в колодце, с ворчанием минуя ступеньки-ловушки. Выставив копье, я лихорадочно думал, а демон, как назло, не давал сосредоточиться:

— Освободи, поднебша, и я убью их.

— Ага, и сам я умру.

— Ты и так умрешь…

— Это мы еще посмотрим, — огрызнулся я, глядя на перчатку, лежащую возле нуля.

Яд каракоза надо использовать. Но сражаться в перчатке неудобно.

— А древко попачкаешь, сам сдохнешь, — смеялся демон, — Там ведь четыре зверя: два третьих когтя, два вторых…

Из двери донесся крик:

— А-а-а… — и оборвался.

Что-то щелкнуло.

— Дерьмо нулячье!!! Он мертв! — прилетело эхо Ульварова рыка.

— Этот остолоп опять ловушки поменял.

Демон засмеялся.

— Ну ладно, теперь один второй коготь, — поправился он, — А как с двумя другими биться будешь? Ты ведь еще не дрался с магом…

Я вспомнил того мага Кабанов, которого я сбил с лошади стрелой в деревне нулей, и дикий хохот Белиара сотряс подземелье. Это было даже еще до моего знакомства с Рычком.

— Ты так стреляешь из лука? — смеялся демон, — Моя бабушка лучше стреляла.

И он захохотал так, что зазвенел воздух. Его веселье наверняка слышал весь особняк.

— Это что за хрень нулячья? — послышался испуганный голос.

— Спокойно, он безопасен.

— Кто?

— Жалкие черви, — зарычал демон и рванулся, выпучив на меня глаза, — Освободи, и я убью их!

Я отмахнулся от него, нацепил перчатку и, подскочив к двери, захлопнул ее. Внутри не было ни засова, ни замка. Тогда я подхватил стул, и воткнул его в ручку двери.

— Мозги твои поднебные, — смеялся демон, — Так ты проживешь лишь на миг дольше.

Бегая глазами по помещению, я кинул сканер, просвечивая стены. Само собой мое зрение направилось в сторону ворота, натягивающего цепи. Тот стопор, что держал ворот, уходил в стену, и за кладкой соединялся с железным валом наверху.

Я понял, что это связь с решеткой-убийцей на потолке. Сбей стопор на вороте, и решетка опустится.

— Правильные мысли, поднебятина, — ласково проговорил демон, — Мозги у тебя на месте.

Рядом с воротом было отверстие с железным обрамлением, будто для ключа. Но за камнем лежала прокладка из того самого дерева, непроницаемого для сканера. Куда ведет замочная скважина, я не видел.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Да пошел ты! — выругался я.

О чем я думаю? Освобожу — и он все равно меня убьет.

— Всех убью, — захохотал Белиар.