Пермский Губернский 6. Абсолют - Евгений Бергер

хотела, что-то рассказать, но поняла всё без лишних слов. Накормила нас ужином и отправила спать.

Но сон, как назло — всё никак не хотел ко мне приходить. Зато вместо него пришла Ириска.

— Не спишь? — тихо поинтересовалась она, украдкой заглянув ко мне в спальню.

— Как ты догадалась?

— Дыхание слишком быстрое…

— Устал.

— Хех… У уставшего самурая есть только пу-пу-пу-у-у-уть? — улыбнулась Ириска.

— Типа того.

Умеет же она поднимать настроение.

— Нет, ну правда! Ты, чего такой взволнованный?

— Опять много всего выпало на день.

— И? У тебя постоянно много всего выпадает на день. — горничная аккуратно переместилась ко мне на кровать: — Давай помну тебя! Может, легче станет?

— Знаешь… А, давай! — я тут же перевернулся на живот.

— Вот так… — Ириска залезла на меня и тут же принялась массажировать мою спину: — И, всё-таки, что случилось? Ты, как будто… подавленный.

— Один добродушный дяденька довёл директора КамГЭС до самоубийства. И угрожал расправой его семье.

— Ужас, какой… Но ты сталкивался с вещами похуже. Всё равно не верю, что тебя подобное может задеть.

— Мы уже неоднократно обсуждали с Голубикой, что нужно умерить насилие. Хотя бы на людях… Вот буквально на днях с ней об этом говорили. Потому что, я прекрасно знаю… Люди любят примеры. И когда герой начинает убивать злодеев… Они считают, что это норма.

— Да, ну? У каждого человека — своя голова на плечах. К тому же, неужели ты правда думаешь, что люди готовы пойти на убийство, только потому, что их герой так поступает? Я в это не верю.

— И тем не менее. Этот добродушный дяденька оставил мне записку, где благодарил меня за хороший пример.

— Понимаю. Но это же просто исключение из правил. Ошибка выжившего!

— А если нет? Если люди действительно будут думать, что другого пути нет? Я так не могу, Ирис… Мне нужно показывать другой пример. Ради порядка. Ради всех остальных.

— Будешь лгать?

— Нет. Зачем? Ложь может усугубить ситуацию. Я же должен объяснить людям, что возможность наказывать ублюдков дана не каждому.

— И тем не менее — человек, никогда не станет вигилантом и линчевателем просто так. Нам всем есть, что терять! Нам всем придётся отвечать за свои деяния.

— А если этому дяденьке уже нечего терять? Что если появится второй… третий… Что если их потом будет целая банда? Банда из мстителей? Это — неправильно! Это серьёзно помешает мне и всем причастным поддерживать порядок в городе.

— И, что ты планируешь делать?

— Пока не знаю. Но размышляю об этом. Чёрт… хоть с официальным заявлением выступай.

— Расскажу тебе одну историю. Во время Второй Мировой, когда мы уже стояли рядом с Парижем, в местных деревнях было распространено движение сопротивления. Этакие партизаны, но на французский лад. Они отлавливали фашистов и жестоко пытали их. Через пару месяцев, когда немцы начали активно отступать — у сопротивления появилось огромное количество последователей. Командиры незримых отрядов пытались связаться с вдохновлёнными воинами, но ничего не получалось. А в лесах продолжали находить всё больше и больше трупов местных деревенских жителей. И знаешь, что в итоге сделали командиры сопротивления?

— Что?

— Начали печатать в местной газете количество убитых псевдо-сопротивленцев. Причём — не просто статистикой, а со всеми подробностями и даже фотографиями. Послание сопротивления было вполне логичным — бегите восстанавливать хозяйство! Промышленность. Разрушенные дома… А войну оставьте специалистам, ибо кризисный момент уже прошёл.

— Получилось?

— О! Это вызвало сильнейший резонанс среди общественности. Да и умирать за просто так, никто особо не хотел.

— Ты предлагаешь мне проливать свет на все аналогичные случаи?

— Я предлагаю тебе просто обдумать. К тому же — ты почти расслабился! Но если услышу, что ты опять быстро дышишь — приду жамкать снова.

— Не стоит. Я уже засыпаю.

И действительно, пока я размышлял о «маятнике жизни», Морфей довольно быстро прибрал меня к рукам.

* * *

Не успел я отойти от вчерашних разборок с доброжелательным преступником, как мне на телефон прилетело сообщение от Артёма. Он очень ждал меня в кабинете клуба «Элит».

Дерьмо! Это явно не к добру.

Да и сам факт того, что мне нужно найти подружку для Ильи — крайне удручал.

Наверное, стоит поговорить с Давидом. Может быть, он знает, где в Полимаге происходят официальные знакомства?

Приложение, какое-нибудь… Или социальная сеть. Меня устроит любой вариант!

Однако прибыв в кабинет, я застал голубоглазого Главу в прекрасном расположении духа. О! Тут ещё и Ксюша. Она скромно улыбнулась, но мой определитель во всю ловил огромную волну радости от юной Госпожи Артовой. Казалось, что ещё немного, и её прохладная маска треснет, а затем Королева всея Полимага накинется на меня со словами о том, как она сильно скучала…

Но благо, этого не произошло.

— Друзья! — радостно сообщил Артём, и вытащил на стол две шкатулки: — Вы уж простите мне мою нетерпеливость… Но я не мог дождаться завершения пар и официального вручения золотой петлички с клубным советом. Вы оба справились на отлично!

Чего? В смысле? Я же только немного побеседовал с Москвиным и всё… Что случилось⁈

— Это было не сложно. — уверенно заявила Ксюша: — Моя подопечная просто немного запуталась в себе. Я помогла найти ей верный путь.

— Очень хорошо! А, что же касается вас, Фёдор Александрович… Расскажите, что такого ценного вы сообщили Господину Москвину, что он в тот же вечер обзавёлся подругой? — Артём внимательно посмотрел на меня.

Это, какая-то шутка, да? Но Ксюша во всю сигнализировала мне, что всё хорошо. Неужели опять она решила вопрос за меня? Эх… Не люблю быть должным.

— Мотивация. — я решил говорить максимально расплывчато, чтобы не попасться: — Я умею мотивировать людей на самые выдающиеся подвиги. Илье не хватало уверенности в себе. Но в итоге — мы это исправили.

— Прекрасно! Просто супер! — радовался Глава: — Друзья, буду откровенен. Ваше первое задание — очень сложное! И вы первыми с ним справились. Поэтому — я от всей души вас поздравляю. Теперь вы официально в клубе «Элит»!

Помня, какой Илья растяпа, мне хотелось узнать, каким же образом он завоевал свою девушку? А ещё, если вспомнить про Тыкающего… Нет, я должен знать!

— Простите, но Илья мне ещё не сообщал. Как всё