Майкл Стэкпол - Темный прилив-2: Руины

— Рад за тебя, старик, — новая волна боли прокатилась по его телу, когда он наконец встал и подобрал свой меч. — Но будь я на твоем месте, я бы поклялся еще кое в чем,

— Вот как? — раскосые глаза иуужанъ-вонга слегка приоткрылись от удивления. — И в чем же?

— Я бы поклялся отведать вкус крови после моей смерти, — всю усталось и боль как рукой сняло, когда Сила вновь окутала Коррана. Он поднял вверх окровавленную руку и поманил к себе врага. — Интересно, все йуужань-вонги не умеют доводить дело до конца или это исключительная черта домена Шаи? Эта мумия в чемодане вряд ли захочет отправиться домой вместе с такой никчемностью, как ты.

Шедао Шаи окончательно открыл глаза, его лицо стало медленно наливаться краской. Люк по-прежнему не ощущал его в Силе, однако понять, какие мысли сейчас на уме у йуужань-вонга, не составляло никакого труда. Огласив окрестности зычным ревом, воин понесся навстречу противнику, размахивая над головой смертоносным оружием. В первый удар, обрушившийся сверху на Коррана, йуужань-вонг вложил всю злость и ненависть, накопившуюся за те долгие месяцы, в течение которых длилось их противостояние. Чуть отступив назад, джедай выставил сияющий клинок перед собой и встретил этот выпад подобающим образом.

Снова и снова Шедао Шаи пытался пробить защиту своего злейшего врага, но ему так и не удалось разрушить ту незыблемую преграду, которую выставил против него оппонент. Шаг за шагом отступая под натиском противника, Корран из последних сил сопротивлялся, и все же его возможности были небезграничны. Кровоточащая рана давала о себе знать в самые неподходящие моменты, посылая отголоски боли в каждое нервное окончание. Еще один сумасшедший по силе удар вонга… Рука Коррана дрожит, но держит. Новый замах… Меч и амфижезл в очередной раз встречаются над головами поединщиков. Мощь последнего удара была настолько ужасающей, что джедай не устоял под натиском, его ноги подогнулись, и он опять осел на колени, подняв меч над головой, будто надеясь, что оружие в онемевшей руке сможет хоть как-то его защитить.

Башней возвышаясь над практически поверженным врагом, Шедао Шаи взметнул вверх жезл, готовясь к финальному смертельному удару. Он был необычайно горд собой и своим делом, которое ему предстояло закончить в ближайшую секунду. Амфижезл с неподдающейся описанию быстротой пошел вниз, опускаясь даже не на голову джедая, на его меч: таким образом йуужань-вонг хотел казнить своего заклятого врага при помощи его же собственного извращенного, богомерзкого оружия.

Коротким движением большого пальца Корран погасил светящийся клинок и прогнулся вперед.

Не встретив ни малейшего сопротивления, острие смертоносного жезла вошло в землю и крепко засело в ней; командующий потерял равновесие, оступился, сделав несколько неосторожных шагов. Его глаза округлились от изумления, а затем кривой рот расплылся в какой-то дикой, сумасшедшей ухмылке, когда Корран приложил черную цилиндрическую рукоятку основанием к его животу. С тихим шипением оттуда вырвался ослепительно яркий луч чистой энергии. Еще несколько секунд йуужань-вонг стоял неподвижно, словно размышляя над тем, падать ему или нет, потом его рот ггриоткрылся, из него вытекла струйка крови. А затем Шедао из домена Шаи, предводитель йуужань-вонгов рухнул на холодную землю Итора с дымящейся дырой в теле, оставшись лежать на ней куском безжизненной плоти.

Люк уже со всех ног мчался к Коррану, из последних сил пытавшемуся вытащить ноги из-под придавившей их мертвой туши.

— Не двигайся, сейчас я помогу тебе. Оперевшись на плечо мастера, кореллианин с трудом поднялся на ноги и, шатаясь, сделал несколько шагов по направлению ко второму йуу-жань-вонгу. Джедай ткнул в его сторону острием светового клинка.

— Ты был свидетелем поединка. Ты знаешь условия сделки. Забирай тело и уходи.

Дэйн Лиан небрежно отмахнулся.

— Я не возьму тело. Он погиб от твоих рук, и теперь его останки принадлежат тебе.

Корран удивленно внимал словам вонга.

— Какой мне от них толк?

— Раз никакого, тогда наше дело здесь завершено, — Лиан крутанулся на пятках и быстрым шагом отправился восвояси, пока наконец не потерялся из виду.

Люк уже тащил Коррана к челноку, который несколько часов назад доставил их на поверхность Итора.

— Пойдем.

— Подожди секунду, — кореллианин указал на небольшой плоский предмет, лежавший поодаль от мертвого тела. — Мне нужна эта маска.

— Зачем?

Корран прикрыл глаза, борясь с вновь охватившим его чувством горечи и одиночества.

— Элегос. Я положу эту маску рядом с его останками. Пусть она будет служить ему напоминанием о том, что и вонгов вполне можно победить и что лишь его усилиями на Иторе наконец наступил мир.

36

Вернувшись в одиночестве на борт «Наследия страданий», Дэин Лиан принял на себя командование йуужань-вонгским флотом. Заняв апартаменты своего прежнего господина, он немедленно отдал распоряжение, подготовку к которому начал еще месяц назад, когда уяснил, как будет проще всего разобраться с Итором. Шедао Шаи тогда отверг его идею, но ведь истинный повелитель Лиана одобрил ее, а потому сейчас как раз пришло самое время привести план в действие.

Дюжина йорик-коралловых корабликов овальной формы вырвалась из своих гнезд, специально вживленных в тело «Наследия страданий», и устремилась в сторону планеты. Не такие замысловатые и утонченные, как кораллы-прыгуны, эти беспилотные суда обладали неким зачаточным интеллектом, который позволял им замкнуть луч довина-тягуна на планетарном ядре Итора и направить свое падение прямо в образовавшийся гравитационный колодец. Их внешняя оболочка заполыхала и стала с необычайной быстротой осыпаться, когда истребители ворвались в верхние слои атмосферы. В мгновение ока двенадцать крошечных судов разблетелись по дневной стороне планеты, став практически недосягаемыми для сил противовоздушной обороны.

В медицинском отсеке «Ралруста» неподалеку от громоздкого контейнера с бактой и плавающим внутри Корраном Хорном стоял адмирал Кре'фей и тревожно выслушивал отчет помощника, переговариваясь с ним через комлинк.

— Адмирал, «Радуга» засекла дюжину гравитационных аномалий невероятных размеров прямо посреди скопления флота йуужань-вонгов, — делавший доклад офицер-ботан тихо взрыкнул. — Несколько объектов размером с коралл-прыгун ворвалось в атмосферу Итора. «Радуга» докладывает о вспышках в воздухе.

— Вспышки? Мне срочно нужно на мостик! Свяжитесь с «Химерой»! — щелкнув тумблером, адмирал отключил комлинк и повернулся к Люку Скайуокеру, чтобы узнать, что он думает о таком странном поведении йуужань-вонгов. Вопрос так и застыл на губах Кре'фея, так как джедая в этот момент, словно электрическим током, била дрожь, он корчился в агонии, привалившись к переборке.

Маленькие органические кораблики один за другим вспыхивали в воздухе над Матерью Джунглей, застилая околоземное пространство Итора непроглядной пеленой белесого тумана. Крошечные капельки росы оседали на верхушках самых высоких деревьев баффорр, дымка и влажный воздух служили отличным прикрытием для микроорганизмов, распыленных над джунглями и с немыслимой быстротой прокладывавших себе путь к поверхности планеты. Джунгли были для них, что стадо таунтау-нов для вечно голодного снежного монстра вампы. Пожирая все на своем пути, они размножались в геометрической прогрессии и продолжали распространяться по лесам беззащитной планеты.

Порождаемая бактерией черная слизь медленно сползала с крон деревьев, стекая по ветвям все ниже и ниже. Для живой природы Итора она была почти что кислотой, ветви и листья опадали от соприкосновения с нею, разнося вирус по самым укромным и потаенным уголкам джунглей. Пестрая древесная птица выпорхнула из гнезда и попыталась скрыться от карающей длани судьбы, но черные маслянистые пятна на ее крыльях в мгновение ока разъели ее плоть, отправив несчастное существо в последний пикирующий полет к поверхности планеты.

Длиннохвостая змейка-аррак плавно соскользнула со своего насеста и мертвой хваткой вцепилась зубами в пернатого. Урча от удовольствия, она заглатывала редкую добычу, еще не зная, что покончив с птицей, бактерия примется и за нее. Насытившись, змея отползла к своему лежбищу, но было уже поздно: буквально через несколько мгновений она забилась в жуткой предсмертной агонии, когда микроорганизмы принялись разъедать ее тело изнутри. Вскоре от нее осталась лишь зловонная лужица протоплазмы, которая стала быстро растекаться по окрестностям.

Ветви по-прежнему осыпались на землю, перенося туда все новые и новые колонии бактерий. Дерево разжижалось, производя достаточно протоплазмы для того, чтобы черная лужица вскоре превратилась в бассейн, а потом — в огромное озеро. Зловонная жидкость начала растекаться по нижним уровням Матери Джунглей, обгладывая корни растений, опрокидывая наземь гигантские многовековые деревья и пожирая их еще до того, как успевало замолкнуть эхо от ударов, сопровождавших их падение.