Николай Мороз - Инструктор по выживанию. Чрезвычайное положение

Ознакомительный фрагмент

Остатки алкоголя в организме победила физическая нагрузка, Егор с утра устроил себе пробежку, потом заплыв. Вода в проточном озере была уже по-осеннему холодной, и кроме него других экстремалов не нашлось. Пронеслись по берегу собачники с разномастным зверьем на поводках, прошли, прогуливаясь, две пенсионерки – вот и вся публика. На бегу думалось особенно хорошо, просветленную голову посещали мысли исключительно светлые и здравые, и все, как на заказ, о будущем. Вернее, о работе, о способе добычи средств к существованию. Досрочно уволенному из рядов Вооруженных сил пенсия не полагалась, а работы в небольшом городке в ста километрах от мегаполиса не было. Никакой. Вообще. Ни для кого, кроме торгашей. Две трети взрослого населения города ежедневно по три-четыре часа проводили в электричках – именно столько времени занимала дорога до Москвы и обратно. Остальные – пенсионеры и безработные – копались в огородах, смотрели телевизор и пили. Так что выбор невелик – либо пополнить собой толпу тех, кто ежедневно пять дней в неделю мотался на заработки в мегаполис, либо искать работу рядом с домом. Эта попытка вчера провалилась, оставался еще один путь – устроиться охранником, два через два, очень удобно. Но сама мысль об этом была настолько отвратительна, что из двух зол – преподавать ОБЖ или идти в холопы в качестве сторожа – Егор без колебаний выбрал первое. Объявление «требуется преподаватель основ безопасности жизнедеятельности» мелькало в местной газете уже давно.

– Схожу, рискну здоровьем, – постановил он сам себе, вытерся после заплыва прихваченным из дому полотенцем и рысцой побежал вверх по откосу к домам.

Разговора не получилось. Мелкая, злобная директриса ядовито улыбалась посетителю, смерила его оценивающим взглядом с головы до ног, оскалила острые желтые зубки и прищурила и без того крохотные мутно-зеленого цвета глазенки. Она сквозь зубы предложила ему присесть, костлявой лапкой подгребла к себе документы Егора, тщательно изучила их, близко поднося к носу, словно обнюхивала. Егор молча терпел ее выходки – его речь оборвали в самом начале, не дав произнести ни слова.

– А скажите-ка мне, Егор Сергеевич, чем вы занимались по вашему последнему месту работы? – пропищала директриса и уставилась на сидящего напротив соискателя на должность преподавателя ОБЖ.

– Методички составлял, нормативы разрабатывал, рекомендации, собирал и анализировал сведения и результаты исследований других отделов, – начал перечислять Егор свои должностные обязанности в несуществующем ныне Управлении.

Директриса заулыбалась мерзко, только что не захихикала и заявила:

– Нет, Егор Сергеевич, к сожалению, я ничем помочь вам не могу. Нам нужен специалист с педагогическим образованием. А у вас, – короткий палец с длинным острым ногтем ткнулся в строку в военном билете, – только высшее военно-политическое общевойсковое училище. И все! Все, понимаете? А методички ваши, нормативы – они вообще ни к чему. Для преподавателя ОБЖ этого недостаточно. Как вы с детьми работать будете? Чему вы их научите? У нас программа повышенной сложности с этого года вводится. Нет, нет, – повторила она и оттолкнула документы подальше от себя, – вы нам не подходите. Да и не справитесь, в конце концов.

Все, концерт окончен. Егор собрал свои документы, попрощался с теткой и, покинув кабинет, почти бегом направился на первый этаж. Проскочил мимо полусонного пенсионера-охранника – дед даже не успел понять, в чем дело, крикнул что-то вслед, но Егор был уже на крыльце. И тут же спохватился – хотел ведь заодно пойти посмотреть свой класс, но с расстройства обо всем забыл. И возвращаться нельзя – опомнившийся сторож тревожно выглядывал из-за стекла входных дверей. «Не справитесь!» – вспомнил Егор слова директрисы. «А хрыч этот, интересно, как справляется? Спит ведь в хомуте, охранник хренов». Конечно, куда ему справиться, к тридцати семи годам всего-то опыта и набралось – сначала училище, потом работа в Управлении с двухлетним перерывом на Балканы.

Егор сбежал по широким ступеням с крыльца и пошел прочь от школы. Он только сейчас в красках представил себе свою «педагогическую» деятельность. Дети – это ладно, это полбеды, но вот этот скалящийся тощий карлик в роли начальника… «Слава те, господи, – крутилось в голове, – я бы там все равно долго не выдержал. Убил бы ее, а труп спрятал». Егор усмехнулся своим мыслям. Так, еще один пункт можно смело вычеркивать из списка. Вслед за попыткой устроиться в МЧС – туда не взяли по состоянию здоровья. Три ранения – свободны, молодой человек, нам такие не нужны. Это было… Так, когда он туда ходил? Егор замедлил шаг, пошел тише. Ну да, месяца полтора назад, еще отпрашиваться тогда у Виктора Петровича пришлось. Плохи дела, ему так долго не протянуть. Вырванных у заказчика денег надолго не хватит, только за коммуналку по три тысячи в месяц отдавать приходится.

– Егор! Егор Архипов! Стой, не слышишь, что ли?!

Егор обернулся на крик. Из остановившейся у обочины темно-синей «Тойоты» кто-то махал ему рукой через открытое окно. Егор сделал несколько шагов вперед, чуть прищурился. С водительского места выбрался человек, облокотился на сияющую крышу машины.

– Леха, ты? Сколько лет! – Егор узнал кричавшего – это был его старый школьный приятель из параллельного класса – Титов Алексей.

– Да уж, давненько! Как жизнь, как сам? – поинтересовался тот, и по тону Егор понял, что спрашивают его действительно искренне, а не из дежурной вежливости.

– Нормально все, жив-здоров. Ты как? – отчитался перед старинным приятелем Егор, рассматривая Титова. Тот почти не изменился – такой же худой и длинный, сутулится по-прежнему, только лысина вполголовы появилась, морщины у глаз и взгляд оценивающий. А улыбается так же, как и тогда, в прошлой жизни.

– Да тоже ничего, помаленьку. Женился вот второй раз, дом построил, работаю. Ты где сейчас? – спросил Титов.

– Да нигде пока, – честно ответил Егор, – а ты?

– Я в городской администрации, начальник отдела жизнеобеспечения, – добавив в голос нотку значимости, похвастался Титов и тут же добавил: – Если хочешь, могу с работой помочь. Ты же служил вроде?

– Ну да, было дело, – нехотя ответил Егор. – Два с половиной года. Потом работал.

– А где, кем? – продолжал наседать Титов.

– Старший инструктор учебно-методического отделения специального центра, – отчеканил Егор и улыбнулся воспоминаниям. И методички там были, и нормативы, и еще много чего, о чем болтать подписка не позволяет. Да и кому это интересно…

– А чего ушел? До пенсии-то немного оставалось, – удивился Титов, заметив ухмылку собеседника.

– Сокращение, – кратко объяснил Егор, – Управление расформировали, здание попам отдали. Реституция церковного имущества.

– Понятно. Ладно, придумаем что-нибудь. Номер мой запиши.

Егор забил в память своего мобильника длинный ряд цифр, нажал вызов и тут же сбросил. Потом взял протянутую ему визитку.

– Или зайди ко мне через недельку, – напутствовал его Титов, – кабинет двести двенадцать, на втором этаже. Я обычно после обеда на месте.

– Спасибо, – Егор вертел в пальцах кусочек картона, – позвоню. Или зайду.

Но Титов чего-то медлил, оглянулся как-то уж вовсе подозрительно, поманил Егора пальцем к себе. И когда тот приблизился, перегнувшись через крышу «Тойоты», зашептал горячо:

– Слышал, что вчера было? На вокзале?

Егор честно помотал головой, демонстрируя свое полное неведение. Титов только того и ждал, многозначительно дернул бровями и принялся выкладывать свежие новости:

– В три часа утра сигнализация в аптеке сработала, по вызову сразу наряд полиции выехал, два молодых сотрудника – старший полицейский группы задержания и полицейский-водитель, сержант. Бронежилеты и каски не надевали, к столкновению готовы не были. Один вышел из машины и был убит на улице, второй застрелен в машине. Огонь велся из гладкоствола с небольшого расстояния, вроде как с трех точек, но точно, кроме представителей следствия, никто ничего не знает. Забрали «АКСУ» и два «макарова». Я сводку прочитал – обалдел, – все тем же проникновенным шепотом поделился Титов, – в новостях полный молчок, понятное дело, ты тоже помалкивай. Ситуация сам видишь какая, это я тебе все как старому другу…

Конечно, молчок, да и говорить-то некому. А вообще, если Титов все правильно понял, то все, им сказанное, смахивает на засаду для завладения оружием. Да чего там «похоже», засада это и была, самая настоящая, кто-то дальновидный подсуетился, накрепко усвоивший старинную мудрость народа, хватанувшего лиха на пять поколений вперед: «патроны есть – еда найдется». С «калашом» и «макаровыми» к нему в придачу кусок хлеба с маслом гарантирован.

– Все, до связи. – Титов сел в машину, завел двигатель, Егор отступил назад и посмотрел приятелю вслед, рассматривая «Тойоту». Иномарка – так себе – не из дешевых, но и не дорогая, зато новая. Хорошо устроился Титов, молодец. Машина, квартира, должность, дом. Дом. Дача. Конечно, дача! А ведь он там еще ни разу после возвращения домой не был. Неудивительно, в поселке зимой делать нечего, а летом по чужим стройкам мотался, деньги зарабатывал. Ничего, завтра же все поправим, времени полно.