Экстерминатор. Том 2 - Антон Чернов

знаниями анатомии Эскулапа похвастаться не мог. Так что заткнул её подзатыльником.

— Капитан, Энерида в зоне уверенного поражения внутрисистемных судов противника. Открыть огонь на поражение?

— Погоди, Мозг. Я сейчас обращусь, транслируй широким каналом.

— Представители профсоюза! Я, капитан Керг, сообщаю: Отряд Неудачников по заказу господина Графа нейтрализовал бандитов и преступников. Ваше приближение к нашему положению будет рассмотрена как агрессия, и суда будут уничтожены.

— Движение судов продолжилось, капитан.

— Разнеси самого шустрому двигатель, постарайся не уничтожать.

— Слушаюсь, капитан.

Энерида отстрелялась излучателем по одному из шахтёров, к счастью — без взрывов. И эфир разорвался воплями о «пиратском нападении на представителя профсоюза, спасающего бесхозное имущество».

— Вы совсем дебилы в вашем профсоюзе, — вслух, как для отряда, так и заломанных бандитов, хмыкнул я. — Нас нанял владелец «бесхозного имущества, нуждающегося в спасении»… Ладно, Мозг, оттранслируй по системе запись широким каналом.

Мозг сделал, эфир взорвался матом, а через минуту профсоюзники, взяв повреждённый корабль на буксир, свалили.

— Да уж, шутники.

— А шахтёр возмём как трофей? — поинтересовался Климент.

— Нет смысла, — отстранённо ответил я. — Корабль в аренде, ещё и с рубрами связываться. Меня другое интересует.

— Компьютер, — подала голос Мила, также всматриваясь в параллелепипед.

— Угу, он самый. Странная сигнатура…

И тут параллелепипед медленно поднялся над палубой, завис в паре десятков сантиметров, выпустил из своего верха блок из видеодатчиков и динамика.

— Я, с вашего позволения, не являюсь «компьютером», уважаемые разумные, — проскрипел он этим самым динамиком.

26. Большой маленький Мир

В общем-то, на что-то такое сигнатуры, подсвеченные костюмом и нейросимбионтом, намекали. Понятно, что досконально разобраться в природе параллелепипеда просто не было времени. Но органическая часть выявлялась, как и то, что большая часть объема кубика — не вычислитель, а какая-то другая (хотя, однозначно не оружейная) хрень. Я-то предполагал, что нейрокомпьютер, да и забил. Стоит себе, активности не проявляет. Ну как забил — на время, как понятно, до решения срочных вопросов.

А это у нас, судя по всему, выходит полноценный разумный-киборг, в смысле, часть мозга сохранена, или даже весь, а функции тела выполняют машины.

Я этот момент быстренько скинул отряду, а то реакция на взлетевший кубик была… правильной, но несвоевременной. А возможно, вообще ненужной — агрессии киборг не проявлял, двигался подчёркнуто медленно.

— А кем ты являешься, разумный? — хмыкнул я. — Ты ответь, а мы подумаем, позволять или нет. Пока всё видится так, что ты принимал активное участие в ограблении нашего заказчика.

— А может его иммобилизовать? — поинтересовалась Ирка в отрядном чате, но тут же сама себя остановила. — Хотя тут проще сломать. Чёрт знает, как его захватывать.

— Во-во, — подтвердил я. — Часть требухи… механизмов, в смысле — экранировано. Точно не высокоэнергетическое оружие, но та же взрывчатка — с полпинка. Попробуем поговорить, для начала. И, кстати, данные о взломе и, возможно, что-то ещё небезынтересное — явно у этого кубика. Может, откупится ими — я вот такой вариант нахожу вполне приемлемым.

Разговор этот, как понятно, занял меньше секунды. А кубик, поднявшийся над палубой на магнитной подушке втянул соединительный кабель внутрь себя и прогудел:

— Я — Ректангулум Эпсилон две тысячи семьсот шестьдесят восьмой, уважаемый разумный.

— А я — Керг, капитан Керг, — ещё раз хмыкнув, ответно представился я. — И Отряд Неудачников, командиром которого я и являюсь. И поясни, Эпсилон: что ты делал и с какого хрена грабил нашего заказчика?

— С вашего позволения, капитан Керг, я в деятельности экипажа добывающего судна не принимал участия…

— С-с-сука… — прошипел один из захваченных, оперативно заткнутый.

— Не понял, поясни.

— Я — должен этим разумным. И отдавал долг, следуя их указаниям. Вопрос легальности и приемлемости их деятельности — вне моей ответственности, — прогудел кубик.

— Всё равно ни хрена не понял, — признал я. — Давай-ка подробно и с деталями.

— Как посчитаете нужным, капитан Керг.

И начал этот Ректангулум скрипеть и гудеть. И выходила, косвенно подтверждённая матом захваченных, такая картина: несколько месяцев назад в систему, контролируемую Гефестом, прибыло судно, на котором был этот Эпсилон. Полным киборгом, судя по всему, был только он и выполнял какие-то корабельные обязанности, но…

— В процессе навигации была совершена ошибка, основанная на некорректных данных о системе. Произошла авария, корабль утратил функциональность.

В общем, выходило, что корыто, на котором был Эпсилон — вышло в «нормальное» пространство в поле астероидов. Что, как мне казалось, невозможно, но Мозг (естественно, имеющий доступ к датчикам и сенсорам) сообщил, что «технология есть», ему теоретически известная, но имеющая ряд «достоинств и недостатков». И семейство Лело из-за последних её и не использовали. Ну а что за недостатки — и так понятно. Выйти «в булыжнике» корабль вроде как не мог, но вот влететь в их рой, на полной скорости — с полпинка, что, собственно, и сделал.

Так вот, корабль превращается в сломанную коробку, повезло ещё, что герметичную и без жертв. Ну и вопит о помощи оставшимися целыми передатчиками, как понятно. И на помощь приходит как раз шахтёр нашего пребывания, под руководством «бригадира Сэмуэля Винсента… — Сссссука! Ой…» А вот дальше выходит странная «мораль» или чёрт знает что Кубика. Упоминал он это как «само собой разумеющееся», ну и выходила такая картина:

На корабле он занимал несколько стандартных «офицерских» должностей, хотя вроде бы — не капитана. Но сама катастрофа — была «его виной». И Спасение — его «долгом». То есть, выходило, что он «должен» этим шахтёром за жизни ВСЕХ спасённых, за каждую в отдельности и все скопом. И с него это не вымогали — он просто поставил шахтёров перед фактом. При этом — опять же, странная то ли мораль, то ли законы его кибернетического социума. В рамках «отдачи долга» он мог делать вообще всё, кроме «прямого убийства разумных, прямого присвоения собственности». А вот косвенное — с полпинка. Он просто отключал ловушки, не больше и не меньше. А что дальше — его не касалось, это взаимоотношения его «кредиторов» которым он отдавал долг. Вообще-то, некоторая логика прослеживается, но как по мне — машинная, во всех смыслах слова.

— А протоколы защиты ты взламывал? — уточнил я.

— Это не требовалось, капитан Керг, не говоря о том, что не вполне соответствует моим возможностям.

— А как?

—