Рассвет Души Повелителя. Книги I-XII - Оливер Ло

— Займись этим, — кивнул я своей маленькой спутнице. — Собери всех, кто готов присоединиться. Чем больше союзников, тем лучше.

Чешуйка с важным видом скользнула с моего плеча и исчезла среди песчаных дюн, окружающих оазис. Её маленькое тело двигалось с удивительной скоростью.

— Я займусь припасами, — сказал Фа Сун. — Знаю местных травников, которые могут предоставить необходимые смеси для сохранения воды. Также нужны особые ткани для защиты от палящего солнца Пустынного Моря.

— А я отправлюсь на поиски Кеши и его племени. Встретимся здесь к закату.

Мы разошлись, каждый занятый своей задачей. Вопреки ожиданиям, найти старейшину племени Золотых Дюн оказалось несложно — его песчаные корабли стояли у западной окраины оазиса, готовясь к отплытию. Несколько десятков кочевников грузили на палубы тюки с товарами, мешки с водой и корзины с провизией.

Кеши руководил погрузкой, его длинные волосы с нефритовыми подвесками колыхались на легком ветру. Увидев меня, он замер, его лицо выразило сложную смесь благоговения и настороженности.

— Приветствую тебя, Джин, носитель великого духа, — произнес он, склонив голову в традиционном жесте уважения пустынных племен. — Слухи о твоих свершениях распространяются быстрее песчаной бури. Говорят, ты разрушил лагерь «Алых Барханов» и освободил пленников.

— Не без помощи друзей, — ответил я спокойно. — И теперь нам нужна твоя помощь, Кеши.

Старейшина внимательно посмотрел на меня, в его глазах мелькнула тревога.

— Чего ты хочешь от простого кочевника?

— Твои корабли, — сказал я прямо, зная, что он ценит откровенность. — Нам нужно добраться до сердца Пустынного Моря, где находится храм «Алых Барханов».

Кеши отшатнулся, словно я ударил его. Несколько кочевников, услышавших мои слова, замерли с испуганными лицами.

— Пустынное Море? — едва слышно прошептал старейшина. — Ты просишь о невозможном, Джин. Даже наши лучшие корабли не могут пересечь те безжизненные пески. Там слишком жарко, воздух ядовит, а песок пропитан демонической Ци, которая разъедает дерево и металл наших судов.

Я ожидал подобной реакции, но отступать не собирался.

— «Алые Барханы» планируют ритуал, который превратит весь регион в такую же безжизненную пустыню, — сказал я, понизив голос, чтобы только Кеши мог слышать. — Если мы не остановим их, все оазисы исчезнут, все племена погибнут. Твое будущее и будущее твоего народа на кону, старейшина.

Кеши отвернулся, глядя вдаль, туда, где горизонт тонул в жарком мареве поднимающегося дня.

— Я знаю, что ты говоришь правду, — произнес он после долгого молчания. — Мы, живущие в пустыне, чувствуем перемены раньше других. Песок становится горячее, оазисы мельчают, древние источники пересыхают один за другим.

Он повернулся ко мне, морщины на его лице казались еще глубже.

— Но я не самоубийца, Джин. Идти в Пустынное Море — значит обречь моих людей на верную смерть. Даже если мы доберемся до храма, что мы сможем сделать против «Алых Барханов»?

Я положил руку ему на плечо, чувствуя его напряжение.

— Я не прошу тебя сражаться, Кеши. Просто доставь нас к границе их земель. Оттуда мы продолжим сами.

— А как вы выживете в Пустынном Море? Даже великий дух, — он кивнул в сторону Чешуйки, которая как раз вернулась и взобралась на мое плечо, — не защитит вас от той жары.

— У нас будут знаки Пустынного Странника, — ответил я. — И помощь древних хранителей этих земель.

Глаза Кеши расширились в неверии.

— Ты говоришь о Хранителях Пустыни? Но то просто легенды…

— Уже нет, — махнул я головой.

— Хм… если это правда… — пробормотал он, затем посмотрел на свой народ, готовящийся к путешествию. — Я не могу рисковать всеми, но могу выделить три корабля с добровольцами, чтобы доставить вас к границе Пустынного Моря. Если они посчитают нужным, то возможно, и дальше пойдут за тобой, но если нет, то прошу, не уговаривай их.

Это было больше, чем я ожидал.

— Благодарю, Кеши. Этого достаточно.

Старейшина кивнул, его взгляд стал твердым.

— Мы отправимся на рассвете. Будьте готовы со всеми припасами.

Я вернулся к караван-сараю, где меня уже ждали Фа Сун и Таррик. Монах сидел в окружении странных сосудов, сделанных из тыкв, покрытых слоем защитной смолы с травяными узорами. Рядом лежали рулоны особой серебристой ткани, которая, судя по всему, должна была защитить нас от палящего солнца.

— Кеши согласился предоставить нам три корабля до границы опасных земель. Выступаем на рассвете.

Фа Сун указал на разложенные перед ним предметы.

— Я подготовил все, что могло понадобиться. Эти сосуды сохранят воду, даже если она окажется под прямыми лучами солнца в течение нескольких дней. А эта ткань поможет нашим телам не терять влагу.

— А как насчет союзников? — обратился я к Чешуйке, которая тоже вернулась к этому времени.

— Хранители будут с нами, когда мы войдем в Пустынное Море, — ответила она. — Кроме того, я нашла нескольких духовных зверей, которые согласились помочь.

Она указала маленькой головкой в сторону границы оазиса. Я всмотрелся в пески и заметил необычное движение. Сначала показалось, что это просто игра теней, но затем я различил силуэты. Три песчаные лисицы с шестью хвостами каждая, их шерсть отливала золотом в закатных лучах. Два гигантских скорпиона, с панцирями цвета полуночного неба, их жала светились слабым голубоватым светом. И что-то еще — размытые силуэты, словно живые вихри песка, принявшие человеческую форму.

— Песчаные лисицы могут находить подземные источники воды даже в самой безжизненной пустыне, — объяснила Чешуйка. — Скорпионы чувствуют приближение песчаных бурь за несколько часов до их начала. А те, кого ты едва различаешь, — духи песка и ветра. Они скрываются от людей, но согласились помочь нам против общего врага.

— Отлично, тогда следующим пунктом нашего плана будет проникновение в храм, — я сел на каменную скамью, жестом пригласив остальных присоединиться. — Таррик, расскажи все, что знаешь о защитных мерах вокруг храма и «Сердца Пустыни».

Бывший член «Алых Барханов» задумчиво покачал головой.

— Я никогда не был внутри храма, только слышал рассказы старших практиков. Он охраняется тремя кольцами защиты. Первое — физические стражи, сильнейшие практики секты. Второе — демонические формации, которые атакуют разум и волю каждого, кто пытается войти. Третье и самое опасное — проклятие самого храма, древнее и непостижимое даже для старейшин «Алых Барханов».

— Но ты не знаешь точно, что представляет собой это проклятие? — я пристально посмотрел на него.