Князь Гиперборейский - Валерий Михайлович Гуминский

Константин, цесаревич Владислав, министр МИДа Суворов, вся силовая верхушка от Житина до министра обороны Воротынского. Правда, кроме них были менее значимые фигуры с погонами полковников и подполковников, которых лично Хованский не знал. Ну, так и должность у него такая, что с военными не пересекается.

— Андриан Иванович, Анислав Радиславич, наконец-то! — воскликнул Меньшиков, показывая жестом, что они могут присесть. — Я намеренно не затрагивал до сей минуты ситуацию с Ордо Маллеус, ожидая приезда господина Хованского. Но давайте уже выслушаем министра внутренних дел, а некоторые подробности дополнит старший следователь магического отдела.

— Сегодня в восемь-тридцать из отеля «Ритц» поступило сообщение о смерти одного постояльца, — по традиции во время крупных совещаний докладчик оставался сидеть, и Волынский об этом прекрасно знал. — Группа следователей, в том числе и господин Хованский, срочно выехали туда для дознания. Оказывается, в одном из номеров обнаружили труп Марцио Боргезе, старшего аудитора Трибунала Священной Римской Роты и одного из своих телохранителей. В Петербурге они находились уже довольно продолжительное время, не меньше двух недель, и уже собирались возвращаться домой. Билеты забронированы на третье апреля.

— А кто их обнаружил? — поинтересовался Великий князь Константин, старательно борясь с зевотой, прикрывая рот ладонью.

— Еще один охранник. Он жил в соседнем номере. Обеспокоился, якобы, почему Боргезе не выходит из номера, да и отсутствие напарника тоже не способствовало хорошему настроению. Обычно комиссар в восемь утра обязательно требует доклад от своих людей. В назначенное время второй охранник постучал в дверь, но никто не открыл. Через десять минут повторил попытку. Теперь уже настойчивее. Ну, со всяким бывает, бессонная ночь, под утро сморило, не слышит ничего. Даже с такими педантами, как старший аудитор. Тоже ведь человек, — Волынский на мгновение замолчал, собираясь с мыслями, чтобы доложить их кратко и по существу. — Еще десять минут ему понадобилось, чтобы найти администратора по этажу и на ломаном русском объяснить проблему. Запасной ключ проблему не решил. Заперто изнутри. Сломали замок и увидели два трупа. Только потом информация поступила на полицейский участок района, где находится отель.

— Боргезе убили? — простучал пальцами по столу Александр, и Хованский заметил во взгляде императора удовлетворение от такой вести. Уж такие-то эмоции Анислав Радиславич научился различать во всем их разнообразии.

— Самоубийство, отравление, — огорошил всех собравшихся Волынский.

— То есть? — не понял Александр. — Боргезе сожрал яд в номере петербургского отеля «Ритц»? А причина?

— Ваше Величество, он действительно принял яд, раскусив ампулу, зашитую в лацкан пиджака. Но это не значит, что картина самоубийства настолько явственная. Скорее всего, это был акт отчаяния от безвыходности ситуации, которая для него стала неожиданной.

— Я же говорил, что с этим Орденом магов не все столь однозначно! — император от избытка чувств прихлопнул по столу тяжелой ладонью. — Боргезе был вынужден съесть яд, чтобы не выдать какую-то важную информацию неизвестному посетителю. Что известно об этом?

— Государь, позвольте господину Хованскому дополнить картину следствия, — генерал Волынский умело перекинул внимание на своего сотрудника. Впрочем, для этого его и вызвали.

Анислав Радиславич дождался, пока император разрешит ему продолжить доклад, не вставая из-за стола, и только потом заговорил:

— В таких сложных случаях магическое следствие ведется первым. Мы проверили все аурные следы, оставшиеся в номере, чтобы быть уверенными, что кроме Боргезе там были еще люди. Кроме ауры самого хозяина и исчезающих аур его охранников, мы ничего не обнаружили.

— Исчезающая аура — это что? — поинтересовался Великий князь.

— Аурный след держится максимум сутки, потом начинает распадаться. Было бы удивительным, если бы ауры телохранителей не были обнаружены. Свежих не нашли. В помещении нет намека на ссору, мебель стоит на месте, посуда не разбита. Картина стала ясна после часового осмотра. Боргезе действительно покончил жизнь самоубийством. Только лично я не вижу логики в произошедшем.

— Что именно вас насторожило? — с интересом спросил император.

— Произошла какая-то ситуативная встреча с неизвестным человеком, после которой важный в иерархии Трибунала чиновник раскусил ампулу с ядом. Или, наоборот, его принудили к этому.

— Как можно принудить человека самому съесть отраву? — удивился цесаревич.

— Угроза семье, шантаж на почве каких-то склок в организации, — пожал плечами Анислав Радиславич. — Конкуренция, чему я, честно говоря, не удивлюсь, если версия окажется единственно верной. Кто-то из коллег прилетел в Петербург, встретился с Боргезе и заставил того сделать страшный выбор. Но тогда я вынужден признать, что в номере находился очень сильный маг, умеющий тщательно затирать все следы: обычные физические и магические на всех уровнях. А еще он ловко подстроил смерть охранника, чтобы направить следствие по ложному следу. Другая странность: второй охранник уверяет, что его напарник вернулся обратно и сказал, что с комиссаром все в порядке. А на деле выходит труп рядом с Боргезе. Интересная ситуация.

— Хорошо, Анислав, Радиславич, мы еще обсудим этот момент, — кивнул император и обратился к министру МИДа. — Владимир Андреевич, а вы знали Боргезе?

Суворов не стал торопиться с ответом, хотя по выражению лица было понятно, что имя это ему известно.

— Лично или через кого-то — нет. Но то, что он является комиссаром Второй капитулы сектора Ориент — знал. Его должность в Трибунале — фикция. Боргезе почти никогда не присутствовал на заседаниях, занимаясь свой прямой обязанностью — зачистками неугодных Инквизиции людей на территории Российской Империи.

— Вы хорошо осведомлены о роли Боргезе, — улыбнулся император.

— Так у нас в каждом дипломатическом корпусе есть люди Самуила Петровича, с которыми мы плотно работаем в одной связке, — посмотрел на Житина Суворов, и тот лишь кивнул стриженной головой, подтверждая слова министра иностранных дел.

— Резюмируйте, Анислав Радиславич, — попросил Александр.

— В смерти инквизитора присутствуют две версии: его убили свои же из-за каких-то разногласий, и исполнителем был один из охранников. Второй лишь контролировал и, вероятно, вскоре признается в своем участии, чтобы отвлечь внимание от более крупной рыбы. Или же кто-то из русских подданных, имеющих зуб на Ордо Маллеус, ловко расправился с ним чужими руками, — отчеканил Хованский, надеясь, что скрытый посыл дошел до императора. Собственно, на это он и намекал несколькими минутами ранее. Анислав Радиславич знал, основываясь на интуиции и многих сопутствующих произошедшему факторов, кто посетил Боргезе. Какова будет реакция государя? Если тот прикроет глаза — придумаем нужную версию для Ватикана. Если нет