Проверка. Книга вторая - Геннадий Владимирович Ищенко

– Хочу кое-что предложить, – сказала Настя, когда после возвращения отдала камеру майору Никонову. – Овальный кабинет проверяют только утром. У вас есть небольшое записывающее устройство, чтобы его хватило на весь день? С изображением ничего не получится, но хотя бы звук? Я куда-нибудь брошу после проверки кабинета, а вечером заберу.

– Надоело там сидеть? – понимающе спросил он. – Всё у нас есть, Настя, но как вы это проделаете, не покидая сферы?

– Очень просто. Сфера не препятствует магии, а я с её помощью могу захватывать и удерживать не очень тяжёлые предметы. Притяну ваш диктофон к сфере, как магнитом, а потом уроню. Там не бывает посторонних до вечерней уборки. Жаль, что мне запретили влиять на президента, а то ничего бы этого не понадобилось.

– А что бы вы сделали? – с любопытством спросил майор.

– Он каждый вечер писал бы отчет о проделанной работе, – ответила Настя, – и оставлял его на своём антикварном столе.

– И ваше программирование никак не сказалось бы на его поведении?

– Чёрт его знает, – честно ответила девочка. – Наверное, в чём-то он мог измениться.

– В том-то и беда, что никто не знает, как себя поведут люди после вашего вмешательства. Одно дело – поставить запрет на разговоры о вас, который только подтверждает приказ, а совсем другое – вносить в чью-то личность изменения, конфликтующие с её основой. А если на эту личность составлен психологический портрет и она каждый день на виду множества знающих её людей…

– Ладно, я уже давно всё поняла, – сказала Настя, забирая камеру, после того как Никонов скачал с нее записи и очистил накопитель. – Передайте о диктофоне. Когда появится другая работа, я не смогу торчать там полдня, а слетать туда и обратно будет нетрудно.

Когда вернулась домой, было десять часов утра. Она заглянула в комнату к матери и сообщила о том, что прибыла, не хочет есть и идёт спать. Перед тем как лечь, выпроводила Олю в комнату к Татьяне и посмотрела нос Джуны, который пока не изменился. До обеда Настя спала, потом поела вместе с Олей и приехавшим со службы отцом и пошла разговаривать с позвонившим ей Зелениным.

– Здравствуйте, Настя, – поздоровался полковник. – Вы можете подскочить в центр?

– Могли бы и не спрашивать, Дмитрий Павлович, – ответила девочка. – Сейчас буду.

Через несколько минут она сидела в том кабинете, который использовали работники других служб.

– Быстро вы, – заметил он, – раньше добирались дольше.

– Привычка, – пожав плечами, ответила Настя. – Вы привезли мне работу?

– И не одну. Сейчас в пятнадцатую комнату привезут тех наших сотрудников, кого желательно оздоровить и омолодить. Если этого не сделать, их всех придётся увольнять, а это классные спецы и труженики, которым трудно найти замену. Всего будет около пятидесяти человек.

– Сделаю без труда, – пообещала девочка. – Мне непонятно, почему вы так мало используете меня для своих нужд. Оптимизация – дело долгое, но мне нетрудно вылечить ваши кадры. Это лейтенантов можно отправлять в космос, а у старших офицеров хватает болячек плюс возраст. Могли бы собрать и своих пенсионеров, я тоже их вылечила бы. Даже если кто-то сболтнёт, это свяжут не со мной, а с будущей клиникой.

– Спасибо, я доложу начальству, – сказал он, с уважением посмотрев на Настю. – Есть ещё одно дело. Вы проверили всех по списку, кроме подполковника Юдина. Он был в командировке, но вчера вернулся. Директор просил закончить с этой работой. Я знаю, как вы не любите ездить в машине, поэтому не приглашаю с собой. Выеду прямо сейчас, а вы появитесь после лечения. Лучше, чтобы вас никто не видел, поэтому летите в мой кабинет.

Лечение заняло две минуты, но пришлось потерять с полчаса на паузы между заклинаниями. Жаль, что она не захватила с собой учебник. Закончив, Настя тут же перенеслась на Лубянку и, отсчитав окна в нужном здании, влетела в кабинет Зеленина. Он уже успел приехать и сидел за своим столом.

– Никак не привыкну к вашему появлению, – вздрогнув, сказал Дмитрий Павлович. – Садитесь, я сейчас попрошу подойти Юдина… Николай Ильич? Это Зеленин беспокоит. Вам уже передали, что вы должны ко мне подойти? Ну и прекрасно, я вас жду.

– У нас была утечка, – сказал он Насте. – Под подозрение попали все, кого вы проверяли. Все проверенные оказались чисты. Это не моя работа, просто к вам не хотят подключать новых людей. Это список вопросов по Юдину, а вот и он сам.

В коридоре послышались приближающиеся шаги, дверь отворилась, и в комнату вошёл невысокий, начавший полнеть мужчина лет пятидесяти. Увидев девочку, он испуганно дёрнулся и застыл.

– Он испугался, – заметил Зеленин, – а доступа к вашему делу у него не было, поэтому не должно быть и оснований для испуга.

– Теперь они появились у меня, – сказала Настя и обратилась к Юдину: – Кому стучите?

– Я завербован ЦРУ два года назад, – признался подполковник.

– Что передали обо мне? – спросил девочка. – Немедленно отвечать!

Она усилила нажим, и он сломался.

– Очень мало. Материалы по вашему делу для меня закрыты, поэтому пришлось довольствоваться тем, что болтали офицеры и служащие центра. Болтали немного, но кое-что сложилось.

– И что же у вас сложилось? – недобро посмотрела на него Настя.

– Аномальщики в кои веки вышли на что-то реальное, – ответил он. – Это что-то настолько ценное, что дело у них забрали и передали Можейко. Вскоре его закрыли, а в нашем научном центре начинают проводить какие-то работы с вашим участием. Если по крупицам собрать всё то, что мне удалось узнать, можно предположить, что вы очень сильный экстрасенс, который реально лечит самые разные болезни. Были намёки на какую-то чертовщину с внушением, но лично у меня это не вызвало удивления. Умеющих внушать гораздо больше, чем лечащих болезни. Была информация об изучении иностранных языков… Я в это не поверил и сделал соответствующую пометку.

– Значит, лечение самых разных болезней, внушение и, как недостоверное, изучение иностранных языков, – сказала девочка. – Больше ничего?

– Только это, – подтвердил он. – А что могло быть ещё?

– Любознательная сволочь! – зло сказала она. – Даже в подчинённом состоянии умудряется задавать вопросы. Допрашивайте его сами, а то я не удержусь и убью! Он на всё ответит правдиво.

Через десять минут арестованного Юдина увели, а Настю вызвал к себе Бабурин. Чтобы не светиться, она и в кабинет директора прилетела в сфере.

– Вы бы хоть кашлянули, – сердито сказал Александр Васильевич, когда она возникла у его стола. – Когда-нибудь сделаете заикой. Возьмите стул!

– У вас в приёмной офицеры, – ответила она, – да и вообще…

– С полётами в Белый дом заканчиваем! –