Экстерминатор - Антон Чернов

не «силовики», как понятно, а научники. И на текущий момент пищат в эфир, что живность разбушевалась сильнее обычного и старается их схарчить.

— Хочу отметить, отряд, что данная экспедиция, к которой мы летим — достигла блестящего успеха, — отметил я.

— Это как, командир? — тормознул Самсон.

— Они осматривают окрестности с целью выявления нетипичного поведения и новых видов агрессивной фауны, здоровяк, — бросила Колючка, раньше чем я успел ответить.

— А? А-а-а! Ага! — поразил Самсон весь отряд смысловой наполненностью односложных звуков.

— И не расслабляемся, отряд, — уточнил я, да и себя взвинтил. — Вроде мелочь, но могут быть альты.

Народ действительно подобрался, потому что сидели расслабленно, как будто мы стрелять по тарелочкам летим. Выглядит всё, конечно, как стая-группа излишне агрессивных беролоков, но беролоки в стаи собираются весной, когда у них сезон спаривания. А так твари одиночные, судя по всем наставлениям, так что некий «фактор несезонного коллективного нападения» точно есть. А вот какой — хрен знает, от бескормицы до тех же, к примеру, губошлёпов, выгнавших группу хищников на «недоразвитых». Скажем так, совсем не исключённый вариант.

Ну а лететь было считанные минуты, пилот челнока исправно вывел нам данные в боевой чат и завис в метре над расположением экспедици. Последние торчали на поляне и отстреливались от высовывающихся с обиженными мордами беролоков. Вообще, в нашем присутствии настоятельной нужды я не наблюдал: у научников ни потерь, ни реальной угрозы. Беролоки лезут, но не слишком агрессивно, и исправно отпугиваются обычными крысобоями. Хотя это «текущая» обстановка, а без подмоги им с беролоками не справиться, тварей только по радарам челнока не меньше десятка. Крысобоем беролока прибить — это запредельное везение, а отстреливаться сутками экспедиция не сможет. Так что правильно подмогу позвали.

— Дабл-Р, разведка, — стал скидывать я команды. — Здоровяк, — отстреливай тварей. Остальные — просто готовность, ждём разведданных.

И высыпались мы среди гусеничных платформ с оборудованием и научниками. Рита с Ромкой на дисках поднялись к кронам и начали спиральный облёт, на тему тех, кто беролоков науськал (если этот злодей в округе, да и вообще есть, как понятно). А Самсон тяжело потопал, расталкивая научников, по периметру поляны, временами выпуская шипяще-свистящие струи перегретой плазмы скирона. Беролокам этого хватало с головой, парочка практически осыпалась обугленными скелетами.

А ко мне подскочил многоглазый дядька лет пятидесяти, с заметными залысинами. «Многоглазый» в самом прямом смысле, имплантация у него занимала лоб и, скорее всего, удалённые глаза, посверкивая многочисленными объективами датчиков и сенсоров. Кстати, очень «наглядная» демонстрация, сколько нужно человеку имплантов, чтобы создать полноценную «дополненную реальность» традиционным, а не как у меня читерским нейрошунтом. Правда научник, подскочивший ко мне, начал с фигни.

— Ну наконец-то! — тоном скандальной бабки выдал этот тип.

— С момента сигнал тревоги до нашего прибытия прошло четыре с половиной минуты. У вас есть претензии к работе группы быстрого реагирования экстерминаторов? — ровно поинтересовался я в ответ.

— Э-э-э…а-а-а… — протянул тип в ответ, но не то что не извинился — предпочёл сделать вид, что его замечания как бы «не было». — Часть платформ повреждена. Уничтожьте агрессивную фауну. Оставьте одного для изучения и поспособствуйте возвращению экспедиции в Идиген, — как ни в чём не бывало, выдал он распоряжение, полюбовался фигой (а в перчатке экзокостюма она выходила на удивление выразительная) и начал возмущённо подпрыгивать: — Это что, сержант?!!

— Это — ответ на вашу просьбу, — растолковал я, отслеживая показания и обстановку.

После шестого сожжённого Самсоном беролока — оставшиеся оттянулись вглубь джунглей. Но, что странно — не убегали и не направлялись по своим беролочьим делам. Сгрудились в полусотне метров от опушки поляны и замерли. Дабл-р километра полтора округи промониторили — никаких альтов или чего-то такого.

— Вы вообще понимаете, какую значимость… — начал возмущаться научник.

— А вы понимаете какую ценность представляет время экстерминаторов? Не говоря об их жизни. А ваш приказной тон…

— Ну простите, простите, — сварливо, с видом невинно потерпевшего буркнул научник. — Но беролок НУЖЕН! Это нетипичное, несезонное поведение! Вам же, дуболома… экстерминаторам, наши выводы будут нужны! И платформы — сломаны! А там ценное оборудование, данные, образцы! — тыкал он в и вправду раскуроченные гусеничные платформы, которые уже были не гусеничными.

— Андрюх, сходим? — прикинул я.

— Опять рабо-о-отать, — проныл ленивец, но отметку «хорошо» прислал.

— Клемент, с нами, прикроешь, — распорядился я. — Остальные — охраняйте научников. Дабл-Р — возвращайтесь.

И потопали втроём в джунгли. И не «героизм» мне в голову ударил. Просто я и Андрюха — единственные, кто имели парализаторы на вооружении. А аргумент мудрила привёл, прямо скажем, обоснованный: понять, не мутировали ли беролоки в очередной раз, раз уж атакуют стаей не весной, нужно не столько им, сколько Идигену. Ну и нам, экстерминаторам, тоже важно.

Ну а тащить весь отряд смысла никакого: дабл-Р прошерстили округу, кроме беролоков, опасности нет. Сами беролоки эти «опасности» распугали, не на километр, а на все пять в округе. Так что народ на охране, а мы за добычей, благо недалеко. Ну и опасности нам эти беролоки не представляли — перебьём с Клементом из молотов остатки без проблем, не крысобои, всё-таки.

Дотопали быстро, я минидрон запустил — у командира такая полезная фигня водилась, хоть слабая и всего пара, в наплечниках экзоброни. Многие сержанты, насколько я знал, туда пусковые с миниракетами монтировали, но как по мне — глупость. Общую «тяжесть залпа» эти ракеты особо не увеличивают, да и индивидуальная командира — не в особом выигрыше. А уж учитывая отсутствие дронов — так и в проигрыше. Хотя кому-то, может, и на пользу, чёрт знает.

А дрон продемонстрировал СОВСЕМ нетипичную картину. Я, конечно — не знатный беролаковед и беролакознатец, но по агрессивной фауне округи Идигена нас гоняли на совесть. И вид, и повадки. Да и в виртуалке не раз и не два сталкивались. Так вот, явная самка в центре из четырёх прикрывающих её самцов — нетипична ни хрена. Даже на глаз больше самцов, что беролокам не свойственно. И явно мутировавшая — пропорции башки, да даже окрас шерсти иной. И, скорее всего, как раз эта мутантная самка — причина несезонного нападения.

— Толстую берём, — уточнил я, скидывая Андрюхе и Клементу картинку. — Снимаешь по бокам зверей, а мы с тобой,