Стажёр #2 - Виталий Абанов

- - Симонова, Кертис бегом в оружейную, вас взводный зовет. Симонова - хватит мучить свою винтовку, ты в ней дырку протрешь.

- - Не протру. Мэм.

- - Угу. Тряпки свои забери. - Бренди кивнула на разбросанную крошкой промасленную ветошь, оставшуюся после чистки винтовки.

- - Как скажешь, Бренди. - крошка Ди быстро собрала винтовку, щелкнула затвором, собрала ветошь и заторопилась к выходу, но мастер-сержант поймала ее за плечо.

- - И это... по дороге зайдите к лейтенанту. Он вас спрашивал.

- - К лейтенанту? То есть к самому? - не поняла крошка. Аманда тоже обернулась и удивленно подняла брови.

- - К самому, к самому... - кивнула Бренди: - вспомнил про вас. Так что готовьтесь, самовольщицы вы наши.

- - А... - протянула крошка Ди с убитым видом и поплелась вслед за Амандой.

Джун хутт Харссон хутт Дорбан сидела в своей комнате и скучала. Реальность оказалась довольно скучной штуковиной. Да, она наконец таки сразилась с принцем клана Рикио. Но этот поединок оказался совсем не таким, как она ожидала. Джун вспомнила клинок-молнию в руке у младшего Рикио и поежилась. Только потому, что она по настоящему поняла что умрет прямо здесь и сейчас, только потому что она мысленно уже приняла эту смерть - только поэтому она осталась в живых. Выходить из мира мертвых всегда сложно и каждый, кто хоть раз стоял на этой границ жизни и смерти знает это. Как понемногу к тебе начинают возвращаться ощущения - сперва цвет, потом вкус крови во рту, а потом - шум. Волна звуков накрывает тебя с головой а ты стоишь, блаженный и безмерно радуешься тому что можешь стоять. Можешь дышать. Можешь жить. И потом еще долго ты ходишь и улыбаешься солнцу. Облакам. Людям. Всему миру. Но все-таки за этой эйфорией и подъемом всегда следует откат. Упадок сил. И хотя Джун настояла на своем и сразилась с Рикио, а старейшины были вне себя от того, что одна из клана вышла победителем из поединка с самим Безумным Художником (в городе стали уже болтать, что принц Рикио и вовсе проиграл не потому что сдался, а сдался потому что храбрая девчонка из Харрсон одолевала его - каждый раз слыша это Джун морщилась), Харральд был доволен что она жива, Нана-су была довольна что она вышла замуж, пусть даже за ганзара (но он же теперь хутт, правда, дорогая?) - так что все были довольны. Кроме самой Джун. Она была недовольна. Да, поединок был, и более того, она 'выиграла'. Чушь. Джун прекрасно помнила это ощущение беспомощности. Такое, словно она попала в липкий сироп, словно каждое движение давалось с невероятным усилием, словно она не могла сделать ничего. Совсем ничего. Она помнила как легко двигался Шойджи, как светился клинок его Белого Дракона, совсем близко, там, между жизнью и смертью. Поэтому Джун совершенно точно знала что она не выиграла. Шойджи сдался. Зачем? Она уже задавала себе этот вопрос, ломала голову, пытаясь найти ответ, но так и не нашла. Хотел ли он поиздеваться над ней, чтобы потом унизить, хотел ли показать что выше этих побед и поражений, или просто не хотел осложнений со стороны кланов и Империи? Впрочем - на то он и Безумный Художник Рикио. Никто не знает его мотивов. И поэтому Джун была недовольна. Поэтому она сидела в своей комнате и грустила, глядя в стену, на которой висел древний ковер ручной работы.

- - Джун-су, можно к вам? - тихий стук в дверь. Конечно же Окни, молодая дуреха из младшей семьи.

- - Чего тебе? - Джун не была настроена разводить дипломатию и академию хороших манер.

- - Как у вас здоровье, Джун-су? - спросила эта молодая стрекоза, зайдя в комнату и присев на краешек кровати: - все ли хорошо?

- - Здоровье... - Джун задумалась. Окни в жизни не интересовалась ее здоровьем. С чего это такая перемена?

- - Окни.

- - Да, Джун-су?

- - Ты, если тебе что надо - так и говори. Нечего тут ... - Джун неопределенно поводила по воздуху рукой.

- - Да? Ну я всего лишь хотела спросить, куда вы с вашим мужем отправитесь в медовый месяц? Неужели на Яблоко? Там такие курорты и спа и модные бутики...

- - А. Точно. Медовый месяц. - сказала Джун и в ее голове сразу всплыли все каталоги оружейных магазинов на Яблоке Дионеи. Глаза у девушки сузились и она встала с кровати. Хандру как рукой сняло.

- - Вы куда, Джун-су?

- - По делам, Окни. Навестить ... муженька. - ответила Джун и открыла шкаф, выбирая какой сонбу привесить к поясу.

Глава 29

Лейтенант Имперских Военно-Космических Сил, интендант Имперского Хранилища и по совместительству старший офицер Его Императорского Величия на планете Дионея-2, Персиваль Дорбан ждал, когда к нему в кабинет зайдут вызванные им амазонки. У него болела голова. Он оторвался от монитора, встал, подошел к окну и сделал несколько движений головой, разминая шею. За окном, на полковом плацу бегали амазонки - в полном боевом, с выкладкой и в шлемах, как положено. Ротный командир, Фарра Аканис после последнего инцидента в городе с особым рвением взялась за воспитание своих подопечных. Перси пригляделся к бегущим, стараясь разглядеть среди них рыжую амазонку с гаусс-винтовкой, ту самую, которая и вывела их из полицейского участка. Однако не увидел ни рыжей воительницы, ни ее маленькой подруги, Дианы Симоновой. Нахмурившись он попытался припомнить когда видел их в последний раз. Ах, да, он же зашел в медпункт сразу после инцидента в городе, зашел проведать раненых и залечить свои синяки и переломы. Слава современной медицине - все было восстановлено в течении трех часов, хотя руку медик сказал поберечь в ближайщие несколько дней. И там же, в медпункте, были и эти двое, рыжая бестия с здоровенным синяком под глазом и крошка Ди с лубком на ноге.