Искатель Ветра. Забвение - Blackmourne

в оружейную у меня не было, а в каюте Гермеса оружия точно не находилось; иначе мне не пришлось бы его убивать так… Жестоко. Вероятно, завладеть стволом мне удалось во время побега, но мысли ускользали, как рыба в реке из рук. Мне нельзя об этом думать, нельзя…

От очередной вспышки воспоминаний, сопровождаемой скрежетом металла, меня вывернуло в ближайшем переулке. Сплюнув едкую желчь, я огляделась, увидев неподалеку незнакомого мужчину средних лет. Опершись на стену, он смотрел на меня со смесью омерзения и жалости.

- Эй, девочка, может тебе помощь нужна? Ты как-то хреновастенько выглядишь, - хмыкнул он, поправив на левом плече повязанный красный платок, знак районной дружины.

- Я… В порядке. Просто живот прихватило… - мой голос срывался и дрожал от жалости.

- А, ну раз в порядке, то за собой прибраться сможешь, наверно? Тут конечно не Верхние Шпили, но у нас не свинячат, - ворчливо произнес дружинник, кивнув на лужу рвоты у моих ног.

Я огляделась. Узкий переулок между уходящими в толщу скалы домами заканчивался тупиком и был совершенно безлюден. Здесь его никто не услышит. Простое и быстрое решение, пришедшее в мою голову, было сметено сокрушительным чувством вины. Я сломалась и пока не могла убивать. Сморгнув слезы, я кивнула мужчине:

- Простите… Я уберусь.

- Вот и молодчинка. Подожди здесь, сейчас принесу ведро и швабру, - кивнул он и скрылся в одном из домов.

Разумеется, можно было убежать. Это была мелочь, совершенно неважная в общей картине. "Ты инфантильна" - вновь всплыли ненужные воспоминания. Скрипнув зубами, я осталась. Мне надо было принять на себя ответственность за поступки.

Пока я убиралась, дружинник молча курил, не сводя с меня глаз. Это нервировало и раздражало. Закончив с работой, я подняла на него взгляд. Мужчина полез за пазуху и, выудив оттуда пузырек с непонятной, желтоватой жидкостью, протянул мне:

- Вот, выпей. Поможет от желудка. Не знаю, что у тебя стряслось, но ты это… Держись. Все наладится, красавица, - от сочувствия в его голосе меня замутило еще сильнее.

- Ага. Спасибо. Ладно, я пойду, - хрипло ответив, взяла предложенное лекарство и, опустив в карман, зашагала дальше. От навязчивых мыслей рассудок начинал плавиться. Переоценила, слишком переоценила я свою стойкость. Нужно было поторопиться добраться до Отца, прежде чем превращусь в белковый сироп.

- Капуста! Плимутская капуста! Натуральная, сладкая, серебрянный за килограмм! - надрывалась торговка неподалеку, пытаясь продать дефицитный, но слишком дорогой товар.

- Мясо кротовьих крыс! За оптовую покупку, хвосты в подарок! - перекликался с ней здоровый седой месник за прилавком неподалеку.

- Столовая утварь! Ножи, ложки и вилки, стальные, серебряные, золотые! Все настоящее, не краденное. Буду здесь только до полудня. - хрипло ревел вороватого вида мужичок, распахнув подолы плаща, на котором в карманах с внутренней стороны торчали столовые приборы.

Рынок четвертого района Каменных Садов кипел жизнью. Сжатый с двух сторон толщей скалы, он был разделен на несколько ярусов, по одному из которых я сейчас и брела. Почувствовав на себе пристальный взгляд, я переглянулась с высокой, худощавой брюнеткой за одним из прилавков и украдкой ей кивнула. В ее холодных глазах застыло поистине вселенское равнодушие.

“Сестра. Значит, он на месте, осталось немного” - мысли были тягучие, горячие и липкие, словно кровь на руках. Тело бурлило под костюмом, кости и мышцы противно ныли. Ускорив шаг, я направилась к неприметной закусочной "Отчий дом". У него было странное чувство юмора.

Звонок дверного колокольчика едва не заставил меня вздрогнуть. Слух обострился, и звук металла почти оглушал, прокатившись по обонянию запахом жженого пластика. Синестезия была еще одним плохим знаком. Столики были наполовину заполнены, так что я сразу направилась к прилавку, за которым стояла дородная, одетая в передник и чепчик барышня. На ее лице красовалась широкая, веселая улыбка. Румяные щеки оттеняли синие, глубокие, словно озера, глаза, а мозолистые руки сжимали сразу две сковородки, на которых жарились блины.

- Добро пожаловать, милочка. Присаживайся, давай-ка я тебе налью водички, а то ручки что-то у тебя трясутся. А ты пока подумай, что заказать? - с искренней симпатией спросила она. В "Отчем Доме" мне довелось побывать только дважды, но похоже, у поварихи оказалась хорошая память на лица. Надо будет предупредить Отца.

- Стакан натурального молока и "домашний обед", - буркнула я, не встречаясь с ней глазами. Это