Дайте мне меч, и я переверну мир! Том 3 - Стас Кузнецов

я восстанавливать причинно-следственные связи в пробуждающихся мозгах, — то какого хрена для нас были сделаны исключения?

Ягоды, действительно, помогли. Меня стало отпускать. Я сел на лавке, закинул в себя оставшуюся горсть и стал активно жевать. Теперь ягоды казались очень сладкими и вкусными. Я посмотрел на Фила. Он тоже, как и я, уже сидел на лавке. Внимательно следя за нашей с братом Лесли беседой.

— Честно говоря, это я предложил, — хмуро ответил брат Лесли. — Я думал, что это поможет наверняка доказать вашу невиновность, — он внимательно всмотрелся в меня. — Но случилось ровно наоборот, признаться, даже моё доверие пошатнулось. И если бы не сын….

Я задумался. Действительно, всё это было довольно странным. Триликий всегда был на моей стороне. Он одарил меня всеми возможными дарами. На суде с Томашем Триликий лично оправдал меня, жестоко покарав сэра Урика, меня оклеветавшего. Почему сейчас всё происходило с точностью наоборот? Почему цепь Триликого повисла удавкой на моей шее и репутации?

— Цепь могли подменить? — быстро спросил я.

— Доступ есть только у братьев ордена, — покачал головой брат Лесли, — даже стражник, который на вас надевал цепь, был отмечен дланью брата, чтобы суметь коснуться цепи. Эта цепь единственная в своем роде, она выкована, как и твой меч, не на земле, но на небе. Подмену заметили бы сразу.

— Лесли, я доказал тебе, что говорю правду. Я исцелил тебя, — нетерпеливо напомнил я. — Отбрось сомнение и допусти, что с цепью что-то не так! Что могло случиться⁈

Брат Лесли глубоко задумался, потирая подбородок.

— Вероятность настолько ничтожна, что равна нулю, — пробормотал он. — Если допустить, что в ордене есть предатели, то сговорившись, братья — их должно было быть не меньше шести, могли на время ослепить Триликого. Для этого вариться очень сложное зелье, и им поливается цепь. Но никто бы из них на это не пошел, Эрик, куда вероятней, что ты просто виновен.

— Почему ты так думаешь?

— Потому что в случае подмены, когда Триликий прозреет и увидит, что был обманут, он проклянет братьев. Их поразит черная болезнь — они сгниют заживо.

— Сурово, — согласился я. — Но они сделали это, брат Лесли, веришь ты мне или нет. А мотивы их позже непременно вскроются. Теперь к делу. Арчибальд хочет воссоединиться с Седриком Тёмным, а Седрик Тёмный хочет воссоединиться с Арчибальдом. Они ищут друг друга и, когда найдут, наверняка, убьют твоего сына. Поэтому нам нужно найти Диксена раньше Арчибальда.

— Как ты предлагаешь это сделать? — облизав пересохшие губы, поинтересовался брат Лесли.

— По пролитой Диксеном крови. Это Седрик Тёмный в теле твоего сына убил всех людей, что упомянуты в свитке, принесённом стражником. Тебе нужно найти убийцу, тогда сможешь найти и сына.

— Я не верю, тебе, Эрик, — решительно возразил брат Лесли.

— Без доверия здесь никак. Тут одно из двух — или ты мне веришь, и мы спасаем твоего сына или нет, и твой сын погибает. Третьего не дано, — жёстко поставил я ультиматум.

Брат Лесли уронил голову на руки и вновь глубоко задумался.

— Хорошо, Эрик, я доверюсь тебе, всё же я видел своими глазами, на что ты способен, я выведу тебя из тюрьмы на эти сутки, рискуя остатками своей репутации. Ты спасёшь моего сына. Я же постараюсь спасти тебя и твоих друзей от казни. Проверю всё ли в порядке с цепью. Кто-нибудь из герцогов может за тебя вступиться?

— Томаш Крайкос, — ни на минуту не раздумывая, ответил я.

И сам себе удивился, вспомнив, как еще совсем недавно просто ненавидел этого знатного засранца.

— Крайкос вполне сможет успеть, я свяжусь с ним и попрошу свидетельствовать в вашу пользу. Этот дом действительно один из трех, кто прислал письма в вашу защиту.

Было очень интересно, а кто остальные два, но болтать было некогда.

— Что ж, значит, не будем больше медлить — вперед!

— Эрик, если ты вздумаешь бежать, твоим друзьям не жить, — тихо предупредил брат Лесли.

— Я спасу твоего сына и вернусь обратно в темницу, даю слово.

Я подошел к Филу, извинился, что не могу взять его с собой. Фил понимающе кивнул.

Вопреки моим ожиданиям, брат Лесли повел меня через главный ход, а не по тайному лабиринту.

— Я узнал о заговоре, — спокойно объявил он стражникам. — Эрику Герберту собираются устроить побег, поэтому секретно перевожу его в темницу в своем поместье. Завтра его доставят на казнь оттуда. Можете так и доложить моим братьям по ордену.

— Как скажете, брат Лесли, — покорно согласились стражники.

Брат Лесли незамедлительно посадил меня в экипаж, и мы помчались к его дворцу.

По дороге я пытался сообразить, с чего начать. Времени найти Дикенса оставалось с гулькин нос, вполне могло статься, что именно сейчас происходит процесс воссоединения Седрика с Арчибальдом или он уже случился. Вместе с тем, чтобы делать обоснованные выводы мне катастрофически не хватало информации, поэтому я решил не тянуть и брать быка за рога немедленно.

— Брат Лесли, а зачем Седрику нужно пить человеческую кровь? — осторожно поинтересовался я.

Я понимал, что брат Лесли, скорее всего, воспримет болезненно, что его сын не просто убивает, но еще и лакает человеческую кровь. Но другого источника информации у меня не было.

— Я не очень в этом силен, — отстраненно признался брат Лесли. — Это некромантия — она запрещена, считается наукой служительниц смерти. Вполне возможно, пока он не в своем теле — тело отторгает его и для поддержания своего существования он должен питаться кровью. Причем крови должно быть много.

— Значит, жертв будет много.

Брат Лесли промолчал. Я же стал размышлять над тем, где можно длительное время безнаказанно убивать людей и оставаться при этом незамеченным. Тем более, когда весь город тебя ищет — не так-то просто совершать массовые убийства. Я догадался, что это должны быть социально незащищенные люди, отвергнутые и презираемые обществом. На ум сразу пришли проститутки — одной меньше, одной больше, никто не станет заботиться об их безопасности.

— У вас есть здесь бордели? — поинтересовался я.

— Кх-мм, — прокашлялся в кулак брат Лесли и вдруг залился румянцем. — Я, конечно, понимаю, что юное тело требует своё, и напоследок хочется гульнуть…

— Мне про злачные места нужно знать не для этого, —