Андрей Егоров - Космический капкан

– Почему я? – промычал доктор.

– Потому что я командую.

Лысого грубо вытащили из-за стола и поволокли по полу. Алиса шла впереди.

– Налево. Направо. Вниз, – коротко командовала она.

Подумав, Глеб не стал держать Лысого под руки, а взял его за одну ногу, уступив Кротову другую. Так тащить бандитского главаря было не в пример легче. Только на лестнице лысая голова громко бухала о ступени.

– Я чую! Чую деньги, – шептал Глеб. – По моим скромным оценкам, тут не десять миллионов, а пятнадцать. Мурашки очень уж сильные!

– Мурашки? – переспросил Кротов. – Ты страдаешь от паразитов, Глеб Эдуард? Почему же не обратился ко мне раньше? У меня есть дивные мази! Я сам регулярно ими пользуюсь.

– Заткнись! – проворчал Глеб.

– Вот эта дверь, – сообщила Алиса. – За ней должны быть еще два охранника.

Стальная дверь, выглядевшая очень тяжелой и прочной, вызывала, по меньшей мере, уважение. Глеб внимательно осмотрел стену рядом с дверью и нашел, помимо стандартного кодового замка, подозрительное устройство, смахивающее на переговорное.

– Как туда заходят? – спросил он.

– После того как набран код, охранники открывают изнутри.

– И что нужно, чтобы они открыли?

– Приказ Лысого. Вот, видишь, кнопочка – ее надо нажимать после набора верного кода, она включает громкую связь. Только с этой стороны.

– Ты откуда знаешь?

– Мне это все рассказывал Рома Афанасьев, он часто здесь дежурил. А я его любила. Пару месяцев тому назад. Хотя тоже интересный парень был. Мурашки его так и одолевали…

– Может, тараканы? В голове?

– Нет… Совсем не тараканы. Он был чем-то похож на тебя, Глеб Эдуард. И мурашками тоже.

– Сейчас он не на дежурстве? – с надеждой поинтересовался Жмых.

– Нет, – с грустью ответила Алиса.

– Почему? Ты видела его тело наверху?

– Его тело уже месяц как залили в стекло. Между прочим, на кладбище я показывала Лукасу его симпатичную могилку. Ему Рома понравился. Сказал, что в стекле он смотрится очень эстетично.

– Что ж, остается будить Лысого, – вздохнул Жмых. – Пистолет прячем, достаем обычный парализатор – убивать наш золотой ключик нам никак нельзя… Кротов, действуй!

– Я вас подстрахую. У меня тоже парализатор, – объявила Алиса.

– Что же ты тогда столько возилась наверху, с охранниками?

– Вырубить их сразу было бы негуманно. Вот я и решила сначала воспользоваться их доверчивостью…

– То есть как?

– Не важно, – отрезала Алиса.

Кротов скрутил с флакона пробку, капнул на заранее приготовленную тряпицу мутной белесой жидкости и прижал ее к носу бандитского главаря.

– Запасной противогаз остался у Лукаса! – спохватился Жмых.

– Пять минут доза антидота будет работать в любом случае, – объяснил Кротов. – Потом наш пациент снова заснет, и нужно будет еще раз взбодрить его.

– А, так даже лучше. Не появится соблазн сбежать, прихватив наш противогаз, – усмехнулся Жмых. – Ну что, Лысый, ты меня слышишь?

– Сейчас, – откликнулся доктор, – не так быстро…Главарь зашевелился, заворчал что-то, стукнул кулаком в пол.

– Даже в себя приходит не по-человечески, – проворчал Жмых, – нет бы там постонать для виду затянуть: «Что со мной случилось? Как я здесь оказался?!» А этот боров, гляди-ка, пальчиками шарит, не иначе ищет что-нибудь тяжелое.

Лысый вдруг резко сел и распахнул глаза. В них светилась лютая ненависть.

– Жмы-ы-ых, – прохрипел он, – это ты-ы-ы! Я так и дума-а-ал! И противога-а-аз натянул, подле-е-ец! Но я тебя узна-а-ал, сво-сво-сво-лооочь!

– Ой ты, господи, – умилился Глеб, – ну прямо живой мертвец из глупой фильмы. На-ка вот тебе!

И заехал бугру кулаком в левый глаз, так что Лысый мигом разложился в обратную сторону и ткнулся затылком в бетон. Бамс! И остался лежать без движения.

– Что ты наделал?! – накинулась на Жмыха Алиса. – Ты же убил его, придурок. Как мы теперь откроем подвал?!

– Спокойнее! – отодвигая девушку от себя подальше, потребовал Глеб. – Сейчас очухается. Что я, Лысого не знаю… Его надо молотом железным в лоб треснуть, чтобы вырубить окончательно. От моего хука правой он только бодрее сделается.

Главарь и вправду спустя пару секунд пришел в чувство. Открыл правый глаз – левый подозрительно быстро заплыл красочным фиолетово-черным фингалом, но подниматься на этот раз не спешил. Вращал свирепо налитым кровавой ненавистью оком, разглядывая склонившиеся над ним фигуры в противогазах.

– Чего вам надо?! – проскрипел наконец Лысый.

– Хочу общак твой хапнуть! – честно признался Жмых. Все равно ведь не поверит, если сказать, что пришли в подвал на экскурсию, позаимствовать опыт хранения крупных сумм…

– Обойдешься… Алиска, ты?! Девушка в ужасе сжалась.

– Нет, не я.

– Врешь, гадюка!

– Говори код, – Глеб ухватил Лысого за воротник и как следует встряхнул.

– Голубого ниггера ко мне подослали… – прошипел едва слышно бугор. – Совсем оборзели, сявки? Нет для вас авторитета в Галактике, да?

– Код! – потребовал Жмых и ударил бугра по носу.

Тот хрюкнул и отключился.

– Чего это он? – удивился Глеб. – Я ж его только начал прессинговать. А он, гляди-ка, уже в отключке.

– Это газ, – заметил Кротов, – сейчас.

Он плеснул на платок еще немного жидкости и поднес к носу пленника. Тот шумно задышал и очнулся почти, сразу. Потянул руки к Глебу, намереваясь его схватить, но Жмых ловко отпрыгнул и наступил Лысому на руку.

– Код, код. Я жду. Ну…

Тот заскрежетал зубами от боли и ярости, но ничего не сказал. Только скорчил такую физиономию, что стало ясно – если ему удастся добраться до любого из грабителей, их ожидает долгая и мучительная смерть.

– Ну же, – Жмых потерял терпение и саданул Лысого ногой в грудь! Тот снова опрокинулся. Схватился за сердце и побледнел.

– Я тебя убью, зараза!!! – пообещал Глеб. – Ты что, хочешь, чтобы я тебя до смерти запинал?! Мы все не возьмем! Оставим тебе лимончик на старость! Все равно тебя скоро завалят, Лысый! Так поделись с хорошими людьми деньжатами перед смертью!

– Нет! – отрезал Лысый. – Нет, нет и нет!

– Позволь мне, – попросила Алиса, – кажется, я знаю, чего он боится. – Она извлекла из кармана маленький дамский пистолетик, подошла и приставила главарю между ног. – Сейчас я выстрелю, и ты уже никогда не сможешь баловаться со мной, как прежде, шалунишка.

– И с ним тоже?! – опешил Глеб, уже представляя себе, как будет упрашивать доктора, чтобы тот выписал ему мазь от мурашек.

– Змеюка, – прошептал Лысый, по всему было видно, что газ опять начал действовать и он близок к тому, чтобы грохнуться в обморок.

– Кому змеюка, а кому и милая домашняя кошечка, дорогой, – сообщила Алиса. Палец ее дрогнул на курке, и главарь быстро заговорил:

– Семь-пять-девять-ноль-девять-шесть-один, чтоб вам всем провалиться. Все равно вы с этими деньгами никуда не денетесь. Вас мои люди найдут, из-под земли достанут. И когда они вас ко мне привезут, вы пожалеете, что на свет родились. Я из вас чучелок понаделаю. А тебе, Алиска, лично я, босс всего Дроэдема, обещаю…

Договорить он не успел. Жмых присел и сокрушающим ударом отправил босса в нокаут.

– Это было лишним, – промычал Кротов, – он бы и сам отключился через пару минут.

– Ничего, мне нравится его лупить! – потирая костяшки пальцев, сообщил Жмых. – Как-то лучше себя ощущаешь. Будто в благотворительности поучаствовал – передал в приют для дефективных конфетки с ликером или еще что-нибудь общественно полезное сотворил. Эй, а ты что делаешь?! – прикрикнул он на Алису.

Девушка уже набирала код. Она обернулась к Глебу и проговорила:

– У тебя совсем мозгов нет, как я погляжу!

– Ты чего это?

– Лысый должен сказать, чтобы нас пропустили внутрь. Забыл?

– Ну, я скажу за Лысого. Какие проблемы?

– Ты вызовешь подозрения. У вас голоса не похожи.

– Ничего не вызову, ну-ка. – Жмых пощупал парализатор, покачал головой и достал припасенный специально для такого случая гладкоствольный нарезной пистоль, стреляющий разрывными снарядами мощной убойной силы. – Тульский оружейный завод, – поделился он. – Впрочем, шашки у нас еще есть?

– Есть, – с готовностью сообщил Кротов.

– Я буду говорить за Лысого, – внезапно объявила Алиса.

– Да ты сдурела! Если уж у меня голос не похож, то тебе-то куда? У тебя ж голосок то-о-оненький. К тому же…

Девушка нажала последнюю цифру и, приподняв противогаз, быстро заговорила:

– Ау, ребятки, ребятки мои милые, откройте мне скорее. Это я, ваша Алиса. Помните меня?!

Ну, все, дело – швах, решил Жмых и начал уже подумывать о том, чтобы стрельнуть во взбалмошную девицу, облажавшую все дело, но тут послышался щелчок замка. Дверь приоткрылась. В проем глянула широкомордая добродушная физиономия, с большими лохматыми ушами, отличительной чертой таргарийской расы. Парень был стрижен под ноль.