Проект Re. Начало - Emory Faded

– Ты путаешь понятия: то, что было вчера между тобой и служанкой – это больше напоминало игру в куколки, когда маленькие девочки играют с куклами и не задумываясь их ломают или выкидывают, если кукла им более не нужна; в моём же понимании властвующий мужчина – это тот, который берёт на себя заботу и опеку над женщиной, а та, в свою очередь, за это платит, даря любовь и ласку, и не важно – будь то в постели или вне её. Впрочем, тебя тоже можно понять – для тебя она была лишь возможностью сбросить пар и после спокойно забыть о ней.

– Именно так я и размышлял, так что не вижу ничего плохого в своих действиях.

– Но даже так это не отменяет того факта, что сегодня эта служанка взяла отгул и сейчас ревёт в своей комнате, – проговорила она с хищной улыбкой.

– Если ты хочешь воззвать к моей совести и заставить меня сожалеть о содеянном, то советую это прекратить – это всё равно не принесёт совершенно никакого результата.

«По сравнению с тем, что я учинил два дня назад – это просто мелочь, о которой даже не буду задумываться…»

– Вот как, – начала она, встав на ноги, – ну… тогда пока отбросим эту тему. Пойду, приму душ, а потом позавтракаю и присоединюсь к тебе, – говорила она, уже подходя к двери, – и да, чуть не забыла сказать: сегодня сюда приезжает мой папа, и он наверняка захочет с тобой поговорить, – после этих слов она скрылась за дверью, а я так и остался один в раздумьях об услышанном.

* * *

Через некоторое время Мияко всё же присоединилась ко мне и так же, как и я, начала активно тренироваться, правда только в физическом плане, ибо, по её словам, тренировать EMF она сейчас почему-то не может и не хочет.

Так прошёл почти весь день, в который вошёл обед и постоянные тренировки. И только где-то ближе к семи вечера приехал отец Мияко, а узнал я это от самой девушки, которая сразу же направила меня в душ, сказав, чтобы после я переоделся в кимоно и хаори. После этого сразу стало понятно, что она изначально рассчитывала, что всё так и выйдет.

«Интересно, то, что я буду в такой официально-традиционной одежде, действительно сыграет какую-то роль, или Мияко просто вновь так развеивает свою скуку?..» – думал я, пока девушка помогала мне всё это правильно надеть.

Всё же опыта в таком у меня ноль…

– Всё, готово! – закончив крутиться вокруг меня, выдала Мияко. – Тебе, кстати, неплохо так идёт: ну, в плане, к твоему каменному лицу, – объяснила она, держась за подбородок. – Так со стороны посмотришь на тебя – будто какой-то гордый аристократ, который смотрит на остальных, как на низших существ.

– Вот как… А ты уверена, что твой отец захочет со мной общаться? Всё же я обычный простолюдин, так что не вижу смысла в таком поступке с его стороны.

– Поверь, он точно захочет, – выдала она, и в дверь постучались.

– Войдите, – выкрикнула Мияко.

Дверь открылась, а за ней стоял слуга, которого я ещё вчера заметил, когда мы только приехали сюда. Он сразу же низко поклонился – чуть ли не параллельно полу, а после выпрямившись, начал:

– Госпожа Мияко-сама, приехал ваш отец, и он хочет видеть вашего… – он замялся, – вашего… – вновь попробовал он, но так и не придумал, что сказать.

Ну да, его вполне можно понять – на обычного слугу я не тяну, всё же слишком хорошее обращение ко мне; на друга – аналогично; а про что-то большее он, наверное, даже не думает.

– Избранника, – неожиданно с улыбкой подсказала Мияко.

– Избранника?! – шокированно переспросил слуга, видимо посчитав, что тут говорится о возлюбленном.

– Угу, – кивнула Мияко.

– Эм… в общем, господин Амида-сам ждёт, – неловко закончил слуга, поклонившись и закрыв дверь.

– Это точно было нормальным называть меня так? – не смог не поинтересоваться я.

– Да?.. – начав строить дурочку, спросила она. – А что в этом такого?

Я промолчал и лишь наигранно тяжело вздохнул.

– Ладно, пошли, а то заставлять его ждать не лучшая идея.

– Пожалуй, – согласился я, уже предвкушая грядущее…

Через некоторое время мы с Мияко уже стояли около одной из дверей, находящейся в ранее неизведанной мной части дома.

– Ну, дальше ты сам по себе! Удачи! – помахала она мне рукой и направилась в обратную сторону.

Я сделал глубокий вдох, ещё раз проанализировал всё, о чём может зайти беседа, и только после постучал в дверь.

– Войдите, – услышал я грубый мужской голос с небольшой хрипотой.

Я открыл дверь, вошёл и сразу начал осматриваться.

Комната была довольно большой, оформлена в традиционном японском стиле: мечи в специальных нишах, лампы, выход во двор, низкие столики для чая и сладостей, и специальные подушки, на которых сидят.

«Я думал, что будет более современная комната…»

Всего тут было две специальные подушки, меж которых и стояли столики с чаем и сладостями. На одной из подушек уже сидел и смотрел на меня мужчина лет тридцати пяти – сорока с ранними морщинами, холодными и расчётливыми красными глазами, короткими и безупречно белыми волосами и крепким телосложением, которое видно даже сквозь такую же традиционную японскую одежду, как и у меня.

– Здравствуйте, Мори-сама, – поклонился я почти параллельно полу, но всё же не на все девяносто градусов.

«Всё же я гость в этом доме, а не слуга…»

– Здравствуй, Акира Хирано, проходи, – он провёл правой рукой по подушке, – располагайся.

Его голос был спокойный и чем-то напоминал методично текущую воду в реках.

Получив приглашение, я прошёл в комнату, закрыл за собой дверь и только после подошёл к подушке и сел на неё.

– Чтобы не тратить наше общее время, давай сразу перейдём к причине, по которой я вызвал тебя. Ты согласен?

– Вполне.

– Хорошо. Ты догадываешься, что это за причина и в чём она заключается?

– Да. Причина ведь в заинтересованности вашей дочери мной?

– Верно, – он кивнул, – понимаешь, Мияко-тян очень необычная девочка: она умна, талантлива, красива и в чём-то даже гениальна. Если говорить начистоту, она если не идеал, то очень близка к этому, – жестикулируя рукой, говорил он, – это я всё к тому, что из-за своей гениальности и необыкновенности ей почти всегда скучно и она почти никогда не интересуется другими людьми, и из-за этого в той же средней школе всегда была отстранена от всего остального класса и почти всех сверстников.

«Это объясняет, почему у неё всего лишь пятнадцать баллов в социальных навыках…»

– Даже