Сурен Цормудян - Завтра Млечного Пути

– Византиец, прикрываешь отход, – Сказал Вдовченков одному из облаченной в пожарные комбинезоны четверки.

– Легко, – кивнул Византиец.

– Все! Вперед! – скомандовал командир 'Октавы'.

В пещере находилось уже порядка пятнадцати тысяч человек. Беженцы продолжали поступать. Командиры общинных дружин тут же на месте формировали колонны, которые должны были направиться в города Зети. Погода подуспокоилась, хотя небо по-прежнему оставалось пасмурным, угрожая разразиться очередным ливнем.

Ди Рэйв все еще расхаживал по плоской поверхности обломка скалы. Он слушал по рации донесения. Все шло пока без заминок, и он чувствовал себя неким великим лидером, или пламенным революционером, чем несказанно гордился.

– Как обстановка? – Послышался в рации голос Романа.

– Пока все по плану. А у тебя как? – Ответил киномагнат.

– Везем очередную партию беженцев. Минуты через две буду. Ты должен будешь взглянуть на кое-что.

– Что там у тебя?

– Увидишь, – многозначительно хмыкнул Ермак.

Симон ненавидел манеру своего друга говорить загадками. Да и сюрпризы он тоже ненавидел, поэтому сразу нахмурился.

– Да что там такое?

– Я говорю, увидишь. Сюрприз.

Ди Рэйв очень захотел выругаться. На горизонте показался быстро приближающийся 'Альтаир'. Он на большой скорости совершил лихой вираж и резко замедлил ход а затем вовсе завис прямо перед скалой Ди Рэйва и стал медленно опускаться. Такие вензеля в управлении, тоже характерный почерк Романа. Чем бы он не управлял, делал он это так, словно сидел за рулем спортивного автомобиля, хотя все-таки звездолет, да еще переполненный беженцами, это нечто посерьезней.

– Ты что творишь? Не дрова везешь ведь!

– Блин, привычка…

'Альтаир' приземлился. Симон направился к космическому кораблю. Мимо проехала колонна вездеходов и скаутов, груженных колонистами из покинутых общин.

Ермак встретил друга возле трапа.

– Идем скорее. Когда увидишь, ошалеешь.

Они направились в грузовой отсек корабля. Навстречу тянулась вереница беженцев, на лицах которых читался явный антивосторг от полета под управлением лихача Романа.

– Вот, взгляни. – Ермак кивнул на двадцать аккуратно сложенных черных контейнеров, размером с крупный чемодан. – Мы во всей суматохе про это забыли. И пока мы летели, я просил курсантов проверить, что там все-таки их вынудили привезти.

– Ну и что это? – Ди Рэйв стал терять терпение.

– Это груз нашего загадочного блондинчика. Двадцать мегатонных ядерных устройств.

Ди Рэйв присел на корточки, испытав что-то вроде шока от осознания того, какая страшная сила находится в невзрачных ящиках, сложенных перед ним.

– И что нам с этим делать?

– Сдадим нашим, когда все кончится. Какие тут еще могут быть варианты.

– Погоди! Но они нам могут пригодиться в деле! – Глаза киномагната заблестели нездоровым блеском.

– Ты в своем уме? – Роман изумился, – Для чего? Если только забить кого-нибудь досмерти одной такой штучкой. Тебе ведь в голову не могла прийти мысль, применить их по прямому назначению? А?

– А почему нет? У нас тут полно врагов!

– Нука выйди отсюда. – Ермак встал между Симоном и ядерными зарядами.

– Ты чего? – киномагнат поднялся.

– Выйди говорю.

– Рома, не тупи! Это же такой козырь! – воскликнул Симон, разведя руками.

Капитан вытолкал друга из грузового отсека.

– Ну ты и псих, ей богу!

– Да ладно, но их по любому перепрятать надо!

– На кой?

– Дэвид знает, что бомбы на этом корабле, и будет охотиться за ним. Надо перепрятать.

– Тут ты прав…

– Да я и в первый раз прав был.

– Иди к черту! – обозлился Ермак. – Лучше подумай, куда это барахло прятать.

– Барахло? – Симон взглянул через плечо друга на заряды. – Имей немного уважения. Это ведь не шмотки в магазине сезонных распродаж.

– Да ты вообще шизанулся на этих бомбах что-ли?!

– В пещере спрячем, – вздохнул Ди Рэйв.

– В этой?! Акстись, там же полно народу!

– Ладно, твои предложения? – Симон скрестил руки на груди и с вызовом взглянул на друга.

– Я думаю, нужно взять один бронированный флайер. Из тех, что в Сидонии захватили у нападавших. Погрузить все туда и припрятать машину в ближайших зарослях. А потом выставить надежную охрану.

– Разумно. Ладно, я займусь этим. Тебе еще не один рейс делать.

– Чего-чего? – прищурился Ермак, – Да я теперь и близко тебя к ним не подпущу!

– Успокойся, – Засмеялся киномагнат, – Я прикалывался!

– Дурацкие у тебя приколы, – пробормотал Роман.

– Да, но сколько в этих приколах мегатонн!

В правительственном здании творилось что-то невообразимое. Дыма становилось все больше. Паника усиливалась. Люди Валдиса искали саботажников, а охрана здания совершенно не знала, что происходит и что делать.

– Эй! А ну стой! – крикнул один из головорезов Эрвина. – Слышь, пожарник! Я к тебе обращаюсь!

Византиец остановился. Не спеша, повернулся и направился навстречу окликнувшему его боевику.

– Слышь, пожарник, – повторил боевик, – Я что-то не пойму. Вы тут бегаете, а тушить кто-нибудь будет, или как? Или вас уговаривать надо? – он показал Византийцу бластер.

Тот невозмутимо поднял забрало шлема, открыв чернобровое лицо с аккуратными усами до подбородка.

– Не пожарник, а пожарный. – Сказав это, он ударил противника, облаченной в шлем головой, по переносице.

Человек Валдиса рухнул на пол.

– Византиец, ты что там застрял? – Послышался в рации голос Вдовченкова.

– Иду командир, – Офицер двинулся за ушедшей далеко вперед группой, но тут из правого бокового коридора выскочили еще три боевика.

Византиец остановился. Оценил их взглядом и сказал командиру:

– Через сорок пять секунд догоню.

Из левого бокового коридора вышли еще четверо.

– Нет, командир. Через полторы минуты.

Боевики перегородили ему дорогу.

Византиец усмехнулся:

– Ну. Кого тут загасить?

Фенфирийцы не любили сырость. А после ливня ее было много. Поэтому охранявшие космодром фенфирийские десантники пересели из открытых джипов в крытые бронемашины, которые сновали теперь по огромному летному полю, курсируя между кораблями пиратов, рядами своих штурмовиков и делающими свою работу сушильными роботами. Однако патрули держались на почтительном расстоянии от Российского грузопассажирского модуля, лайнера 'Николай Черкасов'.

В небе показалось звено боевых самолетов. Патрульные не придали этому значения. Ведь это были фенфирийские штурмовики.

Однако, когда они стали заходить в боевое пике прямо над космодромом, они все же привлекли внимание солдат. А когда один из штурмовиков метким выстрелом энергетических пушек разнес первую бронемашину, внимание, стало просто пристальным.

Это было просто шокирующей неожиданностью. На поле оставалось еще семь бронемашин. Некоторые резко увеличили скорость и стали петлять. Другие наоборот, остановились и из них посыпались охваченные паникой фенфирийские солдаты. Шерсть на них, в буквальном смысле слова, стояла дыбом. Один броневик вообще бессмысленно крутился на месте.

Второй штурмовик выстрелил. Взрыв вырвал куски бетона и подбросил броневик. Машина завалилась на бок. Из нее выскочили солдаты и стали беспорядочно палить своими лучевыми винтовками в небо.

– Мочите уродов! – Кричал Саидбей Махмутдин Али. – Отсекайте их от наших кораблей!

Предводитель пиратов находился в ярко-красном флайере, подлетающем к космодрому и наблюдал за происходящим по монитору. Внизу, по грунтовой дороге, мчались три автобуса, переполненных пиратами, которые заблаговременно подъехали к окраинам летного поля и дождавшись авиации, на полной скорости двинулись дальше, к заветным кораблям.

Пилот грузопассажирского модуля спал в каюте отдыха, когда сработала сигнализация, реагирующая на применение оружия в опасной близости от борта. Он в мгновение ока влетел в пилотскую кабину и стал наблюдать за происходящим…

Ближайшим к летному полю зданием, был комплекс охраны и отдыха. В нем располагались помещения для отдыха пилотов, пожарное депо и казарма вооруженного караула. Из здания выехали три бронемашины с зенитными турелями на крышах. Они открыли заградительный огонь. Следом выскочили фенфирийские солдаты с тяжелым ручным оружием и три десятка пилотов, бросившихся к своим штурмовикам.

Пираты, пилотирующие трофейные самолеты принялись атаковать бегущих пилотов. Шквальный огонь энергетических пушек разрывал их на части. Отбрасывал в стороны. Крушил поверхность летного поля в пыль…

– Внимание! 'Черкасов'! Говорит модуль один!