Олег Рыбаченко - Проповедь в аду

Благодаря рукотворной черноте сделалось настолько красиво, что Владимир невольно засмотрелся на этот океан мечущихся молний и красок. Калейдоскоп огней заставлял все гореть и искрить в темном пространстве. Огни фейерверка сплетались в причудливые рисунки, которые, в свою очередь, двигались, превращаясь в батальные сцены. Казалась, миллионы звездолетов обмениваются серией залпов. Взрываясь в пространстве, рассыпаясь на мириады звезд и осколков. Это было грандиозно и вызывало душеный подъем.

Дмитрий Молотобоец также наблюдал за космической канонадой. Он улыбался, а кулаки сжимались и разжимались.

— Неплохо. — Обронил он. — Но мне некогда наслаждаться этим зрелищем. Теперь у меня на счету каждая секунда.

Развернувшись, Молотобоец рванул в направлении министерства обороны.

Владимир еще долго стоял и всматривался в игру красок. У него теперь было на это время и желание.

Олег Гульба первым получил сообщение об инаугурации Дмитрия Молотобойца и об уходе в отставку Добровольского. Заодно им был передан план — начать немедленную подготовку к удару по Гипер-Нью-Йорку. Последнее сообщение вызвало большую радость в рядах командиров. Они собрались в центральном правительственном комплексе. Отдав приказы о размещении пленных, наскоро перекусили. Центр напоминал морское дно и был обильно усеян ракушками, драгоценными камушками, рачками, моллюсками, морскими лилиями, голотуриями, офиурами, сифонофорами и многим другим. Тонкий слой воды покрывал все это. Генералы и маршалы уверенно ходили по твердой пленке, прикрывающей дно. На дне мелькали тени, одна из них подплыла поближе. Ее полуметровое мускулистое тело отсвечивало лимонной желтизной. Существо оказалось в густой искристой туманности, состоящей из массы неизвестных иногалактических созданий. С неожиданным проворством рыба бросилась в гущу стайки и принялась заглатывать добычу, широко раскрыв пасть. Впрочем, четверка командиров не обращала на нее никого внимания. Они говорили о насущных делах.

Первым начал Трошев.

— Значит, скоро конец войне.

Максим поднял вверх кулак.

— Еще один решающий удар — и с врагом будет покончено навсегда.

Филини подбросил вверх лучемет, затем подхватил его. В голосе офицера чувствовалась озабоченность.

— Последний бой, он трудный самый. Еще неизвестно, удастся ли одолеть конфедератов. Прежние штучки с транспортом камикадзе не пройдут, а лобовая атака будет стоить огромных потерь. Кроме того, конфедераты — не даги. Это у дагов свои представления о способах ведения войны, о тактике. А "западники" такие же люди, как и мы. Обмануть их будет сложнее. Я бы лично предпочел первый удар нанести по империи дагов.

Максим процедил сквозь зубы:

— Я тоже так думаю. Нам будет сложнее. И все же, если наше верховное командование приняло такое решение, мы обязаны ему подчиниться.

Олег Гульба взял слово.

— Я полагаю, что здесь больше воли и стремления побыстрее закончить войну у молодого вождя Дмитрия Молотобойца, чем реальных расчетов военных экспертов. Я предупреждал, что так оно и будет. Новая метла по-новому метет. Теперь вся операция подвергается риску из-за наличия молодого несдержанного лидера. Вот почему я так часто повторял, что Владимиру Добровольскому лучше не уходить, а завершить начатую войну.

Максим Трошев гневно рявкнул:

— Не тебе, Гульба, судить, когда и где проводить операции. Не он начал эту войну, так надеюсь, что он ее и закончит. А тебе я вот что скажу. Не садись не в свои сани. Мы нанесли врагу колоссальный урон, и пока он потрясен, надо добить противника. А если мы промедлим, инициатива будет упущена.

Олег Гульба сплюнул.

— Наверняка и Дмитрий Молотобоец так думает. Вам кажется, что это смелость, а на самом деле — авантюризм. Вы хоть знаете, какая там оборона? Вокруг Гипер-Нью-Йорка восемь колец обороны и миллионы звездолетов — множество планет, утыканных гиперплазменными пушками. Короче говоря, целый ком непробиваемой защиты. Нам еще повезло, что мы так легко справились с этой линией обороны. Это потому, что даги нас здесь не ждали.

Филини тихо произнес:

— Может, и "западники" нас не ждут?

— Кто — конфедераты? Наверняка, их шпионы в курсе нашей операции. Над нами завис топор, а мы продолжаем разглагольствовать.

Сигнал тревоги прервал разговор командиров.

— Это еще что такое? — Пробурчал Олег.

— Похоже, даги хотят взять реванш.

Максим Трошев потянулся.

— Мы будем драться. А что касается дагов и конфедератов, то чем больше их убьем здесь, тем меньше вражеских звездолетов встретит нас там. В том числе и Гипер-Нью-Йорке.

— Верно.

— Посмотри вниз. — Вступил в разговор доселе молчавший Кобра.

Внизу и впрямь происходили интересные события.

Вынырнув из тьмы, показалась еще одна рыба бархатисто-фиолетового цвета. Ее тонкое, сухое туловище с широким хвостом, длинной плоской головой и пастью, усеянной мелкими загнутыми зубами, несильно впечатляло. И, несмотря на то, что ее соперница была втрое длиннее и в тридцать раз тяжелее, рыба смело приблизилась к ней, извиваясь и описывая стремительные круги, появляясь то сзади, то спереди. Особенно рьяно она прорывалась ко рту. И, видимо, недаром. Едва большая рыба вздрогнула и попыталась отплыть назад, маленькая очутилась напротив головы и одним стремительным движением вцепилась в переднюю часть морды противника.

Олег Гульба присвистнул.

— Смелая рыбешка, ничего не скажешь.

Маршал Кобра провел мягкими конечностями по рукоятке лучемета.

— А тебе не кажется, что она напоминает нас, пытавшихся покончить с конфедерацией?

— Надеюсь на это. — Вместо Гульбы ответил Максим.

Большая рыба, оцепенев в первый момент от неожиданности, с силой тряхнула головой, словно собака, сбрасывающая с носа слепня. Но маленькая нахалка, крепко вонзив свои кривые зубы в морду врага, не сдвинулась ни на йоту. Наоборот, хищник надвинулся еще дальше на голову противника, помогая себе хвостом. Большая рыба, лишенная возможности пользоваться своим единственным оружием — зубами, как будто немая, с висячим замком на пасти, завертелась в неистовстве, ударяя во все стороны хвостом, свиваясь в кольцо и распрямляясь.

— Крепко держит, — сказал Олег.

Иногалактическое животное стремительно бросалось вниз, взмывало вверх, бешено мотало головой, силясь раскрыть свою пасть, но маленький бархатисто-фиолетовый хищник, как будто слившись с головой врага, не отрывался. На глазах у командиров он все дальше и дальше налезал на эту голову, все шире разводя свою пасть. Вот уже скрылись в этой ужасающей пасти глаза крупной рыбы, вот уже в глотку, раздувшуюся как толстая кишка, вошла ее широкая круглая голова. Точно упругая каучуковая перчатка, растягиваясь и раздуваясь, маленький хищник надвигался на цилиндрическое тело добычи, и каждое яростное движение лишь ускоряло его продвижение вперед. И чем дальше пролезала добыча в утробу морского чудища, тем сильнее растягивалось его брюшко и, нарастая в объеме, опускалось все ниже и ниже.

— Тут уже все ясно, нам пора. Противник прорывается.

— Ну, от края галактики он не сразу до нас дойдет. Впрочем, досмотрим в видеозаписи.

Командование покинуло это диковинное место.

Удивительная борьба приближалась к концу. Очевидно, лишенная притока свежей воды к жабрам, добыча задыхалась в брюхе врага и замирала. Из пасти хищника торчала уже только задняя часть добычи со слабо шевелившимся хвостом. Брюхо маленького разбойника раздувалось в огромный, в несколько раз больший своего владельца мешок с тонкими просвечивающими стенами.

Дежурный офицер снял это на гравиовидео. Сквозь тонкую оболочку в широком луче прожекторов были видны смутные очертания мощного тела добычи, свернувшегося кольцом, и ее большую голову — с мертвыми остекленевшими глазами. Через минуту в пасти миниатюрного чудовища исчез и хвост. Маленькая, пятнадцатисантиметровая рыба с неимоверно огромным прозрачным брюшком медленно поднялась вверх и исчезла в непроницаемой тьме.

— Вот так мы проглотим конфедерацию. — Офицер закончил съемку и погрозил кулаком в небо.

Тем временем, Внешний галактический сектор передавал данные о вторжении. Большой флот конфедератов и дагов выплыл из-за края галактики.

У Российской армады было достаточно времени, чтобы подготовиться к отражению атаки. Было принято решение применить план "Тройные клещи". То есть, устроив невдалеке от столицы засаду, атаковать противника со всех сторон, заставив драться в мешке. Лучше всего здесь использовать пояс комет и Крабовидную туманность. Кроме того, российские маршалы получили известие, что часть войск противника повернула к Сталинграду. Максим Трошев пребывал в постоянном движении, отдавая приказ за приказом. Лишь во время краткого перерыва на обед он на минуту отвлекся.