Пермский Губернский 3. Элит - Евгений Бергер

— Конечно.

Спартак выглядел напряжённым и задумчивым. А в его глазах, как будто тусклым огоньком светилась досада.

— Я сделал всё, как вы просили. — тихо произнёс он: — Договорился с полицией. Подключил все свои связи! Ограничил въезд на Коммунальный мост. Помог вам отбиться от «Культа». Я, надеюсь, вы сдержите слово?

— Сдержу. Я не буду силком забирать себе вашу дочь. Но и вы должны понять — если она сама захочет…

— Не захочет. Вы… плохо знаете Золотце. Она очень свободолюбивый человек… Так уж вышло, что мне пришлось бросить её на долгих восемнадцать лет. Да, я не идеален. У меня свои тараканы в голове… Из меня вышел хреновый отец тогда. Поэтому, я хочу, чтобы получилось хотя бы подобие отца сейчас. Агнесса — не оружие. И не вещь. Я… мечтаю сделать из неё нормального человека. Такого же, как все! Поэтому, вы уж меня поймите… Я никогда не отбираю то, что по праву принадлежит другому. Просто, здесь ситуация другая.

— Понимаю. Потому — не сопротивляюсь.

— Скажите, а кто вам дал информацию?

— Семён. Но откуда он её взял — сказать не могу. Не знаю. Да и он вряд ли скажет.

— Семён, говорите? — Спартак внимательно посмотрел на окровавленный «Мерседес», к окошку которого наклонилась Беллатрис. Она со счастливой улыбкой начала тискать смущённого фамильяра: — Понятно. Вы с ними осторожнее.

— Вы, о ком?

— Я про Артовых. Ксюша… она — невинное дитя. Слепой котёнок, которого с пелёнок вплели в огромную сеть подковёрных интриг. Да и брат с сестрой у неё такие же. Третьей ветви тоже можно доверять. Они ещё не оскотинились от власти. А вот взрослые у Первой и Второй ветвей… Глава всего рода — очень опасен. Держите с ним ухо в остро!

— Думаете, ему нужна такая мелочь, как «Искра»? — усмехнулся я: — Они по щелчку пальцев могут натравить свою личную армию. А у меня — сотня рогатиков. Мы ещё очень разных уровней, Спартак.

— Боюсь, что Артовым нужен не бизнес. Им, почему-то, нужны лично вы. И для меня это тоже загадка. Не припомню за вами, ничего такого, чтобы могло вот так сильно заинтересовать могущественный род. Ну, за исключением уникальной способности к быстрой регенерации. Однако, подобное можно найти и у других одарённых.

— С чего вы взяли, что вся эта авантюра со свадьбой — не прихоть самой Ксюши?

— Ксюша — монета. Огромная! Очень дорогая. За Ксюшу они вас покупают. Всего. Без остатка. И уж поверьте мне на слово — Артов бы, никогда не отдал своего породистого щеночка, кому попало. Ксюша — пленница. Птица в золотой клетке! Просто, она этого ещё не осознала. Или осознала, но ничего поделать не может… И если Главе рода не понравился бы выбор дочери — там даже до контракта бы не дошло.

— Семён сказал, что это была страховка.

— Страховка? Да, возможно. Но… ваших родителей больше нет. Род Осокиных на грани вымирания. А вы — нищий аристократ с полумёртвым предприятием, которое приносит чуть больше обычной булочной в год. Посмотрите на себя! В высшем обществе всё оценивается за деньги, ресурсы и власть. Иного не дано! Поэтому, вам бы задуматься и поискать в себе то, чего так сильно желает Артов. Пока не стало слишком поздно… Они же от вас потом не отцепятся! И не важно, на какие ещё фокусы вы способны… Они вас не отпустят.

— Почему вас пробило на откровения?

— Не откровения. Скорее, дружеский совет.

— Но, с чего такая щедрость?

— Скажите, Ваша Светлость… — Спартак сейчас выглядел очень серьёзным в свете фонаря. Как будто передо мной стоял не киллер, а нечто большее. Благородное и мужественное существо, что напоминало драконов из детских сказок: — Вы — хороший человек?

— Эм-м… — я задумался: — Честно говоря… не знаю.

— Хороший человек никогда не скажет этого напрямую. Потому что, он не знает правильного ответа. В своём прошлом я совершил слишком много ошибок, за которые до сих пор не могу себя простить. И это место… — убийца распростёр руки, словно обращаясь ко всему миру: — … стало для меня отдушиной. А ещё я верю, что тот, кто встал на путь искупления — нуждается в поддержке. Упасть обратно в яму можно в любой момент. Это происходит легко и быстро… Достаточно навести пистолет и нажать на спусковой крючок. Но восстановить веру в себя… Подняться обратно наверх — стоит титанических усилий, Ваша Светлость. Из-за Агнессы я едва не убил нескольких хороших парней. Но благодаря вашему решению — они живы и здоровы. А я… всё ещё не рухнул в яму.

— Не слишком ли просто вы об этом говорите? — усмехнулся я.

— Говорить правду — роскошь, которую я выбивал для себя очень много лет. Уверен, что и вы рано или поздно сможете рассказывать людям правду. Потому — удачи! Берегите себя. Как сказал чудак в одном из фильмов… этому городу нужен герой. Такой герой, как вы. — Спартак пожал мою ладонь, и поспешно удалился в сторону толпы людей в чёрных костюмах.

Герой? Забавно звучит. Особенно, если вспомнить моё прошлое. Но меня радовало то, что Спартак не упал обратно в яму. Уж не знаю, каких он там парней хотел убить… Но мне, почему-то казалось, что речь была не про нас с Семёном.

А насчёт Артовых — это уже интересно. Предсказуемо, конечно. Да и не сказать, что я об этом не догадывался… Но всё равно хорошо, что это подметил, кто-то, кроме меня.

Надо будет попытаться выяснить, чего же именно хочет мой потенциальный тесть, пока действительно не стало слишком поздно.

* * *

— Ну, рассказывай. — произнёс я, закидывая камешки в «Фордову трясину».

— Меня зовут — Процион… — выдохнул связанный волшебник, то и дело с ужасом косящийся на болото и Ириску с глефой в руках: — Настоящее имя — Аскольд.

— Господи… Ты из Питера, что ли? — усмехнулся кот, который буханочкой свернулся на крыше вновь блестящего «Кабана».

— Да. Но… не совсем. Сперва жил в Выборге. Потом переехали в Мурино. А, как стукнуло двадцать один — втрескался в девушку! Красивая… Добрая. Очень милая. Два года встречались, и она меня заманила к вам сюда… в отделение боевых магов «Культа Чёрной Луны». Сперва ради неё.