Граф Суворов, том 10 - Иван Шаман

как и сотни других показателей. Двести тридцать, наш теоретический максимум. Вот только группа перехвата, очевидно, была быстрее. Легкие маневренные суда-перехватчики выдавали под пятьсот километров в час, и мы от них уйти не могли никак.

— Вспышка по фронту! — предупредил адъютант, и в тот же миг взрыв гигантского снаряда почти снес мне внешний периметр щитов. Трехсотка, не меньше. Совсем как у меня на Фениксе, вот только у противника таких перехватчиков — десяток! И если они навалятся разом.

— Батареи не спать! Даю окно. — приказал я, выделяя в щитах щели для ответной стрельбы. В тот же миг небо осветилось десятками очередей. ПВО работало, не жалея боеприпасов и первый же заход штурмовиков кончился для них потерями. Маневренность, орудия… все это не имело никакого смысла если ты не можешь выдержать даже один удар.

Зенитные пушки заставили перехватчики разорвать строй, и в тот же миг им во фланги ударили наши истребители. Бой длился меньше минуты, но за это время враги потеряли пять из десяти судов сбитыми, еще два уходили с чадящими двигателями, и только три ушли без повреждений.

— Не преследовать! — приказал я, когда увидел, как катера Вяземской идут в очевидную ловушку.

— Группа противника разделилась, основная часть идет на соединение с второй эскадрой, за нами держатся два легких крейсера и несколько фрегатов с звеньями прикрытия. — отчитался оператор, заставляя на мгновение отвлечься от щитов. Всё верно, враги разделились, но даже так у них было преимущество пять к одному. Такое не выигрывается даже чудом. Разве что мы сумеем их отвлечь?

— Идут на сближение, скорость двести пятьдесят. До Ханты-Мансийска не дотянем. Вызывать группу перехвата? — спросил Михаил.

— Нет. Ни в коем случае, их слишком много. — ответил я. — Сколько двигатели могут работать в форсажном режиме?

— Еще семь минут, ваше высочество. — ответил адъютант Долгорукого. — Не уйдем, только оттянем.

— Может нам и не надо… — проговорил я, крутя наше положение в голове со всех сторон. По любому выходило, что сделать мы ничего не можем. Придется принимать бой, а учитывая маневренность противника, они еще и смогут навязать его нам на выгодных для себя условиях.

— Как они избежали наших радаров? — спросил я вслух. — Что может поглощать радиоволны?

— Пресс, ваше высочество. — тут же отозвался адъютант. — Но недавно считалось что создание конструкта такой плотности и стабильности — невозможно.

— Пресс? Всё так просто? — я даже не поверил своим ушам.

— Кхм, чтобы накрыть корабль нашего размера — это уже чрезвычайно сложно, тем более что пресс — это движимый конструкт первого порядка. Придется его постоянно обновлять. — начал было углубляться в теорию адъютант, но я его уже не слушал. То что было невозможно для других — я освоил первым.

Прессом я бился с тварями. Прессом прикрывался от пуль. Пресс первым сумел трансформировать в когти. Пресс держал между двумя сферами для создания эффекта тумана, и то, что сейчас он должен иметь лишь гигантские размеры, для меня ровным счетом ничего не значило.

— Всем судам сопровождения — сесть на верхнюю палубу! — приказал я, настраивая проводящий контур под новую задачу. — Не можете сесть, держитесь вплотную. Двигатели — самый малый вперед, внешние маневровые в минус, высота двести. Держитесь так чтобы тепловой след уходил в лес.

Я даже не слушал подтверждение моих приказов, какими бы безумными они не выглядели для окружающих, их выполнят. С дисциплиной на Кронштадте все было в полном порядке. Расстояние до противников начало резко сокращаться, они тоже сбавили скорость чтобы не упустить нас из виду и одновременно дождаться подхода основных сил, а потом я активировал новый конструкт, и мы мгновенно ослепли.

Теперь всей связью с внешним миром для нас оставался только крохотный зонд дальней связи, парящий на расстоянии в двести метров над нами. Все камеры, кроме направленных вниз, показывали лишь мутную пелену. Нижние — лес в двухстах метрах под нами. И всё что нам оставалось — верить.

Мостик крейсера Руссо, флагмана флотилии Сибирского царства.

— Все как ты и говорил. — улыбнувшись похлопал по плечу своего нового товарища Саин-Булат. — Как только мы покончим с угрозой наших земель ты получишь свой титул и земли.

— Если на то будет воля моего хана. — чуть поклонившись ответил молодой парень, почти вдвое моложе его самого. Несмотря на чрезвычайно ценные сведения Саин не слишком доверял ему, но пока все его слова оказывались правдой.

Как и сказал перебежчик — принц Александр отправился в экспедицию. Верные Булату люди на борту их флагмана подтвердили взрывы, и даже перехваченное сообщение о приказе авианосцу уходить на максимальной скорости ничего не решало. Пусть их даже встретят силы из Екатеринограда, у хана достаточно сил чтобы справится со всеми. Но в начале нужно разделаться с главной угрозой.

Если принц будет мертв, а его дядя связан войной на западе, никто не сможет помешать им обрести собственное царство. А союзники, конечно, они думают, что самые умные и могут загребать жар чужими руками, даже не подарив, а продав в огромный кредит не самые новые суда, но посмотрим, что они скажут после его победы.

— Крейсер исчез! — удивленно проговорил офицер за приборами наблюдения.

— Что значит исчез? — недовольно фыркнул Саин-Булат. — Крейсер не булавка, чтобы потеряться, и уж точно не может исчезнуть…

— На радаре пусто. — оправдываясь сказал офицер.

— Значит они каким-то образом сумели повторить нашу технологию. — чуть нахмурившись сказал хан. — Это ничего не меняет, отследите их с помощью камер и тепловизоров. Вы же знаете их местоположение.

— …их просто нет… — проговорил офицер.

— Что значит нет? Выведите изображение на главный экран. — раздраженно приказал хан, и в следующую секунду картинка сильно приблизилась и перед ними предстал… участок тайги, над которым поднимались белые тучи снега. И никакого корабля. Как это было возможно, Булат не представлял, но сейчас это было и не важно.

— Тепловой след! — приказал он, вцепившись в подлокотники. — Отключить остальные источники сигналов, максимальный контраст. Вот они!

— Но след слишком холодный… — попробовал возразить офицер.

— Он единственный. Первая ударная, на перехват, не хватало их еще упустить из-за рассеивания. — приказал хан, и пять легких крейсеров начали быстро приближаться к источнику тепла. — Огонь по готовности, стреляйте в основание теплового