Интеграция - Алекс Гор

Прекрасно помня о достаточно специфическом поведении этой серокожей девушки, перед тем как войти в её каюту, я деликатно постучал по гермодвери костяшками пальцев.

— Кто это? — раздалось из-за неё.

— Айра, это Джон, я хотел с вами поговорить.

— Со мной всё в порядке, — послышался не слишком дружелюбный ответ.

Несмотря на достаточно бодрое настроение, мне очень захотелось нагрубить ей, но я сдержался и решил проявить терпение.

— Айра, мне необходимо с тобой поговорить и желательно не через дверь. Не вынуждайте меня входить внутрь без вашего разрешения, вы ведь должны понимать, что я могу пройти куда угодно на своём корабле.

— Хорошо, входите, — дверь в каюту открылась без моего участия, и я осторожно шагнул внутрь.

Каюта, куда поместили девушку, была рассчитана на двух человек и так же, как и моя, оборудована санитарным блоком. Дельфийка стояла в противоположном конце помещения с каким-то трудночитаемым выражением на её симпатичном лице.

— Доброе утро, Айра, — поздоровался я, остановившись в шаге от входа.

— Доброе утро, господин Джон Сол.

— Можно просто Джон или Сол, как вам угодно, но прошу, не называйте меня господином.

— Мне говорили, что это приставка означает того, кто вправе, разве это не так?

Я задумался над её словами.

— Пожалуй, вы правы, но лучше называйте меня капитаном, это мне больше по душе.

— Хорошо, капитан Сол, что вы от меня хотеть? — вновь начала коверкать слова девушка.

— Моя хотеть поговорить, — передразнил я её, — и желательно, чтобы наш разговор был конструктивным и остался между нами.

— Я вас слушаю.

— Ну, во-первых, что это такое было перед нападением? Вы ведь сказали нам о нём буквально перед тем, как всё началось.

Лицо дельфийки, как мне показалось, окаменело, запечатлев на себе это странное выражение, но потом глаза ожили, и она ответила.

— Вы думаете, я не задавалась этим вопросом? Я увидеть какие-то образы, это было словно вспышка, и раньше я подобного не испытывать. Я видеть вас, и вы с кем-то сражаться, это было очень страшно, и вдруг я почувствовать, что всё это вот-вот должно случиться. Но этого просто не должно было произойти, ведь я женщина.

— Ну и что, что вы женщина, это делает вас какой-то особенной? Или вы феминистка?

После моей фразы девушка удивлённо сдвинула свои брови, и мне показалось, что она вот-вот ответит мне в своей обычной, на мой взгляд, излишне прямолинейной манере, но в следующую секунду она будто бы сдулась, словно из неё вытащили внутренний стержень.

— Женщина не может стать карувалом.

— Честно говоря, это название мне ни о чём не говорит. Кто это или что?

— Это, — замялась девушка, словно подбирая слова для ответа, — те, кто смотреть вперёд, — наконец-то попыталась объяснить Айра, — мне тяжело вам это объяснить.

— Ладно, спрошу прямо. Насколько хорошо вы разбираетесь в псионике? Потому что то, о чём вы говорите, насколько я понимаю, имеет к ней какое-то отношение.

— Я не понимать, о чём вы говорить, — ответила дельфийка, — наверное, я плохо знать ваш язык.

— Хорошо, допустим, но у меня ещё есть парочка вопросов. Ваш зверь был непростым, это ведь практически, мать его, волшебство, а вы же с ним работали, вы не могли не знать о его возможностях. По-моему, это и есть самая настоящая псионика.

— Если вы говорите о нашей Эа, то да, я проходила обучение, это методика управления внутренним духом.

— Дух, разум, ни одна ли малина?

— Я не могу смотреть внутрь, если вы об этом, я ещё слишком молода для этого.

— Перефразирую свой вопрос. То, что произошло с вами в столовой, является частым явлением?

— Я думаю, что это случайность, энергетический сбой, произошедший после того, как вы убили моего глира.

— По-моему, вы сами нам это предложили сделать, или я неправ? Да и не было у нас, похоже, никакого иного выхода.

— Я это понимать, но вот принять мне это очень тяжело, — на глаза Айры навернулись слезы, и я понял, что зря пришел с разговорами, — у меня ведь всё было завязано на него, другого у меня никогда не будет, а без защитника моё существование бессмысленно. Я вообще не понимаю, что я до сих пор здесь делаю.

Тон собеседницы мне очень не понравился.

— Айра, тормози, иногда приходится делать то, что нужно, а не так, как кажется правильным. Он бы убил там всех, и тебя в том числе.

— Я это понимать, — раздельно ответила девушка, едва сдерживая слёзы, — но от этого не легче.

— Командир, — раздался по выделенному каналу голос искина, — штатный выход из гиперпространства через один час.

Значит, прыжок заканчивается, и на выходе мне снова надо будет принять решение о следующей точке маршрута. И пусть обратная дорога окажется немного длиннее, и мы потратим лишнее топливо, но постараемся вернуться окольными путями, так однозначно безопаснее.

Я окончательно понял, что сейчас лучше оставить её в покое, да и момент оказался, честно говоря, неподходящим, надо было переключить внимание на более срочные вопросы, а с внутренними тараканами этой девчонки мы будем разбираться позднее. На данном этапе добиться от неё внятного ответа вряд ли возможно, должно пройти некоторое время, а потом уже стоит задавать вопросы.

— Давайте отложим этот разговор, но мы к нему обязательно вернёмся, — предложил я, — а пока я хочу, чтобы вы подумали о том, что мы все остались живы, а значит, это не просто так, значит, так решила судьба. И ещё я хочу, чтобы вы регулярно посещали столовую команды, ваша голодная смерть мне не поможет. Надеюсь, вы меня поняли.

Айра мне не ответила, а ждать слишком долго я посчитал лишним, поэтому развернулся и вышел из каюты, надо было решить ещё несколько моментов, и первый из них — это Буран. Доктора Селима я застал осуществляющим какие-то манипуляции над медицинской капсулой, в которой находился один из абордажников. Взятый нами в плен раненый казах лежал в специальном боксе, который применялся для временной изоляции пациентов.

— Доктор Селим, доброго утра, вы уже на рабочем месте, — поздоровался я.

— В данной ситуации я не имею права отлучаться с рабочего места, — отозвался ксенос, — господин капитан, примите отчёты о проделанной работе и расходе материалов.

— Ты давай, пока с материалами погоди, не до бухгалтерии сейчас, а лучше расскажите, что у нас с пациентами, — отмахнулся я от этого бюрократа.

— Осталось три абордажника и наш бывший пилот, — сразу же поняв, о чём его спрашивают, ответил доктор.

— Хорошо, док, пилота тоже введите в искусственную кому после медицинских процедур.

— Это несёт