Я Гордый 6 - Тимур Машуков

Прекращаю тянуть, обрывая связь, после чего окутываю молнией хранилище эфира и начинаю его сжимать. Тело бывшей Старшей бьется в агонии, но я не гашу эту боль. Аз воздам каждому по заслугам его — так говорили древние воины. И пол тут значения не имеет. Давлю все сильней разрушая его стенки. Молния, будто пила, вращается на дикой скорости, постепенно разрушая основу источника.

И вот момент истины — хлопок, и его остатки растворяются внутри тела, а следом за ним разрушаются и эфирные каналы. Теперь в ней нет и капли магии. И никогда больше не будет. Лечу повреждения, потому как все еще впереди, и она мне нужна в рабочем состоянии.

Отхожу в сторону, давая ей прийти в себя. Я не тороплюсь — времени навалом, да и ночь длинная. Хочет она того или нет, но все мне расскажет. Я, конечно, не Десятая, и пытать как она не умею, но навыки есть. Если придется, пущу в ход, не задумываясь.

— Ну что? Готова продолжить разговор?

— Что ты со мной сделал, гад⁈ — она вытирает рот грязным рукавом.

Ну да, желудок опустошился естественным путем. Как и мочевой пузырь. Грубо говоря, она обоссалась. Но ее это, похоже, не тревожит. В общей вони даже не заметно.

— Я ж обещал, что лишу тебя магии. Теперь ты ничем не отличаешься от мужиков. А некоторых даже переплюнула — запахом. Поговорим?

— Убей меня!!! — встала на трясущихся ногах и пошла ко мне, растопырив пальцы.

— Неа. Смерть надо еще заслужить. А ты пока уклоняешься от службы.

— Что ты хочешь?

— Узнать, кто тебя послал убить меня.

— Канцлер.

— Давыдов? Так его давно казнили.

— Не знала. Приказ пришел позже, когда ты уже был в школе. Пришлось спровоцировать. Но ты, гадина, смог выжить.

— А вернулась на хрена? Знала же, что тебя ищут.

— Аномалия. Было задание понять природу.

— Поняла?

— Нет. Не успела.

— Кто его дал?

— Давыдов.

— Черт, как все легко списать на мертвого человека. Подробности будут? И вообще, как канцлер узнал об этом месте?

— Не знаю, но он знал про все. Нас, выпускников, много, где-то информация и просочилась.

— Насчет много можно конкретней?

— А что тут непонятно? Каждые два года идет выпуск. Куда, ты думаешь, его распределяют? Уж явно не по простым частям. Какая-то часть идет в Тайный приказ, кто-то работает во дворце. Есть те, что занимаются поиском и вербовкой одаренных девочек в школу. Работы всем хватает.

— Насчет дворца поподробней.

— Да что поподробней⁈ Большинство ваших слуг — выпускницы школы! Они — последняя линия обороны на случай нападения.

— Ты хочешь сказать, что наши служанки… — охренел я, вспоминая нежную Мариночку.

Она презрительно хмыкнула:

— Конечно. Большинство из них точно. Особенно те, кто непосредственно контактирует с императорской семьей. Во дворце случайных людей нет.

— Нет, я о чем-то таком догадывался, но чтобы так…

— Сюрприз, Твое Высочество!

— Ладно, это дело десятое. Что по бывшему канцлеру? Как ты смогла обойти родовую клятву Гордеевым?

— А я им никогда и не принадлежала. Меня завербовали на стадии принятия в школу, и я дала магическую клятву роду Давыдовых.

— Кто завербовал?!!

— Ее уже нет в живых — сгинула в лесу, и довольно давно.

— Ты хочешь сказать, что среди послушниц могут быть девочки, преданные другим родам⁈ И клятва Гордеевым для них пустой звук?

— Могут, конечно, но кто конкретно — не знаю. Магическую клятву не перебить, а правящему роду мы её даем уже после. И она в этом случае становится просто пустым звуком. Я никогда не была вам предана и сейчас могу говорить только потому, что Давыдов мертв.

— Бред, этого не может быть! -растерянно взлохматил я волосы.

Мысль о том, что среди самых преданных нам людей могут быть предатели, ошеломила меня. И как их выявлять? Заставлять давать полную клятву? Но это, по сути, превратит их в рабов! На это никто не пойдет. А как иначе узнать?

— Кстати, а почему ты не подохла, когда канцлер умер?

— Клятва не связывала мою жизнь с его, поэтому и жива.

— Кто еще из школы служат не нам?

— Не знаю. С этим тебе предстоит разбираться самому. Мне плевать. А теперь убей меня — ты обещал!

— Когда? Я сказал, что смерть надо заслужить — ты не заслужила. Да, твой рассказ был интересен, но уже не актуален. И все же я добрый и дам тебе шанс.

Взяв в руку цепь, я уничтожил ее крепление к стене и потащил отчаянно орущую дамочку наружу. Ошейник снимать не стал — ключа нет, а ломать такую вещь было бы верхом глупости, ведь я хотел ее изучить.

Выйдя на свет божий, я швырнул ее на землю, после чего окатил водой, дабы избавиться от вони, что пропитала ее. Подумав, я еще и уничтожил ее одежду, потому как стирка в ее случае уже не поможет.

— Что происходит⁈ — подскочила ко мне самая лояльная, хотя, возможно, и самая трусливая Старшая. Надо будет за ней понаблюдать.

— С этой снять ошейник. Она больше не маг, поэтому опасности от нее нет. Я говорил про изменения в школе, и начнутся они прямо сейчас. Отныне послушницы не будут убирать казарму и отхожие места, не будет никаких нарядов на кухню и прочего — для этого теперь есть она. Любое наказание для девочек должно выливаться в тренировку — накосячила, дуй бегать, отжимайся, тренируйся с оружием, пока не упадешь без сил. Все, что отвлекает от обучения, должно уйти в прошлое. Теперь у школы есть личная служанка, которая, уверен, будет успевать везде. А где не будет, придётся сделать так, чтобы успевала.

Кстати, вот тебе бонус, Рыжая. Захочешь сдохнуть сама — препятствовать не буду. Так что вали в хозчасть, получи одежду и постарайся не помереть от холода зимой. А если и сдохнешь — плевать.

— Я категорически против! — влезла Старшая. — Оставлять ее на свободе глупо. Кто знает, что она может сказать послушницам, как настроить друг против друга?

— Хм, логично, — шаг к валяющейся на земле Рыжей, молния в тело — и вот ее голосовые связки разорваны максимально безболезненным способом. — Теперь болтать не сможет. Далее. Где эти наказанные? Почему